Новые краски (Полная версия)- Читать онлайн

напряжён, невидящим взглядом смотря на Олю и не разжимая своей руки. Помню белые халаты, снующие по кабинету взад-вперёд. Помню неприятный лязг от скальпеля в руках доктора Кьюифа. Но всё остальное было словно в тумане. Голоса, звуки, движения — всё, казалось, было каким-то замедленным, как будто это мне, а не Оле, сделали анестезию. И только стук сердца неестественно громко бил в ушах, отдаваясь эхом по всему телу. Такого сильного волнения я не испытывал никогда. Это был самый сложный момент в моей жизни. И, как часто бывает в такие минуты, запомнились лишь самые яркие, самые явные картинки происходящего.

Придти в себя мне удалось только тогда, когда я услышал слова доктора: "будем делать надрез". Дыхание перехватило, во рту пересохло, я машинально поднял взгляд вверх и увидел настенные часы: прошло уже несколько часов с того момента, как мы вошли в кабинет. Они показались мне мгновением, растянувшимся в вечность.

Оля кричала. Несмотря на анестезию, ей было больно. Я решил не смотреть на врачей, только на неё. Всеми силами я старался излучать уверенность и безмятежность, чтобы своим взглядом немного успокоить любимую жену. Её красивое личико изменилось до неузнаваемости: всё красное от напряжения, оно выражало чувство физической боли и неумолимой усталости.

Резкий громкий звук заполнил кабинет. Сначала мне показалось, что это сработала пожарная сигнализация, но через мгновение я, взглотнув от волнения, понял: это крик ребёнка. Доктор Кьюиф плавным движением передал малыша акушерке, которая уверенным отработанным приёмом положила его на стол и стала проводить нехитрые манипуляции: считать пальцы на руках и ногах, хлопать в ладоши около его уха и тому подобное.

Это был мальчик. Большой, сильный мальчик. Честно говоря, я не знал, что младенцы бывают такими большими. Он неистово кричал и сучил своими толстыми ручками и ножками. Кожа мальчика была такого цвета, каким бывает кофе, в которое добавили молока. Не нужно было быть гением, чтобы понять, кто его отец. И хотя в глубине души я испытал горькое чувство досады, я знал, что так оно и будет. Семя Джордана, очевидно, было куда сильнее моего. Этого следовало ожидать.

Я так долго рассматривал новорождённого сына, что чуть не забыл о том, что мы ждём двойню. Со вторым ребёнком пришлось повозиться. Девочку было трудно вытащить из утробы, не затронув внутренних органов мамы. И всё же врачам, после некоторых усилий, это удалось. Доктор Кьюиф с нескрываемым удовольствием и потрясением передал новорождённого ребёнка второй акушерке. Она быстро повернулась ко мне спиной, и я толком не успел рассмотреть свою дочку.

Я сразу понял: случилось что-то экстраординарное. В палате воцарилась гробовая тишина. Оля перестала кричать и без сил лежала на кушетке. Доктор Кьюиф и его ассистент колдовали над разрезом на её животе. Акушерки занимались новорождёнными. На лицах остального медперсонала было написано колоссальное потрясение. Некоторые из них широко открыли глаза, другие же, неестественно, как в плохо сыгранных комедиях, переводили свой взгляд от одной акушерки к другой, от Оли и меня к доктор Кьюифу.

— В чём дело? — наконец, не выдержав, спросил я.

Мне никто не ответил. Однако, какое-то время спустя пожилая медсестра всё же подошла ко мне и тихонечко, чтобы не мешать докторам, сказала на ушко:

— Поздравляем. У вас двойня. Вы держались молодцом. Жена ваша — героиня, такого крепыша выносила. А девочка у вас — красавица!

— Я могу увидеть детей? — спросил я тихо.

— Да, как только доктор Кьюиф даст разрешение.

Через несколько минут доктор Кьюиф победоносно снял перчатки и воскликнул:

— Потрясающе! Это потрясающе! Я вас от всей души поздравляю! Вы войдёте в историю нашей клиники! Боже правый, невероятно!

— Да что случилось-то? — в один голос спросили мы с Олей. Я посмотрел на жену: довольно бледная, она выглядела уже намного лучше, в глазах читалось облегчение.

— Да вы сами всё поймёте! — сказал доктор, — мисс Белл, мисс Роузи, пожалуйста, я думаю, можно показать детей их родителям.

Акушерки поднесли нам два кулёчка. Один был заметно больше другого. Мальчик всё ещё недовольно фыркал, когда его положили рядом с Олей. Девочка была абсолютно спокойна. Когда её положили рядом с братом, я не сдержал эмоций:

— Матерь божья! Оля, ты посмотри!

Моё сияющее от счастье лицо заставило жену тут же подняться и внимательно рассмотреть своих детей. В отличие от брата, девочка родилась абсолютно светлокожей, в её чертах не было ничего от Джордана, а глаза были серые, как у меня. Её тонкие черты лица, как и светлые волосики, выдавали в ней "породу Богдановых".

Оля была потрясена не меньше моего. Она переводила взгляд с меня на детей, с детей на медперсонал. Все только молчали и улыбались.

Остаток ночи я провёл в коридоре. Лишь наутро мне позволили навестить жену. Она была в приподнятом настроении и с небывалым аппетитом ела принесённый ей завтрак. Две маленькие люльки стояли около её кровати.

— Доктор Кьюиф сказал, что всего через неделю-две мы сможем выписываться, — говорила она, жуя овсянку.

— Да, — сказал я, — я его встретил сейчас в коридоре, он мне сказал то же самое.

— Небось, всё ещё лучиться от счастья? — улыбнулась Оля.

— А то, — рассмеялся я, — всё никак не мог меня отпустить. Жал руку и нахваливал. Говорил, что мы прославили его больницу.

— Это уж точно. Но всё же, — сказала Оля, — я не понимаю, как такое возможно.

— Ты знаешь, — ответил

Порно библиотека 3iks.Me