Был поздний вечер. Она сидела на неубранной с утра кровати в своей комнате и с равнодушным лицом смотрела в экран телефона. В наушниках играла музыка. Девушка хаотично прыгала с трека на трек, думая о чём-то своём.
Вскоре в комнату вошёл отец, плотно закрыл за собой дверь, молча прошёл мимо дочери, неспешно задёрнул шторы на окне и выключил настольную лампу. Затем встал напротив девушки, сложив на груди руки, и надменно уставился на неё сверху-вниз.
Она демонстративно делала вид, будто и не заметила появления отца. Без лампы в комнате стало темно, и свет от яркого экрана бил сейчас прямо ей в лицо. От этого захотелось закрыть глаза. Скакать по трекам, не видя экрана, было невозможно, и вместо этого она стала чуть заметно покачивать головой в такт музыке, слышной лишь ей одной.
Отец с невозмутимым видом забрал из девичьих рук телефон, потянул за провод, и наушники выскочили из её ушек. Глаза она так и не открыла и действиям отца ничуть не удивилась. Теперь она могла бы его слышать, но он, по-прежнему не говоря ни слова, вынул штекер из телефона и бросил его вместе с наушниками на незаправленную постель.
Потом положил руку дочери на голову, обхватив от виска до затылка, и не грубо, но властно толкнул её в сторону. Девушка послушно завалилась на кровати на бок. Мужчина тут же склонился и стал стягивать с неё шорты. Но у него не получалось, поскольку плотная джинсовая ткань коротких облегающих штанишек не желала растягиваться.
Тогда он небрежным движением перевернул девушку на спину и принялся расстёгивать тугую пуговицу у неё на ширинке. Она не смела ни возражать, ни сопротивляться, а лишь безучастно наблюдала, как он в потёмках отчаянно пытается совладать с неподатливой молнией.
Ещё около минуты бедняга ощущала, как сильные мужские пальцы грубо орудуют в непосредственной близости от её самого интимного места. Когда молния на шортах, наконец, поддалась, отец немедленно подцепил их вместе с кружевными трусиками, быстро стянул и бросил в дальний угол кровати, где уже валялся её телефон.
Оставшись в одной тонкой футболке, девушка понимала, что за это время глаза у отца успели привыкнуть к темноте, и он прямо сейчас смотрит ей туда, между ног. Но она даже не попыталась ни свести их, ни отвернуться, ни как-то прикрыться. Напротив, будто невзначай на секунду раздвинула их ещё шире, а потом просто вытянула, продолжая лежать на спине.
Мужчина тем временем выпрямился во весь рост и уже позвякивал пряжкой расстёгиваемого им ремня. Он делал вид, что смотрит на пряжку, но на самом деле его взгляд сверлил щель между ног у дочери, образованную двумя гладкими белыми губками. Девушка всё это время не смела даже шевельнуться.
И вот ремень с характерным свистом выскользнул из шлицов мужских брюк и оказался в руках своего хозяина. Мужчина сложил его пополам и взял в левую руку. Правой он подхватил под колени лежащие на кровати стройные ножки дочери и приподнял вверх насколько это было возможно. Перехватился поудобнее и обвил девичьи лодыжки своей сильной рукой так, что они обе оказались плотно прижаты к могучему мужскому плечу.
Теперь её голая попка немного оторвалась от кровати и была предоставлена в его полное распоряжение. Девушка прекрасно понимала, что будет дальше. Она знала, что сопротивляться сейчас не следует, и что будет лучше смиренно принять это телесное наказание, поэтому отвернулась лицом к стене и просто ждала...
Жили они втроём, вместе с матерью, но она частенько бывала в отъездах. Папа с дочкой оставались на хозяйстве одни, и им к этому было не привыкать. Но в последнее время девушке казалось, что в такие дни отец становился просто особенно невыносимым. Будучи от природы широкоплечим добряком, души не чаявшим в своей дочурке, он вдруг всячески начинал придираться к ней, как будто нарочно искал причину поссориться. Возможно, именно для того, чтобы получить потом повод сделать с ней то, что собирался делать сейчас.
Но если внимательно присмотреться к её поведению, становилось очевидным, что и она порой сама его провоцирует. Она знала, как на мужчину, с юности привыкшего к строгой дисциплине, действует вид неубранной постели. Но сегодня она нарочно не стала её застилать. Знала, как он относится к новомодным шмоткам из нарочно изодранной до лохмотьев ткани. Но сегодня вечером ждала его прихода с работы в джинсовых шортах с огромной дырой, из которой торчал угол внутреннего кармана и виднелась белая полоска трусиков.
Причём особенно ярко всё это проявлялось, когда они оставались с папой вдвоём. Скорее всего, причина такого их обоюдного поведения была как раз в том, что следовало за самой ссорой. Для обоих это было каким-то таинством, табу или даже наваждением. Говорить об этом вслух не поворачивался язык.
Сегодня за ужином дочь ни с того, ни с сего в довольно резкой форме отпустила в сторону отца замечание относительно того, что, если бы его величество не припёрся с работы так поздно, ей бы не пришлось в третий раз разогревать для него еду.
На что он ответил:
– Да я вкалываю, как вол, целыми днями! А ты что же – куском меня попрекаешь?!
А она ему:
– А я, между прочим, тоже тут весь день не в дуду играю! У меня, вообще-то, сессия на носу!
И он в ответ:
– Вот только попробуй мне на втором-то курсе хоть один экзамен завалить, мерзавка!.. Я такие бабки за твоё обучение
Порно библиотека 3iks.Me
5918
29.09.2021
|
|