Приключение с продолжением. Снова Угарова- Читать онлайн

Удивительное состояние души и тела наступает, когда тебе не надо вставать на заре, куда-то ехать, что-то делать, выслушивать нотации руководства, которое моложе себя чуть ли не в два раза, и все это за копейки. Да идите вы все! Но пошел только я. В пенсионный фонд. И стал пенсионером.

А зачем одинокому пенсионеру дача? Не нужна! Еще когда крепко пьющий приятель мне жаловался: «Вов, а зачем мне дача, если мне там выпить не дают?». И я ее продал богатющим соседям с «Субару» и «Ауди». Только вот во сне стал видеть домик, заросший садик и ласковых старушек. А один раз увидел во сне и вовсе удивительное: наш склон, неудобье, домики, и все это с разрешением «Фулл АшДи». Вроде как иду я по нижней улице, а из переулка выходит она, Танька Угарова в чем-то в обтяжку, выходит и говорит: «Фу, как жарко!», и начинает снимать с себя одежду через голову. Я тут же проснулся и вспомнил Татьяну Ивановну Угарову. Не сказать, что всеобщую давалку, но женщину вполне доступную к употреблению. Вспомнил и решил позвонить.

В последнее время она работала на Садовинческой в старой половине ТИЛПа. Я с трудом нашел записную книжку и принялся названивать, пока не сообразил, что еще слишком рано, и в бухгалтерии еще никого нет. Тогда окончательно проснулся, совершил утренний ритуал омовения и уселся пить кофе с бутербродами перед включенным телевизором без звука.

А там шло обычное беснование: кто-то с «деревянным» бессмысленным лицом бегал с пистолетиком и попутно спасал мир, а кто-то другой в него стрелял, а потом они менялись, и включалась русская реклама, бессмысленная и беспощадная. Я едва дождался десяти утра, чтобы снова позвонить.

Я сразу узнал Танькин голос, низкий, с грудными обертонами и хрипотцой. Таким голосом надо петь русский шансон про несчастную северную любовь. Услышал и повесил трубку. Решил сделать Таньке сюрприз.

От метро «Новокузнецкая» всего-то две остановки до корпуса ТИЛПа, сляпанного из двух – старого с неизбывным запахом плесени и канализации и нового, почти без запаха. Когда то в этом ТИЛПе мы проходили летние военные сборы без отрыва от работы. Начиналось все в шесть вечера, заканчивалось в девять, рисовали карты и смотрели старые учебные фильмы для служебного пользования, в субботу выезжали на стрельбище пострелять из ПМ. Вот туда-то я и направил многогрешные стопы своя.

Был еще моментик. На входе стояли «чернорубашечники»-охранники из ЧОПа, обычно седые пузатые дядьки. Я вошел, приложил свой пропуск к турникету, тот отреагировал красным. «Не сработал!», – сказал я охраннику.

— Вам куда? – ответил тот.

— В бухгалтерию, – ответил я, честно ответил.

— Идите так.

И я прошел отключившийся турникет и повернул по коридору направо, а потом еще раз направо. Спасибо охраннику, что не стал проверять мой модный рюкзачок, где с глухим бульканьем болталась бутылка болгарского «Хемуса» и бутерброды с сыром на закуску. И вот она, заветная дверь, за которой...

А за которой почти никого не было, кроме одинокой дамы с волосами снежно-белого цвета, которая сидела и читала какой-то журнал. На Татьяну Угарову она была непохожа хотя бы тем, что читала. Танька обычно болтала по телефону или раскладывала пасьянс на компьютере. И еще она красила волосы в антрацитово-черный цвет. А тут ни первое, ни второе, ни третье. Я собрался было уйти, но кашлянул, и дама оторвалась от чтения.

И все-таки это была Татьяна Угарова, изрядно постаревшая и поседевшая за те небольшие годы, что я ее не видел. Я тоже не помолодел, но не поседел, только полысел немного довольно гармонично. Ну, и чуть потолстел от сидячего образа жизни. А Таньку разнесло!

Женщины толстеют по-разному. У одних, и это большинство, жир оседает на животе, у других – на бедрах, у третьих – на заду. Таньке повезло, ее жирок отложился на грудях. И теперь, когда она читала, ее груди лежали на столе. А когда Танька вскочила, увидев меня, они тоже остались лежать на столе, и лишь спустя полсекунду оторвались от столешницы, влекомые бюстгальтером гигантских размеров, поднялись и заколыхались под тонкой тканью платья. И лицо, когда-то круглое с коротким носом, отекло и одновременно покрылось сетью мелких морщин. Но мне она обрадовалась! Но не сразу.

Сначала Татьяна Ивановна сказала: «Что Вам?», затем сняла очки для чтения, и лишь потом обрадовалась, сказав:

— Ой, Вовка! Я описалась!

Некоторое время назад она бы непременно сказала: «Я обоссалась!», но общение с высшим комсоставом, ее, видимо, облагородило. Я уселся ждать Татьяну Ивановну, но она все не шла...

Как-то мы вместе были в подшефном совхозе. Куча мужиков и не меньшая куча женщин. Я наломал спину так, что провалялся в совхозном лазарете три дня, куда меня принесли на двери, как воина на щите. Татьяна за мной старательно ухаживала, разве что грудью не кормила, как римлянка древнего ЗК. А потом после относительного выздоровления взяла к кухонные мужики. Парни таскали по холоду и сырости мешки с картошкой, а мы после отбоя эту картошку пекли в золе. Я пока полностью соответствовать мужинскому званию не мог, боялся застудить поясницу, Татьяна укладывала меня лицом вверх и выпускала член «подышать свежим воздухом». Искусство «наездницы» давалось ей с трудом, Татьяна слишком горячилась, член то проваливался до упора, то выскальзывал из ее нутра, а в конце она обязательно писалась, а, может, она так кончала. Потом, когда поясница поджила, мы поменялись. Таня лежала на мешках,

Порно библиотека 3iks.Me