В конце концов, это вам нужно, а не мне.
Притихшие, как мышки, Елена и Сашка наблюдали, как Тамара Алексеевна водрузила на нос очки в тонкой оправе, вооружилась стетоскопом и приставила стул к кушетке, рядом с больной.
— Давай, Сашка, начинай снимать, - сухо сказала врач, и через секунду раздался сигнал начала видеозаписи. Сын направил объектив смартфона на свою маму.
— Полное имя, - начала Тамара Алексеевна.
— Краснова Елена Анатольевна.
Доктор стала расспрашивать мать Сашки, задавая обычные вопросы (когда и чем болели, у кого лечились). Елена спокойно отвечала и немного опешила лишь однажды, когда Тамара Алексеевна с легкой улыбкой заметила, что женщина очень хорошо выглядит для своих сорока трех лет.
— Спасибо, - машинально ответила Елена, никак не ожидавшая комплимента от старой врачихи. Впрочем, расспросы тут же продолжились, и мысли больной ушли в другую сторону.
Пока доктор не огорошила Елену очень нескромным вопросом:
— Половой жизнью живете? – спокойно спросила врач, и женщина решила, что ослышалась.
— Простите, что?
— Я спрашиваю: половой жизнью живете? – чуть громче, с некоторой долей раздражительности, повторила Тамара Алексеевна.
Елена мельком бросила взгляд на сына, смотрящего на мать через экран смартфона.
— А это тут при чем? – неуверенно осведомилась Елена.
— Женщина, я – врач. Если спрашиваю, значит, нужно.
Елена смущенно пожевала губы, бросая пугливые быстрые взгляды на Сашку, и спросила:
— А можно, мой сын выйдет?
Тамара Алексеевна повернулась к Сашке, смерила его взглядом, и посмотрела на больную:
— Зачем?
— Ну...я...это... - замялась Елена, чувствуя себя маленькой девочкой, которую застали за непристойным занятием.
— Стесняешься, милочка? – угадала доктор и невозмутимо добавила, - Это ты зря. Мальчик у тебя взрослый, небось, понимает, что ты с его папкой трахаешься. Или не трахаешься?
У Елены от изумления аж рот открылся – она никак не ожидала услышать от старой женщины в белом халате слово «трахаешься». Сашка, стоявший от матери в паре шагов, почувствовал, как его уши начинают гореть. У них в семье не принять было употреблять маты и грубые слова, так что паренек при матери в подобных случаях (чаще всего, когда грубость проскальзывала в каком-нибудь фильме) испытывал чувство неловкости.
Немая пауза начала затягиваться, и Тамара Алексеевна грозно сказала:
— Послушай, милочка, мы тут не дети. Мне некогда тут с вами, такими нежными, сидеть и о пчелках разговаривать. Или отвечайте, или уходите отсюда. Но помните, что со здоровьем шутки плохи.
От этих слов Елену словно молнией поразило – она вздрогнула и, опустив взгляд, тихо сказала:
— Да.
— Что «да»?
— Живу.
— Да я вижу, что не мертвая лежишь. Как есть отвечай!
— Да, я живу половой жизнью.
— Вот так, молодец, - похвалила Тамара Алексеевна, - Видишь, ничего страшного не случилось. Сразу бы так ответила – сколько времени бы сэкономили.
Елена похвалу пропустила мимо ушей – ее куда сильнее тревожил тот факт, что Сашка слышал ее слова. Сам же подросток к этой информации отнесся спокойно – все-таки он действительно уже был не маленьким и прекрасно понимал, что его родители занимаются сексом. Правда, он никогда об этом не задумывался.
— Когда был последний половой акт?
— Два месяца назад, - нехотя призналась Елена. Женщина с опущенной головой пристально разглядывала старый линолеум на полу, стесняясь поднять взгляд.
— А с какой частотой обычно трахаетесь?
Елена, не поверив своим ушам, вскинула голову и увидела на лице доктора полную невозмутимость. Женщина хотела было высказать Тамаре Алексеевне свое недовольство насчет характера столь бесцеремонных расспросов, но грозный вид врача мигом задушил слова в ее глотке.
Доктор вопросительно вскинула бровь, и больная вновь опустила голову:
— Раз в несколько месяцев.
— Почему? У мужа не стоит, или с твоей дыркой проблема?
— Да как вы смеете! – на этот раз Елена не сдержалась. Покрасневшая от прилива крови, женщина с возмущением смотрела прямо в глаза Тамаре Алексеевне, а той, похоже, все было по барабану.
— Прекратите истерику, дамочка, - со сталью в голосе сказала доктор, и Елена внутренне сжалась. Весь запал вмиг испарился. – Я собираю анамнез – делаю свою работу, и мне неприятно, когда на меня орут. Я вам свои услуги не навязывала, так что убирайтесь. Но если потом выяснится, что у вас рак и вам можно было помочь, вовремя поставив диагноз, вините за это сами себя и свою стеснительность.
Сказав это, Тамара Алексеевна встала со стула и сняла очки. Ее движения были собранными и уверенными, не вызывающими никакого сомнения в том, что общение со строптивой пациенткой ей неприятно, и сейчас доктор уйдет.
Последние слова Тамары Алексеевны не на шутку испугали Елены. Страшный диагноз «рак», мимоходом проскользнувший в строгом выговоре, моментально заглушил собой все прочие чувства.
Елена резко подалась вперед, простирая руки к врачу, и, не сумев затормозить на клеенке, покрывавшей кушетку, упала на колени перед Тамарой Алексеевной. Нисколько не обращая внимания на свою унизительную позу, несчастная женщина быстро взмолилась:
— Тамара Алексеевна, миленькая, простите меня! Только не уходите! Я сделаю все, что скажите, обещаю! Только останьтесь! Тамара Алексеевна, пожалуйста.
Доктор, закусив нижнюю губу, с презрением смотрела сверху на валяющуюся у нее в ногах женщину, нисколько не смущаясь того, что сын пациентки стоит в паре шагов с открытым ртом. Сашка, не понимающий, что здесь творится, а оттого испугавшийся (никогда прежде он не видел мать такой, как сейчас) не на шутку, и думать забыл прекратить съемку, по инерции продолжая фиксировать унижение матери.
Несколько томительно долгих секунд Тамара Алексеевна о чем-то раздумывала,
Порно библиотека 3iks.Me
8438
10.03.2022
|
|