Зелёная комната- Читать онлайн

В романах всё: или очень просто, или очень сложно, но почти всегда - однозначно. В реальной жизни то же самое обычно складывается непонятно и неразборчиво: в каждой ситуации есть какая-то двойственность, нет точек невозврата, нет сожженных мостов. Обстоятельства похожи на облака, несомые лёгким, но переменчивым ветром. В литературе же в основном наблюдаем прямолинейность сюжета, чёткую взаимосвязь действий, решений и последствий; или пусть и спутанный клубок ситуаций, но который затем предстаёт стройным плетением кружева. Может быть это потому, что у героев нет выбора, - они невольники фантазии автора, и даже неоднозначные поступки всегда продиктованы им «свыше», и ведут их к конкретной развязке, наперёд предписанной им жанром произведения, в котором они заключены.

Мало кто, попав в ситуацию поиска работы, не задумывается о том, чтобы в корень поменять свой образ и уклад жизни, заняться чем-то другим, чем раньше, найти «своё» дело, или просто попробовать что-то новое. Но чаще всего эти задумки продолжаются до первого удовлетворительного предложения, знакомого по обязанностям и адекватного по зарплате, и, в лучшем случае, компромисс со своим азартом человек находит в обещании самому себе «накопить денег на привычной работе, а уж потом..!». Но временные работы так же постоянны, как и всё временное. Мало кто идёт на сомнительные и непривычные предложения, люди сторонятся специфических условий работы и, по сути, выискивают что-то стандартное.

Лена поступала по тому же принципу поисков, начиная с самых любопытных и обнадёживающих объявлений, со временем сужая спектр внимания до банальных «кассир», «продавец-консультант», «администратор» и «секретарша». Но если раньше во всех этих наименованиях она чувствовала скрытый потенциал, нечто способное её увлечь и задать ритм, то теперь каждое предложение по работе обдавало её сухим ветром (после прочтения “Алхимика”, Пауло Коэльо, она мысленно называла это дуновением сирокко), и страницы на сайтах по трудоустройству пролистывались вяло и без энтузиазма. Наконец она решила оставить на одном из сайтов своё резюме, и, пока есть время, подумать и отдохнуть от будничной суеты. Настолько, насколько это доступно в условиях безденежья.

Дни пошли бодрее, погода была на руку - солнечная и тёплая, хотелось гулять и гулять; Лена кружила по городу, смотрела на небо, наблюдала за людьми, лакомилась мороженным, и приглядывалась, где бы ей могло понравиться работать, но всё было не так и всё не то. Гуляла Лена сама, ни с кем не созванивалась, никому о себе не напоминала. Подружки у неё были ситуативные: в контексте работы, учёбы, общего прошлого она живо находила себе компанию, но ни к кому не привязывалась и никого не привязывала к себе; когда обстоятельства менялись, Лена с лёгкостью забывала старые знакомства, вспоминая их с теплом и благодарностью, и, при этом, без лишней сентиментальности. С мужчинами ей было общаться интереснее, чем с девушками, но женатых ревновали жёны, а неженатые начинали идти на излишнее интимное сближение, поэтому со временем Лене надоело играть в эти игры, и она отказалась от близких контактов полностью. И ей это нравилось. Вот так, как сейчас: быть видением, которое появляется и исчезает, порхает то там, то тут, быть «как восход, прекрасной и ничьей». И гуляя, она думала в том числе и об этом, раскладывая свою жизнь методично по полочкам, и проверяя, всё ли её устраивает. И её устраивало всё. Почти.

Так продолжалось около двух недель, а потом зарядил дождь. Снова вернувшись в “затвор”, Лена поняла, что придётся, хочешь-не хочешь, смириться и взяться за какую-нибудь приемлемую работу, чтобы хотя бы пополнить свои материальные запасы до следующего увольнения. Опять перечни условий, требований и обещаний стройными списками стали заполнять её мысли, и всё новые и новые номера и адреса записывались наспех в тетрадку, и размашисто вычёркивались из неё после осуществлённых телефонных разговоров и личных встреч. Конечно, если бы ей было крайне необходимо устроиться "лишь бы куда", она бы резонно выбрала первое уместное "лишь бы что", но пока условия позволяли, можно было ещё чуть-чуть оттянуть этот момент.

Среди общей массы, во многом серой и бесформенной, один из контактов с предполагаемым работодателем обратил на себя внимание Лены. Сначала ей пришёл ответ на резюме и приглашение на собеседование, потом, перезвонив, она узнала, что вакансия уже занята, хотя не прошло и трёх часов после того, как она прочла уведомление. А чуть попозже автор предложения сам написал ей извинительное письмо и предложил добавиться в друзья в социальной сети на случай, если вакансия снова откроется. И как-то так сложилось, что слово за слово они стали изредка, а потом и достаточно часто переписываться, и свободное время, которого у Лены было предостаточно, постепенно почти полностью стало заполнено этим общением - простым и непосредственным, на волне взаимопонимания и дружеского тепла. Как-то раз Лена между прочим спросила не освободилась ли вакансия, и спросила больше даже не потому, что действительно рассчитывала на положительный ответ, а для поддержания разговора и задумавшись о чём-то своём. Но, к её удивлению, ей ответили «может быть...». Могла ли она знать, что скрывается за этим лаконичным «может быть», и что мимоходом заданный вопрос впоследствии кардинально изменит всё, к чему она привыкла, и называла своим личным пространством? Но, тем не менее, вопрос был задан, ответ получен, и в силу усталости или задумчивости обоих собеседников, молчаливое многоточие рассыпалось звёздами по ночному небу и окутало сном.

В ближайшие дни Роман, Ленин собеседник, уезжал на неделю

Порно библиотека 3iks.Me