Деревенская родня- Читать онлайн

программе. Уже вечер, а её всё нет. Людка ещё спит, а меня поднял будильник Кашпировского. Сбегал, отлил, рядом лёг. Можно нормальному парню лежать спокойно, когда рядом лежит девушка с голой нижней половиной тела, самой завлекательной.Чтобы не будить, приподнял Людке ножку, пристроился сзади и вставил самый кончик. Говорят: Коготок увяз - всей птичке пропасть. Едва головка попала в писду, следом и весь воробушек скрылся там же. Людка, не открывая глаз, сладко простонала

— Не быстро.



Потихонечку ебу Людку. Самому нравится это медленное действо. Испытываемые ощущения не идут ни в какое сравнение с тем, что испытываешь, когда торопишься кончить. Это можно сравнить с тем, как трескает пайку голодный, и как наслаждается едой настоящий гурман. Вынул член из писды, приставил к попе

— У?

— Людка вначале сжалась, потом расслабилась

— Угу.

С десяток качков в попе, потом примерно столько же в писде, снова в попе. И одновременно ласки клитора пальцами. Людка закрутила задом, начала заводиться, вскрикивать. А потом понеслась, родимая писда по кочкам, прихватив для пары жопу.



Сперма растекается по животу, смачивает рыжеватые волосики на лобке, стекает на половые губы. Людка в отжовке.

— Вов, я тебе сёдня больше не дам. Тока сосать буду. У меня уж всё болит.

— А мне и не надо. Думаешь у меня на такой автопробег бензина хватит? Я тоже пустой. Люд, а если вдруг ночью захочу.

— Тока не буди.

Мама пришла поздно вечером. Слегка поддатая, весёленькая. Ту же квартира наполнилась гамом и шумом.

— Ну, как вы тут без меня? Есть хочу. Меня кормить будут?

Людка уже накрыла на стол. Маманя попробовала

— Мммм, вкусно. Рассказывайте, что успели сделать.

Людка начала перечислять

— В больницу сходили, потом в магазины всякие. Потом пришли домой и поели.

— И всё?

— Ещё иблись.

На маму было страшно смотреть. Она едва не проглотила вилку, а сейчас сидела, открывая и закрывая рот, словно карась, вытащенный рыбаком на берег. От лица можно было прикуривать. Мне показалось, что она забыла, как надо дышать. Бинго! И пусть мамин взгляд обещает мне в будущем такое, о чём страшно подумать, сегодня я фаворит. Скорее всего её выбило из колеи не Людкино признание, а то, каким тоном оно было произнесено. Словно это было что-то несущественное, о чём не стоило и говорить. Мелочь, не достойная внимания.

Наконец мама отмерла, шумно выдохнула

— К-как еблись?

Людка отмахнулась от пустого вопроса. Неужто не понятно, как люди ебуться?

— Всяко. Вовка всяко умеет. - И тут же перешла на доверительный тон. - Тань, у тебя есть крем какой? У меня там, - она показала, где это там, - всё болит. Вова натёр. Дашь?

Мама на автомате ответила

— Дам. - И так же на автомате спросила. - Так вы сколько...Гм...Еблись?

Людка вздохнула

— А по часам не знаю, тока Вова три раза спускал. А я и со счёту сбилась, сколько разов кончила.

Мама посмотрела на меня

— Брысь! Нам поговорить надо.

Ну вот, сразу и выгонять сына родного из-за стола. А если я голодный? Если я с голода помру? И не жалко будет сыночка, погибшего во цвете лет?. Да всё, иду уже, иду. И не надо так сурово хмурить брови. Вот шмат сала и кусок колбаски прихвачу, хлебушка ещё на тарелку кину, и вот эти огурчики-помидорчик. Хватит, пожалуй.

Уже уходя к себе в комнату, услышал краем уха, совершенно случайно, как маман спросила

— Люд, вы правда с Вовой...

— Иблись? Да. Я же ж говорю, он три раза кончил.

Дальше слушать не стал.

В комнате завалился на кровать и с аппетитом зачавкал. Какие манеры? Вы о чём? Тут растущий организм страдает от недостатка калорий, а вы о манерах. Ещё бы вилочку с ножичком с собой прихватить было надо. И салфетку за ворот майки засунуть. Вдруг на шорты крошка упадёт. А и упадёт, так я её быстро подберу. Быстро поднятое не считается упавшим.

Наелся так, что пузо вздулось барабаном. Как говорил наш препод по военке: Не вздышусь. Тарелку надо отнести. Пошёл на кухню, а там... А там...

Напилася я пьяна, не дойду я до дома...

У девчат на кухне было весело. Очень весело. На столе образовался приличный такой натюрморт, достойный кисти какого-нибудь великого художника. Жаль, что я не умею рисовать. То есть не совсем не умею, просто что бы я не начал рисовать, получается голая женщина. Натюрморт был классическим: полупустая литровая бутылка водки "Медвежий угол", огрызки колбасы и надкусанные кусочки хлеба. Не хватало лишь раздавленной луковицы, плавленого сырка "Дружба" и газетки. Получился бы классический стол, который накрывали мужики в день получки. Расстилалась газета, на неё выкладывался хлеб, колбаска и плавленный сырок. Сырок стоил тринадцать копеек, водка "Особая московская" два восемьдесят семь. Через голову очереди кассирше подавался трояк, следовало: Без сдачи!. В итоге и выходило то, что выходило. А дальше шли в Пионерский парк, названный так потому, что тополя в нём садили пионеры ещё бог знает в какие времена, И понеслась, родимая

Сделана отметка на стакане. И надёжный найден уголок.

И давно разломленный в кармане засыхает плавленный сырок.

И за этим столом гордо восседал и о чём-то беседовали мама с Людкой. Обе пьяненькие. Ну ещё бы им быть трезвыми, судя по остатку жидкости в бутылке. Меня заметили лишь тогда, когда я ставил тарелку в раковину.

— Ооо, - протянула мама, - вот и Вова пришёл. А почему ты от нас ушёл? Не нравится наша компания? Людк, ну ты

Порно библиотека 3iks.Me