Три зойкиных портрета- Читать онлайн

Как же они надоели, эти старики. Ладно бы просто болели себе, ели свои таблетки, ходили бы на процедуры и не дергали по пустякам. А то, «ой, мне что-то хуже сегодня, пусть сестра придет», вот и тащись к ним чёрти куда под снегом по льду. Нет, ну там одинокие и лежачие – понимаю, а то, вот, дед с коленкой своей, не могу, говорит, сам прийти. Скользко ему, видите ли. Ничего, доковылял бы и сам как-нибудь. Или эта Таисия Романовна... Тоже мне, барыня: «Ой, Зоенька, после вашего укольчика я просто летаю, а в процедурной колют так, что потом два часа ходить не могу».

Так, плетясь по скользким дворовым дорожкам, рассуждала Зоя Полякова патронажная сестра районной поликлиники. Девушка двадцати четырех лет со средним медицинским образованием незамужняя и, как она сама считала, некрасивая. Нет, не уродка, все у нее было на месте, но, скажем так, внешности неприметной. Вечный «хвост» на голосе, белесые кустистые брови, опущенные вниз уголки губ не создавали на ее лице выражения счастья, что так нравится мужчинам. Хотя фигурка, ножки, грудь – все было при ней и даже очень-очень. Дома, стоя перед зеркалом, она и сама порой удивлялась – чего этим мужикам надо? Просто некому было научить ее эффектно «подать себя». Даже подвести глаза (хоть этому ее научили девчонки в училище) у нее получалось как-то криво. Мама рано умерла, отец так больше и не женился – от кого было узнать науку макияжа и всяких таких женских штучек.

Училась Зоя хорошо и даже отлично, чем еще больше вызывала отторжение одногруппников. Нет, ее не травили, или, как это теперь модно говорить, буллингу, не подвергали, но и в компанию не звали. В медучилище царили вольные нравы. Почти все девчонки расставались с девственностью самое позднее на втором курсе. Парни, избалованные по причине своего численного меньшинства женским вниманием, даже сочинили про Зою обидный стишок:

Наша Зоя дала б хоть стоя,

Но не хочет нам давать -

Будет мастурбировать.

Стишок этот парни сочинили еще на первом курсе, в период «прощупывания» сокурсниц. Правда узнала она об этом только на выпускном от «королевы курса» Таньки Сёминой, пришедшей «утешить» Зою после того, как ее, разомлевшую от шампанского, на спор лишил девственности в раздевалке «король курса» Серега Воронцов.

Больно не было. Было обидно. Но восприняла это Зоя как само собой разумеющееся. Со всеми когда-нибудь случается это, думала она. Просто на очередной осмотр к гинекологу уже пришла как женщина.

В поликлинике в патронаж ее отправили тоже из-за «простоты лица». Она хотела и даже по оценкам могла претендовать на медсестру-ассистента, но из-за неспособности отстоять себя попала в обойму «пешеходов».

Ухаживать за больными ей было привычно. Последнее время отец много и тяжело болел, пока не умер в прошлом году, и Зое приходилось ходить за ним, делать обезболивающе уколы. Хотя бог миловал и отец мог сам себя обиходить. Зоя набиралась опыта и скоро была нарасхват у пациентов преклонного возраста.

Особо капризными, но наиболее интересными для Зои были жильцы «дома с кренделями». Так звали в районе красивый дом сталинской постройки с лепными украшениями по фасаду в виде завитков, напоминавших упомянутое хлебобулочное изделие. Там жила в основном интеллигентная публика и много актеров одного из московских театров. Когда-то именно для театра и был выделен жилфонд в этом доме. Та самая Таисия Романовна как раз была «из бывших». Дама статная, выглядевшая моложе своего возраста, с хорошо поставленным голосом и гордой сценической осанкой. Казалось, что в театре она играла исключительно графинь и «особ приближенных к императору». Специального ухода она не требовала. В обязанности Зои входили только лекарства, иногда уколы и «попить чаю с бабушкой». Так говорила сама Таисия, нуждавшаяся более в общении, чем в лечении.

Разговоры за чаем были очень интересными. Таисия рассказывала о своей молодости, о театральной жизни, об известных актерах, с которыми ей приходилось встречаться и играть на одних подмостках.

Сегодня у Зои в этом доме образовался новый пациент – тот самый «дед с коленкой». Звали его Альберт Мстиславович. Он тоже был из театральной среды. Альберт был сегодня первым в очереди у Зои, которой предстояло сменить ему повязку и обработать рану бедра, которую «дедушка» получил, катаясь на лыжах. Вот такой спортивный дед оказался.

После звонка пришлось изрядно подождать, пока «дед» не доковылял до двери.

— Здравствуйте, Альберт Мстиславович, - Зоя с трудом артикулируя выговорила отчество, - меня зовут Зоя. Я ваша патронажная сестра.

— Бесконечно счастлив познакомиться и принять от вас, милое создание, необходимую медпомошь. Чтобы не ломать ваш прелестный язычок, произнося имя незабвенного батюшки, зовите меня просто Альберт. Можете здесь раздеться и проходите в комнату, а я пока, как смогу, сам допрыгаю.

— Ничего, ничего... я вам помогу.

— О, не стОит. Я сам как-нибудь...

— А где можно вымыть руки?

— Вот здесь справа дверь в ванную.

Зоя прошла в указанном направлении, попутно рассматривая обстановку прихожей и коридора. Интерьер с порога говорил о том, что эта квартира повидала много и многих на своем веку. По стенам были развешаны фотографии знаменитых в прошлом артистов в непринужденной обстановке в компании молодого, но узнаваемого Альберта, и еще каких-то старичков, Зое не известных. Даже интерьер ванной комнаты был выдержан в духе элитного жилья сталинской эпохи: лепнина и керамика на стенах и на полу, массивный санитарный фаянс и покрытые патиной латунные краны. Видно было, что эти стены

Порно библиотека 3iks.Me