в мешочек, а затем туго затянула цепочку. На одном из ее звеньев висел небольшой замочек, с помощью которого она закрепила цепочку на месте, сделав невозможным освобождение половых органов.
— Ты будешь носить его все время, когда в этом, — она снова ткнула в член, — не будет необходимости. И на твоем месте я бы не пыталась предаваться любовным мыслям, это может оказаться очень неудобным. — И графиня улыбнулась той тонкой, жестокой улыбкой, которую он уже видел вчера в подземельях.
— Кто эти люди? — спросил он.
— Ольга сообщила мне, что ты задаешь много вопросов. Пусть этот будет твоим последним, Юлиус. — Она стояла в полуметре от него и рукой в перчатке резко схватила его за щеки, сжав их так, что его рот исказился. — Ты меня понял?
— Я только...
— Ты. Меня. Понял? — Она сжала его еще сильнее.
— Д... да...
— Хорошо.
Резко повернувшись, она вышла из комнаты, не закрыв за собой дверь. Он увидел, что за дверью в коридоре появился Рольф.
— Пойдем, — произнес слуга.
Поспешно застегнув комбинезон, Юлиус последовал за мужчиной обратно в коридор.
Утренняя работа оказалась тяжелой, но пленник был к ней привычен. Завод в Берлине работал круглосуточно, рабочим разрешался только один восьмичасовой перерыв в сутки для отдыха. Копать и рыхлить землю в саду и на огороде было физически тяжело, но по сравнению с тем, что он выполнял на заводе, нахождение на свежем воздухе имело вои огромные плюсы.
Сад был ухожен и плодороден, в нем росли всевозможные фруктовые деревья, от яблок до персиков. Также Юлиус мельком заметил курятник и свинарник. Если у него и оставались какие-то сомнения относительно того, что графиня сообщила ему прошлой ночью, они развеялись после тяжелого грохота проходящих мимо танков, который он услышал за стенами замка. Улучив момент, он взобрался на яблоню, и выглянул наружу, — на танках была безошибочно узнаваемая эмблема в виде красной звезды. Мужчина до сих пор не мог понять, как его угораздило оказаться у русских.
Вокруг практически отсутствовали следы каких-либо боев. Над головой пролетело несколько самолетов, похожих на истребители, но на протяжении всего утра Юлиус не услышал ни единого разрыва снаряда или бомбы, было не слышно даже треска выстрелов. Война фактически закончилась, теперь наступили тяготы оккупации.
Приказы ему отдавал Рольф, и хотя он работал рядом с одним из пленников, таким же блондином, как и он сам, тот даже не попытался заговорить с ним, и конечно, Юлиус не делал никаких подобных попыток со своей стороны. Он сообразил, что никто из рабочих не хочет рисковать и навлекать на себя гнев хозяйки замка. Сексуальный аппетит графини явно питался извращенной садистской диетой, и удовлетворить его было нелегко.
Он не понимал, как ей удалось уберечь замок и его угодья от рук местного обермайстера, [здесь: староста местной общины] не говоря уже о том, чтобы снабжать хозяйство топливом — и резиной! — но задавался вопросом, был ли этот человек подкуплен сексуальными услугами Уны и Ольги во время своего посещения этого поместья? Или может быть, — если он был склонен к мазохизму, — его почтила своим вниманием сама графиня? Как бы там ни было, ради своей же безопасности пленник очень надеялся, что ей так же удалось наладить хорошие отношения с новым русским начальником в этом районе.
Темные тучи рассеялись, и засияло Солнце. Стало жарко. В Германии, с момента прихода Адольфа Гитлера к власти, из года в год конец апреля приносил не по сезону хорошую погоду, а поскольку день рождения фюрера был 20 апреля, то этот период называли летом Гитлера. Его смерть всего через девять дней после своего пятьдесят шестого дня рождения не нарушила этой последовательности.
В обед он увидел, как Рольф провел одного из двух мужчин в замок. Оба вышли примерно через пятнадцать минут, и, когда мужчина вернулся к работе, Рольф забрал второго рабочего. Юлиус предположил, что им не разрешалось принимать вместе пищу, чтобы свести контакт между мужчинами к минимуму.
— Следуй за мной, — сказал слуга, подходя к нему, когда второй мужчина возобновил свою работу.
Пройдя в замок, слуга провел его в маленькую комнату, где на столе снова была разложена еда.
— Поешь, потом раздевайся, — приказал он.
При виде мяса и овощей, дымящихся на столе, у Юлиуса потекли слюнки. Он не мог вспомнить, когда в последний раз ел горячую еду, и за считанные минуты съел всю тарелку тушеного мяса с клецками и овощами, собрав подливку ломтиком хлеба.
— Я сказал, раздевайся, — сказал Рольф, как только тот закончил.
Пленник повиновался, вспомнив о черном кожаном мешочке, в который были вложены его гениталии.
Рольф взял его за руку и повел вниз, в подвалы. Там он вручил Юлиусу ключик от маленького замочка и позволил ему снять мешочек, чтобы тот воспользовался туалетом и душем в ванной комнате подземелья, прежде чем заставить надеть его снова и запереть. После этого, забрав ключ обратно, слуга проводил пленника в его камеру. Дверь захлопнулась, и темница вновь без единого слова погрузилась в полную темноту.
*****
Юлиус беспокойно дремал. Он понятия не имел, как долго он был в камере. Когда-то у него были часы, но несколько месяцев назад он обменял их на еду на черном рынке.
Он проснулся, когда услышал, как в замке поворачивается ключ. Дверь распахнулась, и в дверном проеме появилась Ольга с масляной лампой в руках. Теперь на ней был белый
Порно библиотека 3iks.Me
46658
12.07.2022
|
|