Таня, Юра и я- Читать онлайн

Мы с ней росли в одном дворе... Примерно так, перефразируя известную песню Александра Яковлевича, можно было бы обозначить наши с Татьяной отношения. Мы действительно росли, если и не в одном дворе, всё же частный сектор, но на одной улице. Сестра моего лепшего кореша Юрика Абазова, младше брата едва л не на год, Танька была участницей всех наших игр и проказ. Когда мы с пацанами играли в войну, Танька бегала с нами, таская на боку противогазную сумку с красным крестом. Санитарка. Почти как в песне:

Бежит по полю санитарка звать Тамарка

В больших кирзовых сапогах сорок пятого размера...

Она ассоциировала себя с пацанами до такой степени, что даже писать старалась стоя, смешно выгибаясь и выпячивая животик. И мы это воспринимали как что-то естественное. Танька просто свой парень. И никого особо не интересовала её голенькая пися. Впрочем у самих тоже пока не намечалось никакой растительности на лобках. Гололобые были. А потом естественный процесс взросления начал что-то менять в отношениях. И мы стали отворачиваться, стараясь не демонстрировать свои тогда ещё невеликие хоботки, когда приспичивало отлить. И Танюха стала приседать за кустиками, в сторонке от нас. Только вся эта стеснительность исчезала, когда мы оставались наедине. То есть её брат Юрашка, она и я, почти такой же брат, как и Юрка. По крайней мере нам так казалось. А когда в нас проснулся интерес к противоположному полу, мы могли удовлетворять его предметно. Благо наглядные пособия искать нужды не было. Снять трусы и показать письки? Да запросто. Свои же. И смотрели, и трогали. Но дальше этого дело не шло. То ли ума ещё было мало, то ли просто не созрели для большего. Скорее всего последнее. Но жизнь не стоит на месте и развитие идёт вне зависимости от наших желаний или хотелок.

Как-то сидели мы втроём на крылечке у Абазовых и кушали виноград. Счастливые времена, когда осенней порой фрукты стоили буквально копейки. А если ты, к примеру, оторвёшь свою задницу от стула и решишь сходить на Межрайбазу немного поработать на разгрузке вагонов, то всякие вкусняшки можно было получить совсем бесплатно и это кроме денег, которые платили за разгрузку. Детский труд? Эксплуатация? Да Господь с вами. В те времена такого понятия не было. Все без исключения детишки с малолетства привыкали к труду на благо семьи. У всех были обязанности. А работа на базе была чем-то вроде шабашки. Не клянчить же у родителей копейки на кино, на танцульки и на прочие нужды.

Ели мы виноград, сидя на ступеньках, болтали ни о чём. Тётя Маша с дядей Петей были на работе. Мы общими усилиями сделали все дела, которые нам определили. И у нас и у них. Давно уже не делили работу и делали всё вместе на два дома. Виноград был спелым, сочным. Ягоды лопались, едва их прикусишь, наполняли рот вкусным соком. Сок капал и момо ртов, пятная ступени крылечка, капал и на нас. А вокруг роем вились осы, привлечённые запахом сока. Они нам не мешали, как мы им. Всем кушать хочется. Танька зачем-то встала, потом села. И взвыла сиреной гражданской обороны, каковую у нас в посёлке включали довольно часто. Нет, по-моему даже громче. Мы с Юрасиком подскочили: Что? Как? Кто? Зачем? Где болит? Оказалась вполне прозаическая вещь. Танька встала, в это время одна из наиболее наглых или безмозглых ос села на её место чтобы подобрать капельку сока. когда Танька садилась на место, то непреднамеренно придавила насекомыша. Та не стерпела такого хамства и воспользовалась природным оружием, ужалив Танюху в то самое место, которое чаще всего было прикрыто трусами. Танька верещала, прыгая и хлопая себя по этому самому месту, задрав подол платьица. Мы бегали вокруг, не зная, что предпринять. Кое-как уяснили что случилось. Надо Таню пожалеть и облегчить её боль. Затащили вопящую девчонку в дом, завалили на кровать и стянули с неё трусы. Припухлость от укуса оказалась на самом интимном месте.

В детстве самой распространённой жалелкой было погладить место ушиба или иной мелкой травмы, подуть, поцеловать и сказать: У кошки боли, у собачки боли, у (имярек) заживи. Что я и сделал. То есть подул на Танькину письку, поцеловал и произнёс заговор.

Это было уже в те времена, когда наши лобки начали покрываться шёрсткой чистой и шелковистой, как у Шарика из мультфильма про Простоквашино. Танюхин лобок был покрыт как раз такой шелковистой шёрсткой золотистого цвета. Или мне так показалось. И от её писюни шёл аромат, кружащий голову. Что мы в то время знали о феромонах? Да лишь то, что самки в животном мире приманивают этим запахом самцов. Но эти знания из школьной программы по биологии были где-то там далеко, а ароматная Танькина писька была рядом. И я не стал противиться своему желанию, возникшему под воздействием как раз этих ароматов привлекательности, поцеловал ещё раз. А потом робко лизнул сомкнутые губки вульвы. Танька замерла и даже перестала верещать. Замера не надолго, потом двумя руками растянула губки попросила: Ещё. Знать наговор подействовал, полегчало.



Юрка с открытым от удивления ртом смотрел, как я вылизываю письку его сестре. Мы в то время не знали слово "куннилингус", но сделать это у меня получилось с первого раза. Может не так искусно, может против всех правил вылизывания пизды, но я сделал это. Главное, что Таньке

Порно библиотека 3iks.Me