Коммуналка (Части 1 - 6)- Читать онлайн

скороговоркой, она снова припала к моим губам.

– Анька, что ты такое говоришь, – я воспользовался моментом, когда она освободила мои губы, чтобы прокашляться, – я очень за тебя рад, и вовсе не грустил. Я вообще не люблю праздники. Праздник у человека внутри.

Она ушла к себе, переоделась и вскоре вернулась, примостилась у меня на коленях и внимательно посмотрела на меня.

– А глаза грустные, так что не обманывай меня, ты переживал.

– Не переживал, просто думал по-доброму вспоминал все те моменты, когда был счастлив с тобой.

– Почему был? А сейчас разве не счастлив?

– Конечно счастлив, но...

– Никаких но, мы сегодня будем вместе и я всё сделаю для того, чтобы ты был счастлив.

С этими словами она подошла к двери, закрыла её на замок, потушила верхний свет и потянула меня за руку.

– Давай потанцуем! Поставь какую-нибудь медленную музыку. Хочу положить голову на твоё плечо, закрыть глаза и кружиться, кружиться...

Я нашел на диске песню Адамо «Падает снег» и Аня прижалась ко мне, обняв за плечи.

Tombe la neige

Tu ne viendras pas ce soir

Tombe la neige

Et mon cœur s’habille de noir

Мы кружились в медленном танце, и я чувствовал, как трутся о мою грудь её маленькие сосочки.

– Какая грустная песня, – не открывая глаз, прошептала она, – такое чувство, что он сейчас заплачет. Ты знаешь, о чем он поет?

– О любви, точнее о прощании с любовью!

А в каникулы Анюта поехала со своей компанией на экскурсию в Пушкинские горы.

– Представляешь, Петрович, как там сейчас здорово. Михайловское, Тригорское. Это же ты мне читал, когда я болела:

Под голубыми небесами

Великолепными коврами,

Блестя на солнце, снег лежит;

Прозрачный лес один чернеет,

И ель сквозь иней зеленеет,

И речка подо льдом блестит.

– Ты что, не рад тому, что я увижу это своими глазами? Ту же великолепную картинку. Мы же будем на лыжах там ходить. Ты же сам мне рассказывал, как в студенческие годы спускался с горы Воронич и сломал лыжу.

– Рад, конечно! Природа там чудесная, так что ты прекрасно проведешь время и отдохнешь, и накатаешься.

И моя Аня уехала, а вернулась уже не моя! Я сразу же понял это, когда пытался посмотреть ей в глаза. Она постоянно отводила взгляд, когда я пытался заглянуть в них, надеясь найти ответ. И целовала она меня уже не так, как раньше.

– Ну, не скрывай, говори прямо – влюбилась?

– Да, – подняв глаза ответила она и разрыдалась, – прости меня Петрович, я, наверное падшая женщина. Я с того новогоднего вечера всё думала о нем, но скрывала от тебя. В новогоднюю ночь, правда, ничего не было, мы даже не целовались. А в Пушкинских Горах, в гостинице... Я устала, расслабилась, а мальчишки пришли к нам в номер, принесли водку с пивом. Я сама не заметила, как меня развезло. Потом Ирка со своим парнем смылись, и мы остались одни. И он меня раздел, целовал, но не так нежно, как ты, и даже писечку не трогал, и клитор, а, просто тупо оттрахал. Они, наверное, договорились с другом подпоить нас. Ирка, между прочим, тоже девственности лишилась. Я то ладно, не сильно этим и дорожила, обидно только, что не ты это сделал. Знаю, ты бы сделал это деликатно, превратил бы это действо в праздник. А тут, вся простынь в крови, я её еле отстирала потом, но, всё равно следы остались. А он, увидел кровь, удивился, и говорит – первый раз целку вижу. Сколько телок перетрахал, и не встречал. Так и сказал – «телок». Петрович, я знаю, что ты теперь будешь меня презирать!

– Ну, что ты такое говоришь, Анечка? Неужели ты так думаешь. Ты же меня знаешь «как облупленного». Я любил тебя и буду продолжать тебя любить!

Я не успел договорить, слезы навернулись на глаза. Так мы долго сидели, смотрели друг на друга, слезы медленно катились по щекам, но мы их не вытирали.

Мне трудно передать словами чувства, испытанные этой ночью. Мы с Аней провели её в разговорах, обнявшись, и тесно прижавшись друг к другу. Она склонила голову на мою грудь, я смотрел в потолок, перебирал её такие родные мягкие волосы.

Что я испытывал? Нет, у меня не было досады от мысли, что кто-то до меня «распечатал» этот так оберегаемый мною «сосуд», наоборот, пропало искушение самому однажды не удержаться и. .. Да, это навязчивое «и», вечная дилемма войти и не выйти.

– Признайся честно, – нарушила наше молчание она, – ты теперь меня презираешь?

– Ты говоришь так, будто не знаешь меня совсем. Презираешь вовсе не подходящее здесь слово.

– Я знаю, ты меня, наверное, жалеешь?

– И это слово здесь не подходит. Я просто тебя понимаю и принимаю. Неужели ты можешь серьезно думать, что я разлюбил тебя из-за того, что ты перестала быть девочкой? Анечка, я люблю тебя, люблю ту девочку, которая лежала на мне, с лицом, покрытым снегом. Эта картинка так и стоит перед моими глазами, я запомнил её на всю жизнь!

– Я тоже хорошо помню этот момент, Петрович, и я тоже полюбила тебя именно в тот момент. Но, получается, что я тебе «изменила», предала тебя?

– Ничего и никого ты не предала. Главный виновник того, что произошло, это я сам. У меня не хватило мудрости предостеречь тебя, объяснить, как опасно увлекаться, поддаваться сиюминутным желаниям. А главная вина лежит, конечно, на этих подонках,

Порно библиотека 3iks.Me