Брови были очень густые и толстые, они шли почти что одной линией, от виска до виска, что придавало её лицу чересчур серьёзное, даже хмурое выражение, но при этом не столь бросался в глаза её довольно крупный и длинноватый нос, под которым, над верхней пухлой губой едва приметной тенью шёл тоненькой ниточкой почти незаметный пушок. Под широкими, как у Леры, ресницами полускрывались антрацитовые глаза, совершенно загадочные: в одно и то же время они казались и огромными, и не столь большими, может благодаря полуприкрытым ресницам, а главное, создавалось впечатление, что находятся они где-то чрезвычайно далеко, глубоко, при том, что были совершенно снаружи - это как в очень глубоком тёмном колодце вода кажется далеко в глубине, тогда как он почти полон; или совершенно наоборот, когда вода далеко в глубине, но кажется совершенно близко. Так и её глаза, бархатные, словно подёрнутые дымкой, обманчивым туманным флёром, будто находились в неизмеримой дали, одновременно будучи рядом, глубокие и томные. Но главное, в её взгляде не было высокомерия, той холодной презрительной жёсткости как у остальных девок, бездушно и жестоко осматривавших и оценивавших Олежку как вещь или скотину на базаре, и как его лучше использовать, грязно обсуждая его "прелести", достоинства и недостатки. Не было того издевательского духа, она скорее смотрела на него с некоторой частью жалости, особенно когда взгляд её падал на его исполосованную попу. Какая-то незримая нить потянулась от неё, и Олежка чуть даже не телесно почувствовал шедшее к нему тепло. Он чуть не забыл, что следует поторопиться. Жгучий удар цепочкой вернул его в действительность.
- Чего развалился? - услышал он над собой хриплый прокуренный голос Леры, и цепочка несколько раз впилась в его попу. - Что следует делать?!
Олежка подполз к ногам Лизы, облизал её босоножки. После поцеловал подставленную стопу, хоть и несколько широкую, но изящную, пососал большой палец на ноге.
- Здра... - начал он, и тут же в ужасе похолодел от нечаянно вырвавшегося, и сразу ж поспешно поправился. - Я хочу услужать госпоже Лизе!
Но было поздно. Лера услышала неосторожно вырвавшийся звук, и цепочка загуляла по Олежке.
- Да он не просто дебил, это целый идиот! Что ты сказал? Ты хотел сказать "Здравствуйте"? То есть, ты ставишь себя на одну ступень с госпожой?! Это? Да знаешь ли, что тебе должно быть и будет за это?! Всё, девчата, берём его! Сегодня плётка порезвится всласть!
Но, как только девки поволокли его, кричащего и умоляющего его выслушать, Лиза резко выбросила руку вперед и помахала ладонью.
- У меня нет времени ждать, пока его будут наказывать! Я забежала ненадолго, попробовать новое мясо и сразу бежать! Дела! Не могу сегодня развлекаться до вечера! Да, он допустил невнимательность, что говорит, что в это время он думал о чём-то другом, а не о том, как следует выражать почтение госпоже! Такой раб должен быть строго наказан! И сделаю это я сама, а потом, когда уйду - драконьте его столько, чтобы понял, как надо себя вести!
Лера за волосы задрала Олежкину голову, ткнула ему в лицо кулаком.
- Второй раз, и уже вторая госпожа за какие-то сутки спасает тебя от хорошей бани! Гляди у меня, сегодня тебе не уйти от плетей! Хоть сейчас тебя и выдерет госпожа Лиза, но после её ухода мы очень долго будем рассказывать тебе сказ про сидорову козочку! Ладно, Лиза, бери его, и засунуть в его башку столько ума, пока рука не устанет!
Лиза, намотав на ладонь короткую плеть, свитую из множества тонких проводков, слегка вразвалочку на своих крепких, очень сильных ногах, пошла в маленькую комнату, держа за цепочку Олежку. Тот, неуклюже подпрыгивая, шёл следом на четвереньках, стараясь не отставать от госпожи.
В маленькой комнате, чтобы избежать унизительного насилия, чтобы его грубо и больно не хватали и не волокли словно предмет, Олежка сразу же сам начал взбираться на кровать, приподнял тело и дал подсунуть под себя подушку. Слегка поёрзал и подставил попу, тихо плача.
- Ты взгляни, какой уже послушный!
- Надрессирован уже! Боится!
- Есть страх - не надо убеждения!
- Плётка лучше всякого воспитателя! - пересмеивались девки. На всякий случай Лера села ему на голову, а Марина прижала ноги. Лиза расправила и растянула плётку, разделённую на конце на две коротенькие "косички", отступила на шаг и слегка отставила назад правую ногу. Короткий взмах, и снова, как несколько часов назад, Олежка забился и задёргался от волны прошедшей по телу огненно-жгучей боли.
Лиза хлестала короткими и резкими, довольно частыми взмахами, с такими же резкими и сильными быстрыми протяжками, так что даже эта коротенькая плётка в её руках что называется, "пробирала дальше самого нутра". Другим девушкам явно нравилось смотреть, как у Олежки поперёк попы один за другим вздуваются багрово-красные, налитые кровью рубцы, их это заводило. Лера даже вздрагивала и тёрлась промежностью об Олежкин затылок. Сам он после каждого жалящего удара подбрасывал попу насколько это представлялось возможным, перебирал бёдрами и завывал в подушку. Стоявшая несколько сбоку и позади от Лизы Женька сама поддёргивалась телом, словно в такт чужим движениям тоже представляла как кого-то бьёт, или предвкушая, как через некоторое время сама будет терзать плетью это беззащитное тело.
Стеганув Олежку пятьдесят первый раз, Лиза остановилась, переводя дыхание.
- Думаю, хватит. Можно было бы потом и продолжить воспитательную работу, но... Время, время! Внутри-то он хоть достаточно чистый?
- Вчера
Порно библиотека 3iks.Me
57231
29.10.2022
|
|