Пошлая двоюродная сестра- Читать онлайн

Пока ты здесь, ты будешь есть, как следует. Тебе надо поправиться.

— Ах ты, хам! Ты же сказал, что я хорошо выгляжу!

— А можешь еще лучше. Повернись-ка!

Она встала боком, выпятив грудь, довольная, что он рассматривает ее. Ее вытянутый подбородок, перетекающий в длинную шею, образовывал удивительно притягательную линию, которая ниже выгибалась в полную пологую грудь.

— Когда ты идешь, ты не падаешь вперед?

— Почему я должна падать?

— Грудь – единственное, что осталось в тебе увесистого. Должен быть противовес. Все нормально, но задница плоская, как будто по ней лопатой шлепнули.

— Что? – она понимала, что он говорит с юмором, но все-таки обиделась. – Ты хочешь, чтобы у меня был целлюлит?

— Мужчины любят, когда жопа как кочка. Как у негритянок, - улыбнулся он.

Он видел, что она действительно могла быть красивой. Дело было не только в излишней худобе. Увядание уже коснулось ее, глянец начал блекнуть. Ему показалось, что это делает их похожими, и ему стало жаль ее.

Может, его замечание подействовало, а может, она действительно проголодалась, но за столом она ела с аппетитом. Лариса Федоровна приготовила утку в духовке, и четыре салата. Все было очень вкусно. Все пили коньяк, Наталья – белое вино. Лариса Федоровна вышла из-за стола и вернулась с высокой коробкой, обвязанной красной лентой.

— Надя, прими это от нас в честь дня рождения, - она остановилась перед сестрой и ждала, когда та встанет.

Надежда Федоровна, растрогалась, чувствуя, что в коробке что-то дорогое, и улыбалась, продолжая сидеть.

— Мама, возьми коробку! – скомандовала Наталья.

Надежда Федоровна поднялась и протянула к коробке большие красные руки.

— А тебя ждет сюрприз, - сказала Лариса Федоровна Наталье. – Так захотел Ромаша.

Надежда Федоровна поворачивалась, не зная, куда поставить коробку.

— Поставь на стул, - сказала Наталья.

Надежда Федоровна, как дрессированная, поставила коробку на стул, и смотрела на нее.

— Ну, чего же, развязывай, – сказала Лариса Федоровна.

Надежда Федоровна принялась развязывать ленту, пытаясь пальцами ослабить узел. У нее не получалось. Наталья с ненавистью смотрела на мать. Зудин провел ножом по ленте и открыл коробку. Все увидели аккуратно составленный ослепительно белый сервиз.

— Дорогой ведь, наверно, - пробормотала Надежда Федоровна и полезла целовать сестру. Потом она расцеловала племянника и, закрывая коробку, обратилась к дочери. – Наташ, давай, неси уж. Правда, наш подарок не сравнить с вашим, простите.

— Сама неси.

Наталье было стыдно. Бедность была мучительна для нее.

— Да разве ж в этом дело! – сказала Лариса Федоровна.

Надежда Федоровна ушла в комнату и вернулась с картонной коробкой.

— И тебя с прошедшим, дорогая сестричка, - промямлила она, сунув коробку сестре.

Они снова расцеловались. Лариса Федоровна достала из коробки вазу и на стол упала маленькая бумажка. Это был ценник – четыреста рублей.

— Дура, - прошептала Наталья.

Через минуту вновь стало весело. Выпили. Неуклюжую вазу из мутно-розового стекла наполнили водой и опустили в нее цветы.

Зудин и Наталья пошли гулять. День был солнечный, но не жаркий. Он накинул легкую куртку, а она свитер, он очень шел к ней. Коричневый, мягко облекающий ее грудь. И дешевый, что сразу заметил Зудин. Они шли по дорожке вдоль забора коттеджного поселка. Он засунул пальцы в тесные карманы джинсов, она сложила руки под грудью. Ее спина гнулась под тяжестью груди.

Она пошла в тех же туфлях, в которых приехала. Она бы с удовольствием надела кеды, но у нее их не было, или просто не было приличных. Зудин видел это. Она была расстроена. Они шли и молчали.

— Наташка, да не расстраивайся, - сказал он, наконец. – Мы же свои.

— Эта уродская ваза оказалась единственным, что мы смогли себе позволить, и что хоть как-то могло сгодиться как подарок. Я сказала ей: «Мама, не забудь выбросить ценник!» – она готова была заплакать.

— Да перестань. Главное, вы приехали и мы очень рады. Я очень ждал, когда вы приедете.

Он взял ее руку, и они продолжали идти так.

— Правда, ты рад? – спросила она.

— Конечно!

Ее глаза заблестели.

— Нищета унизительна, - вырвалось у нее, как рыдание.

— Нищета не вечна, жизнь наладится. Если тебе нужны деньги, скажи.

— Я хочу иметь свои, а не выпрашивать подачки.

— Что ты сделала, чтобы иметь деньги? Бросила работу. Твой дядька предлагал вам устроить вас в Москве. Вы что ему сказали? Что вы лучше будете бедными, но честными.

— Это мама ему так сказала.

— А я, ты думаешь, откуда взял свой Рейндж Ровер? Благодаря ему. Он подсказал, чем заниматься, помог открыть фирму, помогает и сейчас.

— Вы всегда нормально жили. Твоя мать всегда умела устроиться. А моя... как кухарка. Хочу быть как твоя. Я всегда брала с нее пример.

— Моя мать просто умеет вертеть мужчинами и пользуется этим.

— Все. Не хочу больше об этом говорить. Давай о чем-нибудь другом, – она тряхнула его руку.

— О чем?

— Ну, сделай мне еще комплимент! – она посмотрела на него и попыталась рассмеяться, но ее лицо, изможденное как у узника, не засмеялось.

Они перешли дорогу, и пошли по лугу между молодыми березками. Впереди недалеко был большой пруд. На берегу сидел мужик с удочкой. Она вырвала руку, подошла к молодой березке и провела по мелкой светло-зеленой листве, потом повернулась к нему и, щурясь от солнца, сказала:

— Скажи что-нибудь.

Он знал, что не должен это говорить, но очень хотел это сказать, и был уверен, что это подействует.

— Я хочу тебя, - произнес он

Порно библиотека 3iks.Me