Практика гештальта- Читать онлайн

мы садимся на заднее сиденье, водитель отделён стеклянной перегородкой.

— Можно тебя попросить, - нерешительно обращается ко мне Катя, - мне нужно снять трусики, прикроешь меня от водителя?

— Зачем? – тупо спрашиваю я и Катя, не поняв, к чему относится вопрос, говорит:

— Ну, чтобы он не смотрел на меня голую.

— Трусики зачем снимать? – уточняю я и она, смутясь и отводя взгляд отвечает:

— Ну... они мокрые... из меня течёт. Не ругайся только, давай потом, - предупреждает она моё возможное возмущение. И я в этот момент понимаю, что из неё вытекает сперма официанта. Но что толку теперь кричать и высказывать ей претензии! Я снимаю пиджак и прикрываю её ниже талии. Катя, привстав, насколько позволяет потолок машины, подтянув подол свадебного платья вверх, неловко извиваясь, спускает трусики, не садясь, стягивает поочерёдно с одной и со второй ноги и трусиками же протирает у себя в промежности. Я почему-то думаю, что столь ничтожно маленькая тряпочка, которую из себя они представляют, не сможет собрать всё. Вынув из нагрудного пиджака крахмальный белый платок, даю ей, но ей брать неудобно и я, преодолев брезгливость, стараясь не думать о том, что собираю из лона моей жены чужую сперму, завожу руку ей под платье и найдя на ощупь промежность, успев удивиться тому, какая она горячая и мокрая, вытираю, собираю в платок влагу. Делать это не удобно, ведь мне приходится выворачивать руку, а другой рукой я удерживаю пиджак в качестве ширмы. Убираю скользкий и липкий платок, Катя, с виноватой улыбкой и вопросительными бровями домиком, глядя на меня, несмело протягивает мне свои трусики. Я – что делать – беру и их, и, теперь в моей руке два неприятных предмета – платок и трусики жены, оба в чужой сперме и что с ними делать я не знаю.

— Я постираю – говорит Катя, поняв мою заминку, - подержи пока, пожалуйста.

Я с приоткрытым ртом гляжу на неё и Катя не удерживается, фыркает, должно быть у меня глупый вид, тут же начинает извиняться, глядя на измазанные спермой аксессуары в моих руках, торопливо хватает конверт с подаренными деньгами из яркого бумажного пакета, отрывает край, вытряхивает купюры прямо в подарочный пакет и подставляет раскрытый пустой конверт мне. Какая злая ирония – прятать в конверт из-под подарка на свадьбу трусики жены, изгвазданные спермой мимолётного любовника! Катя кажется думает то же самоё, она пожимает плечами и вздыхает.

Не знаю, как повернулось бы всё, начни мы выяснять отношения сразу же, ещё в банкетном зале, скорей всего, разругавшись в пух и прах, разъехались бы, бросив на произвол судьбы и гостей, и подарки, и цветы. А так получилось, что пока мы, отложив тяжёлый разговор, собирались, попутно целуясь на потеху гостям, кричавшим свои многочисленные «Горько!» с непременными дурацкими прибаутками, вроде: водка горькая, надо подсластить!, пока ехали в машине, пока выгружались у отеля и предупредительный портье – молодой мальчишка, лет семнадцати, не больше, с завидным рвением, вероятно, в расчёте на щедрые чаевые, таскал цветы на второй этаж, в наш люкс, пока мы сами располагались в номере, запал как-то поутих и, когда Катя, по прежнему красивая, если не сказать – прекрасная, в белом свадебном платье и маленькой кокетливой фате, совмещённой с вуалью до губ, сказала с какой-то робкой ласковостью:

— Можно я быстро приму душ? Вытерпишь? – несмело улыбнувшись, добавила, - как бы-то ни было, мы проведём ночь здесь, вместе и нам надо кое-что обсудить. Хотя бы материальное – подарки, деньги... -

Я и хотел бы сказать что-то колкое, но не нашёлся. Глупо сейчас собираться, вызывать такси и разъезжаться. Всё уже произошло и надо просто дождаться утра. Как ни странно, эта мысль резко успокоила меня и я почти нормальным тоном сказал:

— Хорошо, мойся. Когда сполоснёшься, будешь пить что-нибудь?

— А что у нас есть?

— Водка, коньяк, виски початый, шампанское. На закуску шоколад и мандарины.

Она на миг задумалась и сердце моё ёкнуло – в такие моменты она непроизвольно чуточку выпячивает губы, как для поцелуйчика и, чуть приподняв подбородок, одновременно вскидывает взгляд куда-то вверх и эта мимика всегда приводит меня в умилительный трепет. Собственно, у каждого человека в другом, любимом, есть такие особенные жесты, словечки, которые вызывают умиление и нежность. В тот момент меня удивило, что всё произошедшее в подсобке банкетного зала не изменило моего отношения к любимым мною катиным жестам и гримасам.

— Я бы выпила коньяка.

В ожидании новобрачной я прилёг на постель и на минутку прикрыл глаза. А когда я их открыл, в номере было темно, в окно постукивала качаемая ветром ветка дерева. Я приподнялся на постели. Тьма была не кромешной, силуэты мебели проступали. Кати не было ни рядом, ни в ванной. Я встал, на всякий случай проверил туалет, маленькую прихожую. Её не было нигде. Я стоял посреди тёмного номера и пытался сообразить, что мне следует теперь делать. С одной стороны, Катя моя жена, это наш номер люкс для новобрачных, у нас, вроде как, брачная ночь, с другой стороны, она мне изменила, едва став женой и какое может быть будущее у наших отношений мне непонятно. Смогу ли я простить её? Надо ли мне идти её искать или...

Я вышел из номера, оставив дверь чуть приоткрытой и защитив её от захлопывания, подсунув под дверь краешек коврика, пошёл к лобби

Порно библиотека 3iks.Me