выпуклостей выглядело весьма убедительным и возбуждающим. Наконец, мужские пальцы потянули край платья и обнажили Олесин зад перед камерой.
— Ой, мамочка, я так давно хотел это сделать, - Санек перешел почти на шепот, - я даже со своей девушкой расстался, потому что хочу тебя…
Одной рукой актер оглаживал оголенную ягодицу, а второй принялся неравномерно стягивать трусы с ее широкого зада. Когда это удалось сделать, в кадре показалась задница целиком, она в этой позе выглядела почти упругой, а сверху левого бедра, на внутренней его стороне обнаружилось ярко-коричневое родимое пятно.
— Мамочка, можно я тебя трахну? Я так давно хочу этого! – Санек согласно роли придал голосу мольбу и трагичность.
Тон актера был откровенно наигран, но в ушах Олеси он звучал как волшебная мелодия. Она уже ощущала, как напряженный кончик пениса прикасается к ее оголенным бедрам, как мужские ладони сминают ее мягкие выпуклости.
— Да, да, трахни меня, наконец! – Помимо воли вырвалось из груди Олеси.
Она сама принялась вращать оттопыренным задом, подавалась назад чтобы поскорее насадиться на член, совмещая приятное ощущение и пользу для фильма.
— Стоп! Стоп! – Крик режиссера донесся раньше, чем тот успел ворваться в спальню. – Я тебе сто раз говорил, что ты не должна ничего отвечать! Понятно? Мы сможем склеить кадры?
Последние слова были адресованы оператору и когда тот кивнул, режиссер выбежал за свой пульт также стремительно, как и появился. Трудно было свыкнуться с манерой босса кричать и одновременно обращаться к нескольким подчиненным.
— Мамочка, можно я тебя трахну? Я так хочу этого! – Повторил актер свою реплику.
Объектив камеры опустился на его напряженный член, заранее облаченный в презерватив и приставленный между ягодиц. Мужские пальцы впились в мягкие ягодицы Олеси и развели их в стороны, а в кадре крупным планом появилась пульсирующая, жаждущая вторжения звездочка сфинктера в поросли черных, жестких волосков. Если режиссер стремился достичь достоверности, противопоставив неухоженную промежность взрослой женщины гладковыбритой Настиной щелке, ему это удалось наилучшим образом - трудно себе представить мамочку с бритым лобком и выбеленным участком вокруг ануса. Начавшая полнеть фигура Олеси уже утратила женскую гибкость, но тем достовернее она выглядела в кадре.
Олеся ощущала, как затянутая в латекс головка прижимается к ее текущей вульве, потом мокрым и холодным любрикантом она прикасается к зудящей тесной дырочке. Женщина текла по-настоящему, когда крепкий, прямой член потирался о ее чувствительные места, хотелось даже самой насадиться, не дожидаясь активности партнера. Наконец, головка прижалась к жаждущему анусу, ее сливовидная форма слегка смялась и началось давление. Опытный актер умел противостоять выскальзыванию, он не допускал прогулок члена вниз и вверх между ягодиц, а весь нажим приходился точно в цель.
Очередной порыв Олеся не сумела сдержать, она сама громко выдохнула и подалась всем телом назад, упираясь обеими руками в крышку комода. Головка легко погрузилась в разверзнутый сфинктер и замерла. Рука режиссера уже потянулась к пульту, когда Настя ее удержала, побежденный неизбежностью, Эльдар откинулся в кресле и безучастно следил за тем, как рушится его сюжет. На кухне царила полная тишина, затаив дыхание, группа следила за происходящим на экране: головка едва заметно шевелилась в растянутом добела анусе, но не выпадала благодаря усилиям опытного актера. Сюжет безнадежно отступал от замысла режиссера - неумелая инициатива Олеси грозила разрушить планы - но пока еще оставался в общих границах задумки.
Избыточная смазка и точное движение партнера сделали свое дело. Даже та малая толика разрывающей боли перед наступлением блаженства оказалась совершенно несущественной. Невыносимая жажда наслаждения овладела Олесей, хотелось прижаться своим задом к животу молодого мужчины, впустить его крепкое копье в свой кишечник на всю длину, а пальцы вжать в промокшую от желания вульву. Даже на мониторе режиссера каждый мог заметить это страстное желание Олеси, не так ярко по сюжету должна была отреагировать мамочка на просьбу сына, но нарушать совокупление никто уже не решался. Вся группа сидела перед экраном, затаив дыхание.
— Мамочка, как же мне хорошо-о-о, - беспрерывно приговаривал Санек заученную, но все менее уместную фразу, вдавливая скользкий член, - как я давно хотел трахнуть тебя, с-с-с-с…
Актер втягивал воздух сквозь зубы и сопел совершенно натурально, отчего произносимые слова казались почти искренними. Он крепко прижал ладони сбоку ее бедер и продолжил плавно вводить испещренный венами член, прозрачная волна смазки заметно выделялась из натянутого добела сфинктера, а белокурая женская плоть в кадре мелко дрожала. Олеся не смела отвечать на возбуждающие комплименты, она уже не в силах была заниматься тряпьем, просто ухватилась обеими руками за край комода и отдалась на волю молодого мужчины. Анус все больше растягивался в кадре, тогда оператор подступил сбоку и навел объектив крупным планом. Эту же картину видели ребята на режиссерском мониторе. Перед глазами молодых людей разворачивалась чарующая картина - широкая, спелая задница зрелой женщины легко принимает внушительных размеров болт Санька. Даже Настя не имела такой популярности, какую сулила студии ж*па Олеси.
— Ой, мамочка, как же мне приятно, - не отклонялся от роли Санек, пока натягивал взрослую и очень активную женщину, - ты разрешишь трахать тебя в задницу каждый день? Я очень этого хочу!
Когда натяжение сфинктера ослабло и появилась возможность двигаться свободнее, актер начал выводить свое орудие, а в кадре податливое мускульное колечко нежно обжимало рельефную поверхность члена и слегка выпячивалось наружу. На дисплее появился край головки и движение сразу обернулось вспять - более крепким
Порно библиотека 3iks.Me
13247
07.11.2023
|
|