Берта заняла место, освобожденное другой девочкой, и пока я двумя руками раздвигала губки ее норки так широко, как только можно, моя подруга со всей силой давила и толкала, пока, к нашему большому удовлетворению, не начала медленно продвигаться внутрь.
Затем последовала самая необычная сцена, которую только можно себе представить. Мадам, уже достигшая наивысшего наслаждения из всех, которых она когда-либо достигала, с трудом могла поверить, что впереди ее ждет еще бóльшее удовольствие. Но когда Берта неуклонно продвигала «Великана» вперед, одновременно нежно вводя и выводя его нужным образом, растяжение и возбуждение кунички стало настолько сильным, а восхитительное ощущение ласки настолько превосходило все, что она когда-либо испытывала раньше, что ее тело стало раскачиваться и выгибаться в совершеннейшей агонии наслаждения, а ее сладострастные движения вызывали у нас, у юных зрительниц, небывалое возбуждение. По мере того как «Великан» входил все глубже, Берта ускоряла движения и, наконец, вогнав его до упора, стала многократно сжимать шары, посылая в сами глубины своей наставницы поток, гораздо более горячий, и гораздо более обильный, чем мог бы дать ей любой мужской член. Когда юная любовница извлекла дилдо из пульсирующей киски нашей настоятельницы, мадам впала с забытье, совершенно обессилев от безмерно затянувшейся и специально более глубокой и интенсивной сцены наслаждения, героиней которой она стала.
Увидев это, одна из девушек сбежала вниз и вскоре вернулась с шампанским, которое быстро вернуло ее к жизни, и учительница тут же начала рассказывать нам обо всех тех необычных, восхитительных и изысканных ощущениях, которые она испытала. Она уверяла, что с того момента, как «Великан» начал входить в нее, удовольствие стало совершенно неземным и превосходило все, что она испытывала до сих пор, заставив ее «кончить» еще до окончательного введения жидкости, и временами ощущения становились настолько сильными, что их едва ли можно было вынести.
Этот рассказ, в дополнение к той сладострастной сцене, свидетелями которой мы стали, возбудил наши развратные желания до самых немыслимых пределов, и сама мадам, вновь зарядив «Капитана» жидкостью и закрепив его, очень скоро оказалась сверху на Берте, энергично «долбя» ее, в то время как я делала то же самое с одной из других девочек с помощью «Ученика»; и когда три оставшиеся девочки изобразили «Три грации», [древнеримские богини веселья и радости жизни, изящества, прелести и красоты. В искусстве обычно изображались в виде трех юных обнаженных дев – прим. переводчицы] взаимно «трахая» друг друга пальчиками и лаская язычками, сама богиня чувственности распростерла свои крылья над нашими обнаженными телами.
Когда я, наконец, осталась в постели одна, то еще долго была не в силах заснуть из-за возбужденного состояния и ума и тела, а когда утром проснулась, то не могла не поразиться тому, какое участие в происходившем событии приняла наша досточтимая школьная учительница. Позже я узнала, что она уже давно была пылкой приверженкой лесбийской любви и стала настоятельницей школы-пансиона только для того, чтобы иметь возможность удовлетворять свою пленительную похоть.
Вот, моя дорогая Этель, перед тобой полный и правдивый рассказ о нашей третьей встрече, и если он не заставит твои волосы встать дыбом, я буду очень удивлена! Кстати, интересно, вызвали ли мои предыдущие письма у тебя достаточное любопытство, чтобы побудить тебя попробовать поласкать свою собственную кисоньку? Если да, то не сомневаюсь, что ты нашла ту маленькую «кнопочку», нажатие и ласки которой доставляет тебе такое изысканное удовольствие. В то же время по собственному опыту могу сказать, что не так приятно делать это самой, как заставить делать это кого-то другого, и мне шепнули, что заниматься этим с красивым мальчиком — самое сладострастное занятие из всех.
До свидания, дорогая, на сегодня достаточно, и надеюсь, что тебя не шокирует это ужасно развратное письмо от
Твоей всегда любящей
Бланш
ПИСЬМО 4
Моя дорогая Этель!
Боюсь, это будет довольно длинное и бессвязное письмо, но тем не менее надеюсь, что оно окажется для тебя и поучительным, и забавным.
На следующее утро после сцены, описанной в моем последнем письме, я не очень-то удивилась, получив от мадам сообщение, переданное через горничную, что поскольку она довольно устала, никому из нас не требуется вставать до двенадцати часов, то есть до времени dejeuner.
Поэтому после того, как мне с трудом удалось допить свой шоколад и доесть свои сэндвичи с pâté de foie gras, [фуа-гра, паштет из гусиной печенки – прим. переводчицы] я снова улеглась в теплую постель, чтобы понежиться еще как минимум пару часов. Но как только я сделала это, дверь открылась, и в спальню вошла девочка по имени Эдит, — племянница графини де Б***, о которой я уже упоминала, когда рассказывала о книге Le Demi Monde...
Как правило, на виду она тихоня и очень скромна, но от других учениц я слышала, что, если остаться с ней наедине, она бывает необычайно развратной, так что когда она сказала, что пришла просто поболтать, я очень обрадовалась. Для начала гостья сняла свою chemise de nuit, заставив меня сделать то же самое, а затем мы улеглись вместе в теплую кровать, ее обнаженное тело плотно прижалось к моему, наши киски соприкоснулись друг с другом, и с небольшой помощью ее тонких изящных пальцев мы вскоре достигли подходящего состояния для откровенных разговоров.
Она стала меня спрашивать, знаю ли я, почему девочек учат уделять столько внимания своей одежде и внешнему виду?
Я ответила ей, что никогда не думала об этом, и Эдит мне рассказала, что
Порно библиотека 3iks.Me
9748
27.01.2024
|
|