Еще раз глянув на себя в зеркало Лида осталось, очень довольна. Было раннее утро, но на ней было надето единственное шелковое нарядное платье, которое сидело на ее стройной фигуре очень ладно. Плохо было то, что в нем придется весь день пробыть на работе. Но выхода не было. Позавчера Андрей, за которым она полгода была замужем, принес билеты в театр, спектакль начинался в семь вечера и успеть домой, переодеться не было никакой возможности, так же как и отказаться от такой удачи – достать билеты на балет с Улановой было очень трудно.
С семи лет, до того как им пришлось переехать с мамой в другой район, Лида ходила в балетную студию и руководитель говорила, что у нее способности, но ездить из другого района было далеко, мама работала допоздна, и занятия пришлось оставить. При воспоминании, об Андрее, она улыбнулась – как ему хочется сделать ей приятное. В это время из черной тарелки репродуктора начали передавать утренние новости. В этом году усилиями нового начальника НКВД Ежова процессы против врагов народа проходили по всей стране. В наркомате, в который ей повезло устроиться три месяца назад, тоже забрали несколько человек.
При мысли о работе. Лида невольно поморщилась. То, что первоначально казалось такой удачей – большой паек, возможность получить отдельную комнату, чистая работа машинистки, в центре, до которого удобно добираться, нравилось все меньше и меньше, а события последних дней и вовсе подвергли ее в смятение и страх.
Приятельница матери, которая помогла с трудоустройством – шепнула, что есть место и подсказала к какому человеку обратиться, и что нужно сделать, чтобы ему понравиться, работала в другом отделе и не знала всех особенностей и обычаев места, куда пристроила свояченицу. Начальник отдела по фамилии Сычев – полный, невысокого роста с темными залысинами на голове мужчина, в военном френче, на собеседовании внимательно расспрашивая Лиду о ее биографии, опыте работы, но почему-то не предложил сесть и смотря в упор на стоящею посреди кабинета девушку, внимательно разглядывал ее фигуру с головы до ног.
Подруга матери посоветовала одеться понаряднее, и Лида была в этом самом шелковом платье – зауженным в талии, с пышной юбкой ниже колена, и довольно глубоким декольте – лодочкой. Его взгляд поднимался от изящных щиколоток, выглядывающих под окончанием подола, до хорошенького личика с большими глазами и пушистыми без всякой туши ресницами, слегка подкрашенными губками – «бантиком» – и волосами, тщательно уложенными в высокую прическу.
Однако взгляд все больше задерживался на декольте с выглядывающей из него полоской незагорелой кожи, и на слегка полноватых (по мнению самой Лиды) грудях, с трудом помещавшихся в тесноватый, но единственно подходящий под это платье бюстгальтер. Привыкшая к вниманию мужчин девушка, под этим оценивающим и как будто раздевающим взглядом, невольно поежилась и мысленно пожалела, что так разоделась.
Сычева больше всего интересовало, замужем она или нет. Услышав уверенное: Да, замужем, но пока еще только полгода, - он стал заметно помягче и даже слегка улыбнулся.
Лида знала почему – незамужних на работу не брали, и она была готова к такому вопросу. А, увидев его реакцию, уже не сомневалась – ее примут. Так и случилось, Сычев сказал выходить на работу с понедельника. И уже повернувшись и выходя из кабинета, Лида в порыве благодарности, поскольку ее взяли на работу, и настроение сразу улучшилось, снова полуобернулась, чтобы сказать запоздалое: - Спасибо Вам, я буду стараться.
Снова перехватила этот раздевающий взгляд, на этот раз он был направлен ниже талии, ей снова стало неуютно. Но за четыре шага до двери она не успела себя проконтролировать и соблазнительно качнула бедрами.
– Еще успеешь отблагодарить, – произнес непонятную ей тогда фразу Сычев.
Эта первая встреча оставила тяжелое впечатление. Работа машинистки ей также нравилась, но, постепенно узнавая порядки в учреждении, у Лиды все больше было вопросов, потом нежелания, а в последние дни и страха туда ходить. В бюро работало шесть женщин, примерно одного возраста. Самой старшей – Зое Алексеевне – старшей машинистке было тридцать два года, остальные были значительно моложе, Лидины ровесницы, двадцать три – двадцать пять лет. Все замужние, но как позже выяснилось, что детей, кроме как у Зои Алексеевны, больше ни у кого не было. В первый рабочий день стажерку – так называли принятых с испытательным сроком, удивил прием ее новых товарищей по работе. Машинистки поглядывали на новенькую, которой Зоя Алексеевна разъясняла трудовые обязанности, сочувственно.
Сначала Лида подумала про обычную женскую зависть к ее красоте и молодости, но потом, оглядевшись, не увидела дурнушек среди работающих в машбюро. Это были молодые женщины, хорошенькие, пожалуй, даже красивые, все подтянутые, стройные. Кроме того, все были одеты не очень официально, можно сказать, немного нарядно. Зоя Алексеевна, похожая на американскую актрису Грету Гарбо, была хоть и старше, но выглядела утонченней остальных. Она, правда, сразу сказала, что учреждение у них солидное, и на работу нужно обязательно надеть блузку и юбку, только не узкую, всякие кофты и свитера носить нежелательно.
С блузками понятно, но почему юбки не должны быть узкими, Лида спросить не решилась. С первого дня Лида больше всех разговаривала с Верочкой, сидевшей за соседним столом, жизнерадостной, курносой хохлушкой. Верочка была самой молодой в бюро, но уже получила от учреждения комнату. Сычева все боялись как огня, и потому, когда через неделю работы он вызвал Лиду к себе с экземплярами отчета,
Порно библиотека 3iks.Me
4326
31.01.2024
|
|