мне самому этот процесс уже давно перестал приносить удовольствие.
Я прилёг рядом с Викой, погладил её по волосам:
– Ну, ну. Не плачь. Всё хорошо, всё кончилось. Я больше не буду тебя пороть.
Моя ученица продолжала всхлипывать, уткнувшись лицом в диван. Ещё несколькими минутами ранее я был на неё зол за её шантаж и оскорбления, хотел жестоко её выпороть, причинить ей боль и даже унизить. Выпорол, сделал больно, унизил – и почему-то ощущал себя отвратительно.
– Ну всё, всё. Успокойся, не плачь. Сейчас я тебя освобожу.
Я достал ножницы и разрезал плёнку сначала на ногах Виктории, а потом на туловище. Освобождённая пленница неожиданно прижалась ко мне всем своим обнажённым телом и крепко-крепко обняла. Грудью я почувствовал слёзы на её лице. Девушка подняла на меня свои заплаканные глаза и тихо спросила:
– Ты меня простишь?
– Уже простил, – ласково сказал я, и это было правдой.
– Больше не сердишься?
– Не сержусь, – я, действительно, больше не мог на неё сердиться.
Вика снова уткнулась лицом мне в грудь, я гладил её по волосам, а она меня крепко обнимала и прижималась ко мне всем телом, будто плачущий ребёнок к маме или папе. Мы довольно долго так пролежали в полумраке, не говоря друг другу ни слова. Я накрыл нас покрывалом, потому что лежать голыми было прохладно. Будто не было никакого скандала и шантажа со стороны моей ученицы, будто не было этой недели разлуки. Всё вернулось в прежнее состояние, на круги своя.
Через какое-то время Виктория подняла голову:
– Ты правда не сердишься?
– Нет, уже не сержусь, – мягко, но уверенно ответил я.
– И... мы снова будем... ну, как раньше? – уточнила она мило, будто маленькая девочка, переживающая, что у неё отберут конфету.
– А ты хочешь, чтобы это всё продолжалось?
– Да, – сказала девушка, смущённо потупив взор.
– Тогда давай продолжим.
– Давай! – томно прошептала Вика. – Я хочу тебя. Возьми меня в попку...
Тюбик с анальным гелем был припасён заранее. Моя ученица зашипела, прикоснувшись ладонями к выпоротым ягодицам, чтобы раздвинуть их. Я смазал палец лубрикантом и начал увлажнять девичье анальное отверстие. Аккуратно ввёл палец внутрь, разрабатывая попку, в которую не входил уже больше недели.
– Нет, возьми меня сразу, резко и сильно! – прошептала юная развратница. – Войди в меня...
– Погоди, торопыга! Разработать же надо попку.
– Нет, войди сразу и до конца! – шептала девушка, уже начав извиваться от возбуждения. – Я хочу, чтобы ты сделал моей попке больно!
– Хватит с тебя на сегодня наказаний, моя девочка!
– Ну, пожалуйста! – начала сучить ножками возбуждённая красавица.
Я для надёжности всё-таки ввёл в похотливую попку два смазанных пальца. Они вошли, но туго: неделя отсутствия пенетраций не могла не сказаться на сфинктере. Но Виктория снова поторопила меня:
– Ну, давай уже! Накажи мою попку!
Я смазал член и приставил головку к тугой дырочке. Вика подала попку навстречу мне – и пенис неожиданно легко преодолел сфинктер. Моя ученица выгнулась так, что с размаху нанизалась анальным отверстием на всю длину фаллоса, коснувшись ягодицами моих бёдер – и тут же зашипела от боли: выпоротая попка давала о себе знать. Мой член оказался в приятном плену тесного бархата девичьей прямой кишки. Я не удержался, начал двигаться в вожделенной попке с большой амплитудой, ускоряясь с каждой секундой. Юная красавица с каким-то остервенением подмахивала мне, каждый раз насаживаясь анусом на мой фаллос до упора и издавая при этом стон – то ли от наслаждения, то ли от боли, вызванной такой поспешной пенетрацией в неразработанную попку. Я рухнул ей на спину и обхватил ладонями её нежные груди, прижатые к дивану, не переставая мощно таранить задний проход девушки.
– О-о-о-о-о, да-а-а-а-а! – протяжно застонала Виктория. – Накажи меня в попку! Я была плохой девочкой! Сделай мне больно своим членом!
Моя юная любовница чрезвычайно быстро заводилась. Уже не оставалось и следа от той выпоротой девушки, которая от боли и унижения содрогалась от плача, уткнувшись лицом в диван. Она продолжала подмахивать мне, с энтузиазмом пропуская член на всю длину в свою тугую попку. Я сжал её соски пальцами и начал их слегка покручивать. Вика застонала в голос, а её бёдра начали знакомо дрожать в преддверии «попочного» оргазма.
– Ах, да-а-а! Трахай меня, трахай мою попку, не останавливайся! Накажи свою плохую девочку! – стонала похотливая развратница.
Вскоре оргазм накрыл её с головой. Девушка уже привычно выгнулась, ещё глубже насаживаясь попкой на мой член, плотно обхватывая его сфинктером у самого основания, и громко закричала, дойдя до кульминации нашего анального полового акта. Несколько секунд она продолжала стонать и содрогаться в конвульсиях «попочного» оргазма, а потом резко расслабилась и обмякла. Я аккуратно покинул её тугую попку и прилёг рядом, снова накрыв наши тела покрывалом.
Отойдя от оргазма, Виктория расслабленно потянулась – и тут же ойкнула:
– Ой, попка болит!
– Снаружи или внутри?
– Снаружи тоже, но больше внутри, – Вика слегка кряхтела от боли.
– Я же говорил: надо сначала размять, разработать!
– Нет, ничего страшно, пройдёт. Мне самой так хотелось – чтобы было больно во время секса, чтобы ты меня наказал.
– Я же тебе делал больно, когда порол. Хватило бы с тебя и этого.
– Это другое было. Ты тогда меня ещё не простил. Я боялась, что выпорешь – и вышвырнешь на улицу, и больше не пустишь к себе. А теперь
Порно библиотека 3iks.Me
3939
09.03.2024
|
|