кухне, хозяин - украинской. Ресторан был респектабельным, вышколенные официанты, прекрасная кухня, отличный алкоголь, добротная мебель, хрустящие от крахмала скатерти, фарфор, хрусталь, столовое серебро, горящий камин. После приема пищи последовали гаванские сигары под коньяк. А потом... Потом официанты и телохранители из зала были удалены, заработали генераторы помех и начался серьезный разговор. Гость занимал высокое положение в том сообществе, где Глаголев состоял - Посредник, а в некоторых случаях и Третейский судья. Цезарь славился своей неподкупностью и беспристрастностью, его авторитет признавали все.
— Глагол, я благодарен тебе. И не только я, многие благодарны, - начал Цезарь.
— За что, Цезарь?
— Ты не дал разгореться Большой войне.
— Не понимаю, о чем ты
— Я скажу откровенно. Я говорю о Назарове, и о его дурацком проекте. О том, что он фактически объявил тебе войну. О том, что ты, образно выражаясь, в этот раз применил не кувалду, а скальпель. Вместо смерти многих, случилась смерть всего лишь одного человека. Я знаю, как он вел себя у тебя в кабинете. Он об этом рассказывал своим дружкам. Те тогда веселились, а теперь поджали хвосты. У тебя стальные нервы, Глагол. Я вот не знаю как в такой ситуации себя бы повел.
— Спасибо за комплимент, - отозвался Глагол.
— Говорить правду легко и приятно, - отмахнулся Цезарь. - Заинтересованные люди землю носом рыли, но толком ничего узнать не смогли. От чего Назар копыта отбросил так и не понятно. Неизбежная в море случайность, как говорили раньше. Браво.
— Что ж, Цезарь... Откровенность за откровенность. Назаров зарвался. Его проект - глупость. Большая глупость, и эта глупость стоила бы очень дорого ему. И не только ему. Там, - и Глагол кивнул наверх, - закрывают глаза на многое. Но на это среагировали бы обязательно. И среагировали бы жестко. Когда им надо и предварительное следствие и суды работают очень эффективно.
— Государство не обращало внимание на игрища Назара, - заметил Цезарь.
— Это пока. Масштаб был не тот. А этот недоносок собирался стать эдаким Себастьяном Перейро, хотел закрутить все в промышленном масштабе. Тогда бы его точно заметили. И полетели бы головушки. Его надо было остановить. И я это сделал. И еще я тебе скажу. Если его сотоварищи решат продолжить его дело, я устраню и их. Вместе с их семьями. Передай им это, напомни про Тащиевых. Это дело принципа. Это вопрос выживания. Я сделаю это.
— Ты знаешь, кто это? - поинтересовался Цезарь? Он то знал, кто эти двое.
— Знаю. Мои аналитики вычислили. Зинин и Валиков.
— Однако... Хорошие у тебя аналитики, ты всегда умел подбирать людей. Зинин и Валиков никуда не дернутся, будут сидеть на жопе ровно и смирно. Это я тебе гарантирую. И еще. Вот. Это номера счетов. На них лежит компенсация. Компенсация за беспокойство. Зинин и Валиков платят.
— И сколько там?
Цезарь озвучил сумму. Глагол молча кивнул, принимая компенсацию. Помолчали, слушая треск горящих в камине дров.
— А теперь о более приятном. Назаров ныне кормит могильных червей, меж тем после него осталось весьма приличное наследство. И... Жена у него - похотливая дура. Два сына - ни на что не способные мажоры. Жалко, если все нажитое покойным будет прожрано и пущено на ветер. Наследству нужен хозяин.
— Я согласен с тобой.
— Не пойми меня превратно, Глагол. Я понимаю, ты победитель, а победитель получает все. Но... Это слишком большой кусок. Слишком большой. Ты не сможешь его нормально "переварить". Да и другие будут недовольны твоим резким усилением. Могут быть проблемы, конфликты. Есть вариант, как все это разрулить.
— Я слушаю тебя.
— У тебя право первой ночи, Глагол. Выбирай то, что ты хочешь взять из активов Назарова. А остальное... Остальное как-нибудь поделят, с моим скромным участием.
— Я понял тебя, Цезарь. Я хочу заполучить фарму Назарова, - немного помолчав, ответил Глаголев.
— Всю?
— Да. Все его фармакологические лаборатории, все его фармакологические заводы, все его аптечные сети, все логистические фирмы по доставке фармацевтической продукции. И еще одно. На его территории, на его бывшей территории мои фармацевтические фирмы будут выигрывать все государственные заказы по поставке медицинских препаратов в течение трех лет. А потом мы вернемся к этому вопросу. Предупреждаю, это окончательные условия, торга не будет.
Цезарь встал с кресла, походил по залу, о чем-то раздумывая, что-то прикидывая в уме, пару раз отхлебнул из бокала коньяку, затем сел за стол.
— Твои условия приняты.
— Значит договорились, - констатировал Глагол. - Через два дня моя команда прибудет вступать в право наследства.
— Договорились. Нужно решить вопрос с женой и сыновьями Назарова. Большинство предлагает заплатить им небольшие отступные.
— Отступные? Они хотят оставить их в живых? - Глагол был удивлен и не скрывал этого.
— Ну да, - ответил Цезарь. - Они не опасны. Два мажора, без меры жрущих кокаин и похотливая баба- дура.
— Бойся лошадь сзади, корову спереди, а дурака со всех сторон. Я предлагаю нейтрализовать их всех.
— Не слишком ли круто берешь, Глагол?
— Цезарь, ты меня знаешь. Я исхожу исключительно из соображений рациональности. Нельзя никого оставлять за своей спиной. Впрочем... Отдайте мне его вдову. А его сыновья... Нянькайтесь с ними сами.
— Договорились.
После этого они еще долго разговаривали на отвлеченные темы, пили коньяк, курили сигары. Потом Глаголев проводил Соскина до аэродрома, подождал пока его самолет взлетит. Надо было ехать в офис, предстоял важный разговор с семьей.
Порно библиотека 3iks.Me
2980
24.03.2024
|
|