убеждая себя, что власть над ними этому пацану, делегировал сам президент.
— Вторые номера, шаг вперед марш. Портупеи впереди стоящего расстегнуть, штаны спустить.
Любые попытки договориться с Альтдо, заканчивались визгом заложницы, от перетягивания её волос в руке пленителя.
— Ширинки расстегнуть, к однополой любви приступить. По окончании, о результатах доложить.
Сначала, нехотя, трясущимися руками, менты начали присовывать друг - другу. Плюя на ладонь, пытаясь поставить член, каждый искал способ возбудиться и выполнить приказание. Процесс разгорелся через минут десять, стражи правопорядка, начали неистово иметь друг-друга, стыдясь, краснея, крепко держась за честь... ну или хотя бы за униформу. Ещё минут через пять, они ускорились и начали пороть сильнее, используя сухую боль, как мотивацию, как оправдание процесса, мысленно приписывая её к служебных страданиям, находя в этом нотки героизма... Ещё через минуту, старший, обливаясь потом, начал интересоваться:
— Не хватит ли, может пора заканчивать издевательства?
Он не услышав ответа, обернулся на распахнутое окно, где уже никого не было. Все постепенно, покачиваясь паровозиком, остановились, глядя в туже сторону... Один из ментов, высунул член и незаметно кончил на форму рядом стоящего, после чего спросил недовольным тоном:
— А кому доклад-то?
На Вельенском мосту, тихим вечером, переливаются в свете фонарей две фигуры одного роста и веса.
— Как зовут дочку президента?
Задавая наивный вопрос, Альтдо медленно передвигается по бетонной части изящного парапета, не боясь, что пленница его столкнет или убежит.
— Сиголини, как можно не знать имя дочери президента?
Альтдо:
— Слишком сложное имя, ты будешь Сиго. Я прикую тебя цепью к стенке, ты останешься со мной до тех пор, пока не надоешь.
Альтдо вовсе не любитель приковывать кого-то к стене, но он хотел создать впечатление очень жесткого человека, до сих пор трясясь от всего произошедшего. Однако, слишком многое он пережил в своей жизни, чтобы бояться теперь.
Сиго поправляет платье и запрыгивает на парапет:
— Почему ты решил, что я останусь с тобой? Может я убегу прямо сейчас.
Альтдо:
— К ним? Обратно к отцу в хоромы? Тебя там не ценят по праву, ведь нельзя теперь ценить людей, как вещи. Как тогда, спрашивается, придавать им стоимость? Ничего не стоящие люди. Не достойные ничего. Вот он ваш идеальный век, и твой отец - это один из правителей, которые давят меня, давят тебя, он тебя давит потому, что ты похожа больше на мать...
Сиго:
— Ты прав. Знаешь почему я осталась с тобой не смотря на то, что ты меня чуть не убил?
Альтдо чует, что деваха пытается ему понравится, показаться более непредсказуемой, чем есть. Он замечает, что она обладательница очень глубокого взгляда, свойственного агрессивным народам прошлых эпох, она знает, что её вид - вымирающий. Она тянется, как электрон к ядру, себе подобного существа, даже не смотря на обстановку, несмотря на то зло, которое внешне кипит в Альтдо. Мир скоро рухнет, биомасса социальных, безродных, бездарных, бесчувственных, переполняет лицо Земли и забивает каждую пору, не даёт дышать... Бедняжка Сиго, выросла среди слабых, которым даже не признаешься в половом влечении, ведь это будет странно, не модно, слишком честно. При этом мир полностью озабочен и продает секс, как седативное средство. Мир скоро рухнет, а она ещё даже не успела никому отсо...
— Я стала никем за всё то время, пока прожила среди этих тварей. Они меня не поняли, не смогли... как бы это сказать...?
Альтдо:
— Раскрыть потенциал.
Сиго:
— Именно! Идеально подходящая фраза! Идеально!
Альтдо знал, что перед ним, держась за монолитные поручни исторического моста, одетая в слегка колыхающееся от речного ветра, белое платьице, перебирая стройными, бесшумными ножками, идет дочь президента государства. Великого диктатора и убийцы миллионов таких, как он, способных к сопротивлению, способных дать его дочери такой мир, в котором она бы не убегала из дома, но и не сидела бы там годами напролет одна. Перед Альтдо мягкой поступью, шагает государственный просчет... Ошибка тирана, который не заметил главного диссидента, находящегося к нему рядом, ближе всех остальных.
— Совсем не модная, но все равно изящная.
Сиго:
— Кто, я?
Альтдо ужаснулся тому, что сказал такие откровенные вещи так громко, и быстро исправился:
— Закрой пасть. Лучше подумай над тем, чтобы служить мне.
Сиго:
— Хорошо, я это сделаю. Я даже готова у тебя жить, но не могу гарантировать, что не сбегу.
Альтдо:
— Не сбежишь, у меня есть кому за тобой присмотреть.
Приговариваются к казни через расстрел, за предательство президента страны, за подстрекательство и хитрость.
Именем государя!
На пригорке, над множественными, крохотными домами бедняков, располагается небольшой дом Альтдо, с широким видом на город. К утру, молодые люди дошли до пригорка, солнце уже нещадно палило.
Поднявшись наверх, Альтдо впускает Сиго в свою обитель и кричит:
— Онкре! Я нашел себе рабыню, а тебе я отыскал милого друга! Онкре? Где ты моя шоколадка?
Со стороны огромного балкона, раздается еле слышный крик, очень низким голосом:
— Хозяин, я внизу! Сейчас поднимусь!
Альтдо падает на большую кровать и говорит своей подружке:
— Сними мне ботинки, быстрее.
Сиго начинает нервно развязывать парню шнурки, боясь показаться неумехой, ведь уже согласилась на рабство. Альтдо приподнимается к девушке и сжимает её ладони в своих, ледяных ручонках.
— Тихо, тихо, тихо. Не спеши так, я не твои прежние друзья и знакомые. Я Альтдо, твой хозяин. Уважай себя рядом со мной, твоя работа теперь - служить мне, это всего лишь действия. Не надо пытаться построить передо мной золушку, построй передо мной горничную, которой на меня плевать. Проще говоря, борись со мной во всём,
Порно библиотека 3iks.Me
4687
28.04.2024
|
|