Дочь президента- Читать онлайн

рефлекторно.

Онкре высовывает член, дав расслабиться мышцам влагалища. Он очень ласково отпустил плечи Сиго и нежно перетек руками к её ключицам, зажав плечи бицепсами, а хрупкий подбородок девицы, приподнял и положил на кисти рук, дабы не потерять эффект крепкого объятия. Он давал Сиго только то, что она больше всего хотела. Онкре снова вгоняет член в голодную, розовую киску. В момент захода головки внутрь, ощущая её размер, девушка подумала:

— Блять! Да неужели это на самом деле происходит, и сейчас будет ещё??? Сука да... О боже дайте ещё!

Бедняжку трясло, как на морозе. Основная радость для неё - это полное осознание того, что сейчас это продолжится и будет продолжаться еще и еще, эти быстрые, но точные мысли, чуть не убили девушку порывом любви к виновнику торжества, раздающему это благо позади неё. В её груди стало очень тепло, она никогда никого так сильно не вожделела, как сейчас вожделеет груду мышц, вцепившихся в неё, дарящих бурное удовольствие, сравнимое разве что с концентрированной дозой опиума. Онкре снова высовывает свой член, а потом сразу же окунает обратно, раздвигая теперь уже подготовленное и разработанное тело девицы, как филе. Любовное чувство, подкатывая грозами предвкушения животного кайфа, налило тело Сиго сполна, кипящей, танцующей по всему телу кровью, искрящей гормонами счастья. Хер заходит на все десятки сантиметров, вызывая резиновый треск и хлюпанье, словно кто-то медленно опускает раскаленный клинок в кувшин со свежим, ароматным вином.

Фонари включились. Альтдо видит всю улицу целиком. Он отворачивается от воды, облокотившись на забор и скрестив ноги. Теперь не хватает только звезд - главных спутников всех одиночек. Альтдо набирается сил, отряхивает куртку сзади, и идет в направлении соседнего района. Маленькие дома окружают парня, все окна закрыты, свет в них создает душевную боль, а выключенный свет создает чувство заброшенности, что ещё большая боль. Альтдо старается игнорировать всё, что связано с людьми, все предметы и все намеки на какую-то социальную жизнь.

— Невозможно... Люди собрали все эти улицы, каналы, мосты. Всё построено обществом, и они будут говорить, что это и есть их творчество. Но это лишь эффект, при котором, муравьиные передвижения, автоматически образуют муравейник - тоже государство, где отдельный муравейчик лишь таскает всякую хуйню туда - сюда, неспособный создать ничего сам. Однако, при появлении в Муравейнике жука, который начнет скатывать шарики и ломать норки муравьев, система быстро его уничтожит. Всё четко. Отец Сиго хорошо понимает, как устроена природа насекомых.

Вдали, над сравнительно небольшими холмами, то выходя, то опять прячась за тучами, проглядывается первая, и пока единственная звезда. Альтдо замер, рассматривая этот мелкий комочек благости, между холодных, бетонных построек, самого холодного мира, среди всех существующих миров.

— Ах, звезда... Я назову тебя... Не знаю пока, каким именем. Но ты станешь моим слушателем в этот час! Решено!

Тазобедренные суставы Сиго, играют роль разводных ворот, а дрожащими руками, она перехватывается за свои покрасневшие ягодицы, дабы ни за что не упустить, точно распознанное чутким, молодым мозгом, ещё способным находить себе всё самое вкусное в любом деле, ощущение продвижения каждого миллиметра жилистой поверхности члена, сдвигающегося внутрь, и внутрь и еще, в ту самую, нежную, сопротивляющуюся, горячую сырость. Онкре начинает ускорять движения фрикций. Сиго пронзает повторяющееся ощущение широкого члена, погружающегося в живую, пульсирующую, розовую мякоть, на пути впускающего в себя часть смазки, потом отступающего ровно столько же назад, и опять с большей силой всё глубже ввинчивающегося в оцепеневшее от наслаждения тело, пламенеющее детородной жадностью, и ещё большей звериной, дочерней жадностью.

Врезаясь всё быстрей и быстрей, в уже ничего не способную выкрикнуть девицу, только рычащую и попискивающую на фоне сменяющихся, издающих сопливый звук, мощных фрикций, Онкре приподнимает её голову и слегка сжимает своей огромной рукой её тонкую шейку. Самец набирает обороты, растирая сколькое, молодое мясо изнутри, достигая огромной температуры. В теле Сиго, словно работает доменная печь. Визги девушки в этот момент, бьют молниями из темноты разума:

— Рви меня, ну же, растягивай, как шмотку! Прошу ещё! Ещё... А - а-а - !!!

Её клитор дрожит над плюющейся киской, как замкнувший рубильник электросчетчика. Постепенно, к девице подбирается самая наивысшая степень блаженства, её наиболее острейшее за прожитую жизнь, чувство исступления, о котором мечтает любая женщина. Её встречает порыв, заставляющий вдавливать пальцы рук и ног в крепкое тело Онкре, как львиные когти, испытывая к партнеру ощущение друга, каменной стены и любящего её, сильного отца, дарящего солнечное тепло, любящего и снова любящего, погружающего в любовь всем телом и питающего все нервы, каким-то запрещенным, электрическим вкусом телесной неги.

Лицо Сиго алое, с набухшими жилками у висков, создаёт гримасу, которая означает, что человек не нуждается больше в сдерживании себя. Слишком хорошо. В эти секунды она больше не человек, людям это не доступно, ещё немного и она кончит от этого огромного члена, сладко скользящего у неё между ножек, всё сильней и сильней. Собственные стоны возбуждают бедную девицу еще больше, и всё это накладывается на ускоряющийся у неё внутри поток напряженных толчков, она уже рыдая, потеряв голос, с зажмуренными глазами, не шевеля отдельными конечностями, просто ездит вперед - назад, в оцепенении, словно мчится к обрыву на полной скорости, верхом на огромном бревне.

Альтдо доходит до подножья холма, где нет ни домов, ни руин, ничего. Черное, исполинское небо озаряет всю Землю, это край города, и край сознания молодого парня, кроме него

Порно библиотека 3iks.Me