"Проходим" - конвоир толкнул Ольгу Сергеевну в кабинет следователя. После полутемного коридора глаза какое-то время привыкали к яркому освещению. Женщина увидела убогое убранство кабинета: обшарпанный кожаный диван в углу, старый стол, стул с высокой спинкой, зарешеченное окно... За столом сидел невысокий плотный мужчина и что-то внимательно читал. Минуты через две он поднял глаза и задумчиво произнес: "Все ясно. Муж - участник троцкистского подполья, жена - туда же. Что с падчерицей - пока вопрос. Ну что, сразу признание подпишешь или поработать с тобой придется?" "Это какая-то ошибка, мой муж...", - начала оправдываться женщина. "Заткнись, блядина! Ничего нового от тебя я не услышу, мне тут такие басни пели, что ничему не удивлюсь. Сейчас подписываешь признание и уматывай в камеру, ну а нет, значит, нет... Все равно потом подпишешь...", - следователь многозначительно прищурился. Шел сентябрь 1937 года, многие знакомые семьи Комиссаржевских уже сгинули в страшных застенках Лубянки. По городу ползли слухи о сотнях расстрелянных и сосланных. Но лишь оказавшись в Большом доме, Ольга Сергеевна осознала всю тяжесть положения тех, кого ночами увозили в Черном вороне. Ее схватили прямо у подъезда, втолкнули в машину... И уже через час ее - Ольгу Сергеевну Комиссаржевскую - яркую красавицу блондинку сорока трех лет, жену профессора авиастроения - уже нагло лапал охранник, конвоирующий ее к месту досмотра.
Принимающий офицер - рослый рыжеволосый западынец - приказал ей раздеться и сложить вещи перед ним на стол. "Позвольте! Ведь женщин обыскивать должна сотрудница, а не мужчина!", - воспротивилась Ольга Сергеевна. "Какая, нахер, женщина?! Я тебя сейчас в камеру к уркашкам посажу. Они все твои дырки так обыщут, что сама ко мне попросишься! Скидывай шмотки!", - прорычал рыжий. Парализованная ужасом, женщина сняла платье, затем сорочку и осталась перед мучителем в одном нижнем белье - небольших трусиках, лифчике и чулках, которые подвязками крепились к поясу на талии.
Ежась от холода и стыда, Ольга расстегнула лифчик и высвободилась из трусиков. Выполняя приказы офицера, она приседала, широко разведя ягодицы, наклонялась, расставляла ноги, поднимала руки за голову, открывала рот и выполняла прочие унизительные упражнения. "Хорош! Вижу, ничего в себя засунуть не успела. Одевайся и уебывай на допрос. Сейчас майор Бугров с тобой поработает. И не советую там выебываться, а то быстро в камере с уголовницами окажешься. Там тебя быстро на нарах разложат. Доводилось когда-нибудь пизду лизать? Нет? Скоро научишься. Уж поверь, такое сочное тельце бабы без внимания не оставят... А если всерьез рассердишь майора, так и вовсе в мужской хате окажешься. Там уж держись зубами за подоконник. На хор поставят - человек 20 - сама себя забудешь. Для особо несговорчивых с 58-й статьей это запросто. Так что подписывай, что дадут и не выебывайся. Да и вообще, не выебывайся...", - посоветовал Ольге рыжий.
Памятуя о наставлениях принимавшего, женщина не хотела сердить майора Бугрова. Но и подписать признание, тем самым согласившись с вымышленной виной она не могла. В растерянности женщина стояла перед офицером, опустив глаза в пол. "У меня есть для тебя предложение. Ты в любом случае получишь срок. А вот какой и где и, главное, как будешь отбывать - во многом зависит от меня. Поэтому будь умницей - получишь свою десяточку и поедешь под Актюбинск камыш добывать с нормальной объективкой в Деле. Ну а нет - получишь по суду свой четвертак и отправишься к черту на рога. Если до суда доживешь, конечно...", - закуривая сказал майор. "Что я должна делать? Подписать признание?", - затравленно прошептала Ольга Сергеевна. "Это само-собой. Но это не главное. Признание, какое мне нужно, ты подпишешь в любом случае. Не сейчас, так завтра утром. Самое большее - через неделю. Ты ж девочка взрослая, сама все понимаешь... Сейчас, да и не только сейчас, ты будешь оказывать мне некоторые услуги. Не бойся, я мужик нормальный, плетками тебя бить не буду и не порву тебе ничего. Ты ж не целка, небось, не помрешь. Ну а я тебе - и камеру, где сидят только политические, организую, и срок поменьше сделаю.", - ответил Бугров.
Понимая, что хочет майор, Ольга отрицательно покачала головой.
"Не хочешь? Ну так это пока... Могу сделать так, что уже через час ты будешь у меня в ногах валяться и умолять, чтобы я тебя выебал. Впрочем, чего слова тратить, пошли на экскурсию. Любишь экскурсии? Третьяковка, Эрмитаж... Наверное, бывала. А такой, какую я покажу, готов спорить, не видела.", буднично сказал следователь. Проведя Ольгу по длинному коридору, он втолкнул ее в небольшое помещение, одна стена которого была стеклянной. Через стекло Ольга Сергеевна увидела камеру, в которой находилось порядка тридцати мужчин и одна молодая девушка - рыжеволосая, среднего роста с округлыми формами. Все внимание мужчин было устремлено на девушку, в сторону стеклянной стены, отгораживающей темную каморку от камеры, никто не смотрел. К девушке, испуганно забившейся в угол приблизился невысокий худощавый мужичок, торс которого был буквально синим от татуировки. Не говоря ни слова, он начал рвать на ней платье. Девушка пыталась сопротивляться, но буквально через минуту ее перегнули через стол, стоящий просреди камеры. Татуированный обошел ее сзади, задрал подол и рывком разорвал трусы, оголив пышные девичьи бедра. "Ладненькая сучка! Спасибо Бугру! Ну и мы в долгу не останется, она ему все расскажет! Чего ждем, орлы магаданские? Пизденка сначала моя, потом
Порно библиотека 3iks.Me
2544
08.05.2024
|
|