Шёл ливень, накапывающий тихую мелодию.
После произошедшего "вчера" я практически всю ночь не мог уснуть. На меня сыпались мысли в безостановочном темпе. "Что будет завтра?" "Как я буду чувствовать себя" "Может это и вовсе был глупый сон ?"
На панцирной кровати я перебирал остатки воспоминаний, собирал мысли и крутил мечты. "Надежда"— неужели такая красивая и изящная женщина не могла найти кого-нибудь кто будет лучше меня, взрослее? Быть может она хочет меня использовать как игрушку ?
Одно я понимал точно, что в этой серой деревенской жизни, в этом вечном советском труде, который больше напоминал на труд древнегреческого Сизифа, я быстро утону и испарюсь, как испраяються тысячи жизней в этой деревне.
— Максим ! Вставай ! — кричала мама мне из соседней комнаты.
— Встаю мама— крикнул я ей в ответ, а сам думал : "Встаю мама, встаю, лягу я только когда умру"
После лёгкого завтрака мы пошли в колхоз.
Я помнил, что мне говорила Надежда Владимировна, но понятие не имел что она будет делать и будет ли вообще у нас хоть что-то. Если честно, я даже ожидал, что ничего не будет, ибо страх делить с женщиной постель, особенно с такой, будучи совсем неопытным обуревал меня сильнее ненависти к труду. Одолевало не ненавистью, а тем липким чувством, коим называют "страх"
Мы пришли на колхоз взяли весь инструментентарий для войны на "трудовом фронте" и пошли работать.
— Максим, ты давай сильнее вскапывай, че как неженка то ? — говорила моя мама, быстро и ловко вскапывая нужную лунку. — Нам ещё навоз надо сюда привезти, чтобы почву удобрить, так что давай тут быстрее.
Я копал безостановочно, совершенно забыв о себе и жизни. Тяжёлый физический труд легко убирает всю спесь с человека, перемалывая его личность. Поэтому, я попросту забыл про Надежду.
Прокопав и удобрив землю, вместе с такими же грубыми женщинами как моя мама, я сильно устал. Я проклинал тот день, когда её подруги "посоветовали" ей взять меня на работу. Больше я не мог ни гулять, ни смотреть на Надежду, брызгающуюся в реке. Теперь я был тем самым советским винтиком, тем элементом системы который имел право только работать.
Внезапно, сквозь прожаривающее жарево восставшего солнца я заметил женский силуэт. Она была одета в черное платье и капроновые колготки чёрного цвета, которые практически было не достать. Короткое каре и её слегка вьющееся волосы гладил нежный восточный ветер. Она шла спокойно, грациозно как модель на подиуме, хотя этот самый подиум был всего лишь сырой землей после дождя, но даже это не мешало ей быть изящной.
— Самойлов! — кричала она мне — Самойлов, ты чем занимаешься? Я же сказала тебе, что физическим трудом не заниматься ближайшее дни. Ты чего ? У тебя пневмония! А ну быстро ко мне в пункт.
Я не мог ничего сказать. С одной стороны я видел злое лицо своей мамы которая не хотела отпускать меня. С другой, я видел превосходство и главенство Надежды, уверено смотревший на колхозниц и на меня в частности.
— Надь, ну парень помогает мне, я как без него ? Мне бы кто выходной дал, а тут какая "пиневмония"— неправильно выразившись сказала мама, стоя с лопатой и грозно виляя ей из стороны в сторону, как будто пугая женщину врача.
Внезапно издали начал прорваться картавый старческий голос :
— Да, Надька, чего ты парня́ забираешь? Мы в свое время́ и с руками отрубленными грядки пололи— говорил маленький старичек в рваной рубахе и пожелтевшим от труда лицом
Надежда по змеиному улыбнулась и сказала:
— Ну, во первых не "Надька", а Надежда Владимировна, мы с вами детей не крестили. Во вторых, никто, как вы говорите "с отрубленными ручками" не работает, а в третьих мне как врачу, наверное, лучше знать, что делать и как делать. Парень, если ещё так поработает тут же чахоточным станет, и толку от него будет ещё меньше, если будет, конечно. — Говорила уверенно Надежда подбоченившись. — Ну так что Авдотья Васильевна? Мы и дальше будем убивать будущего защитника отечества? Или быть может дадим парню передохнуть?
Мама с призрением смотрела и на меня и на Надежду, в особенности на Надежду.
— Ну шо, иди чахоточный, смотри аккуратнее, не умри по дороге с врачихой. А вы "Надежда Владимировна" за всех бы так переживали, а не за мальчика одного.
Надежда Владимировна ничего не ответила, лишь "гремуче" посмеялась и пошла вместе со мной, взяв меня за руку.
Мама смотрела на меня печальными, уставшими от Сизифооо труда глазами
— Может я пойду ? Мне надо ! — говорил я начиная разворачиваеться, но женщина врач тут же отдернула меня.
— Ты дурак ? Зачем тебе этот навоз, эти поля ? Мама твоя сильная, на таких женщинах весь СССР держится и держаться будет, а такие как ты, парни не для этого созданы.
— Но я должен! Это моя мама — кричал я, на что Надежда Владимировна остановилась и сказала:
— Пожалуйста! Иди ! Иди милый ! Только потом не плач и не кори Бога, за то что он давал тебе шанс ! Думаешь она оценит твой порыв ? Да чихать она хотела о тебе, Максим. Ты для нее просто ещё одни руки, не больше не меньше. Твой отец же на войне ?
— Да...— неуверенно произнес я
— Ну вот, твой отец на войне, а когда придет, если ещё придет, на
Порно библиотека 3iks.Me