далеко до него?
— Нет, уже нет. Можно говорить так: примерно осталось три, или четыре Луны.
— А как ты понимаешь пап, что недалеко?
— Что тут непонятного: раньше, место, по которому мы шли, и идём сейчас, было громадным морем.
— Морем? А что это?
— Да сын, морем: когда в одном месте находится очень много воды, а называлось оно, Тирренским морем.
— Папа, вот откуда ты всё знаешь?
— Из посланий Джея, о них рассказывали мои предки, мои родители, а родители тех родителей говорили им.
Джей оставил нам наставления, которые мы выучили наизусть, и карты, указывающие путь к истине.
— Карты?
— Да, вот смотри.
Мужчина застопорил верблюда, подобрал ветку, принялся чертить на мокром песке.
— Вот тут Рим, вокруг него Италия, а вот Средиземное море.
Здесь Сицилия и пролив, здесь наша родина, раньше она назвалась Ливией.
— Вот место, где мы сейчас находимся. Понимаешь?
— Конечно! Я вижу, как на самом деле.
— Хорошо. Раньше, для таких, как ты, маленьких мальчиков и девочек, были устроены специальные заведения, называемых «школами». Они назывались учениками, постигали разные науки.
Ты тоже, очень понятливый ученик: умеешь читать, понимаешь счет и цифры, знаешь письмо и Всеобщий язык, которому тебя научил, зная сам это от предков.
Карты сын, то, что раньше существовало на планете: города, реки, моря. Раньше они делались на материале, называемой «бумагой».
На ней рисовались, чертились или печатались обозначения, тех разных мест. Называлось, — «Географией».
— А где сейчас бумага? И куда делись послания?
— Старые бумаги пропали, они истлели от времени, превратились в прах, как остальное.
С тех дней, как наступило Безвременье, прошло тридцать одно Солнца. Вот послания, жили и хранились еще долго, дольше всей бумаги: газет, журналов, книжек.
Ведь они были сделаны из специальной толстой бумаги.
Но им пришел тоже конец. От предков мне перешла карта, на куске бумаги, показывающая путь в Рим. Она лежит там, в вещах, когда придет пора, передам ее тебе.
— Хорошо отец, я буду ждать.
— Конечно, сын, это время непременно наступит. Хотя в послании, по рассказам родителей, были другие карты.
Одна из них была с иным Римом, Третьим Римом. Он называется, Москва-Сити. Там тоже находилось большое убежище, для выживших людей. Запомни, сын.
— Вот дьявольские боги!!
Мужчина выругался, скривился от боли, запрыгал на одной ноге.
— Что такое пап?
— Ничего, сын, ничего. Что-то попало в обувь, наверно камешек.
Давай, сынок, станем здесь на ночлег.
Он не стал объяснять, что его только что укусил, по всей видимости, ядовитый тарантул, поэтому жить осталось совсем недолго, чуть больше шести Лун.
Они остановились, сняли груз с верблюда, стали раскладывать нужные вещи из вьюков на песке, который уже высох от недавнего ливня. Разложили мохнатые шкуры, которые служили им постелью, под открытым небом.
Пока мальчик играл сам с собой потертой игрушкой, пластмассовым роботом трансформером, на котором облупилась почти вся краска, мужчина снял обувь, осмотрел ногу, тот укус смазал какой-то мазью из стеклянной баночки.
Немного перекусили, потом они легли спать.
Верблюд рядом с ними, опустился на колени, тоже стал дремать.
Мальчик прижался к отцу, не выпуская из ручонки игрушку, тихо спросил:
— Пап, а где моя мама?
Мужчина помолчал, наверно вспоминая, затем отозвался:
— Твоя мама умерла. Десять Солнц тому назад.
Она была молодой, ей исполнилось восемнадцать Солнц, когда мы стали жить вместе.
Но в тех местах, где ты родился, когда тебе исполнилось два Солнца, вскоре наступил Великий Хлад. Чтобы тебя согреть, она сняла свою одежду, отдала мне. Я укутал тебя той одеждой, ты согрелся и выжил, а она не смогла. Эта игрушка, которую ты сейчас держишь, досталась тебе от мамы. Она просила сберечь, передать ее тебе, когда ты немного подрастешь, потом умерла. Помни об этом, сын.
— Я никогда не забуду, отец. Обещаю.
— Ладно, давай спать, завтра рано подниматься. Нам надо успеть...
*
Рим.
Они добрались до римского предместья Ачилия, на шестую Луну.
Уже не смуглое, а посеревшее лицо мужчины с чалмой, выдавало полнейшую усталость от последних трех дней. В изнурительной дороге временами его, то трясло от озноба, то лихорадило от жара, заставляя чуть ли не терять сознание.
Ночью, когда они дошли до Рима, мужчине стало плохо, он метался в бреду, а утром кое-как очнувшись, не смог самостоятельно идти.
Тогда они бросили лишние вещи, отец из последних сил взобрался на верблюда, мальчик вел его за веревку вперед, а мужчина, сверяясь по карте, подсказывал направление.
И так они двигались, среди безлюдного города, среди разрухи, завалов, поваленных зданий.
Дороги, трассы, улицы, метро, были погребены под тоннами песков, принесённых с пустыни, на месте которой когда-то были моря.
С древности Рим строился на семи холмах, а странники пришли с южного направления, со стороны моря, поэтому, сначала увидели сами холмы. Их было три: Палатин, Капитолий, Аквилин.
Среди них, в охраняемой низине, располагался Колизей.
Он уцелел, также гордо возвышался, как когда-то при жизни императора Юлия Цезаря.
Ориентируясь по карте, и по древнему сооружению, они двинулись дальше на север, пробираясь в свободных местах.
А дальше для них находился мост, над почти обмелевшей рекой, когда-то она называлась Тибр. Сейчас он превратился в ручеек, с мутной водой. Поэтому они не стали набирать из него воду для питья, даже не дали попить воды Джамбо.
Вот сам насыпной холм, на нем расположен безлюдный Ватикан.
С фундаментом на четырех столпах, на нем высится простоявший собор Святого Петра, от всех испытаний и невзгод, выпавших на долю архитектуры.
Порно библиотека 3iks.Me
1629
23.05.2024
|
|