позволить себе маленькую вольность!
И вообще – вчерашнее событие ей очень даже понравилось! А сегодня Антон так очаровательно краснел и смущался. Была еще одна причина, о которой Мария Исааковна даже боялась подумать...
Родители уже приехали. Антон поздоровался за руку с отцом, удостоился поцелуя в щечку от матери. Он быстро, практически бегом, прошел в комнату, скинул рубашку, начал стягивать штаны.
В комнату ворвалась Надька, плотно прикрыв за собой дверь.
— Ты чего? – удивился он. – Совсем что ли сбрендила? Дай переодеться! Родители дома! Да и сама ты... Переоденься что ли. Нечего народ нервировать!
Надька была в длинной футболке и трусиках. Хорошо, хоть футболка была достаточно длинной, почти до колен.
— Ха! – Надька нахально уселась в кресло да поглубже, чтобы показать, где природа соизволила соединить её ножки, демонстративно закинула ногу за ногу. – Тоха! Это только начало. Короче, я начала...
— Чего? – Антон уже переоделся, поэтому вел себя уже без всякой опаски. – Что ты начала?
— Операцию «Ы»! – спародировала она Никулина. – Папахен (ударение на второй «а», так она иногда звала отца), знаешь, уже как на меня поглядывает? Уууу! Разве что слюнки не пускает.
— И что?
— Ничего! – Надька вскочила. – Ты обещал меня поддержать. Не забыл?
— Помню, - вздохнул Антон. Честно говоря, он не представлял, как он должен поддержать сестру в её так называемой «операции Ы».
— Пошли жрать! – сестра вскочила.
За стол она села так, чтобы оказаться между отцом и братом напротив матери. Футболка, хоть и была вроде длинной, но задралась (если честно, то не без помощи хозяйки) аж до самых трусиков, обнажая узкие загорелые девичьи бедра. Трусики были - что надо! Не зря Надька выпросила у него червонец.
Антон, сидя за столом, хлебая суп, а потом и тыкая вилкой макароны, украдкой поглядывал на лица членов семьи. Мать сидела как ни в чём не бывало. Надька ёрзала задницей, отчего футболка в конце концов задралась почти до пояса. А отец бросал осторожные взгляды под стол, ну... «туда»... и краснел. Краснел, как пацан, впервые увидевший женскую сиську!
Антон вел себя спокойно, но в душе откровенно ржал. Ай, да Надька! Ай, да интриганка! Впервые он подумал, что её идея секса с родителями может и выгореть.
Он закончил есть, встал, поблагодарил мать и ушел в комнату собираться. Выехать он решил пораньше с намерением купить хотя бы цветы. Но сначала, перед визитом, разумеется, помыться. Однако не успел он раздеться, как в комнату ввалился отец, плотно прикрыв за собой дверь.
— Ты чего это? – отец остановился в недоумении. Антон стоял голышом, обернувшись махровым полотенцем вокруг талии.
— Помыться собрался, - сообщил он. – В гости иду.
— По бабам, - понимающе кивнул отец. – Надо, надо...
— Ну, не по бабам, - смутился Антон и соврал. – На день рожденья.
Отец ехидно хихикнул. Потом он оглянулся, повернулся к Антону и поинтересовался:
— Что у Надьки случилось, не знаешь?
— А что? – Антон сделал вид, что не понял. – Что с ней такого?
— Ну... - отец вздохнул. – Понимаешь, две недели назад она вся никакая была, прям истерика за истерикой. Пьяная домой пришла...
— Да знаю, знаю! – он оборвал пытавшегося возразить сына. – Парень её бросил. Знаю, в курсе. А сейчас вся прям... Не знаю, что и думать?
Антон пожал плечами, не найдя ничего лучшего, кроме как:
— А ты у неё сам спроси, бать!
Отец кивнул – то ли разочарованно, то ли соглашаясь, мол, спрошу сам.
К двери квартиры он подошел ровно без одной минуты семь. До этого, правда, полчаса просидел на лавочке во дворе соседнего дома, тщательно наблюдая за циферблатом наручных часов. При этом даже один раз спросил «который час» у прохожего якобы для сверки своих часов. Часы шли минута в минуту.
Мария Исааковна открыла дверь сразу же после звонка, словно стояла за дверью. Вообще так оно и было – она не захотела, чтобы Антон «отсвечивал» лишний раз на лестничной площадке, вдруг кто-то из соседей увидит. Она ухватила его за рукав и буквально втащила в прихожую, прошипев:
— Быстрей, быстрей!
Затем затворила за ним дверь, закрыла оба замка, задвинула щеколду. После этого она улыбнулась, засмеялась и объяснила:
— Соседи, говорят, здесь очень любопытные... Разувайся, проходи на кухню.
Антон стеснительно протянул ей пять красных гвоздичек – других цветов на рынке не оказалось, разве что какие-то полевые, типа васильков да ромашек. Мария Исааковна хмыкнула, чмокнула его в щеку:
— Спасибо, ухажер мой...
Потом вдруг остановилась, развернулась и ехидно спросила:
— Или не только мой?
Антон в это время развязывал шнурки на кроссовках. От неожиданности он смутился, покачнулся, потерял равновесие и чуть не упал. Мария Исааковна засмеялась.
— Ладно, не обращай внимания. Проходи на кухню.
На кухне на столе стояла бутылка шампанского, коробка конфет и тарелка с нарезанными дольками красными яблоками. Антону стало неудобно доставать своё вино. Он принес массандровский портвейн «Ливадия», который купил исключительно из-за красивой этикетки. А тут... Тут на столе стояло ленинградское полусладкое «Советское Шампанское», которое можно купить только по большому везению.
— Надеюсь, ты есть не хочешь? – поинтересовалась Мария Исааковна, усаживаясь за стол. Цветы она определила в высокий стакан, который выставила на стол.
— Нет, - Антон сел напротив. – Не хочу...
Мария Исааковна показала ему знаком – качнула головой – в сторону бутылки, мол, открывай... Антон ловко освободил бутылку от проволочки, удачно с тихим хлопком выпустил пробку,
Порно библиотека 3iks.Me
5461
31.05.2024
|
|