Дела семейные (Полная версия)- Читать онлайн

масс.

— А ты совсем не веришь в прану и энергию ци? – спросил меня Дэвид.

— Вот уж не знал про твою осведомленность в восточных практиках, - усмехнулся я, - разумеется, психология – это не вполне точная наука. Что-то промежуточное между строгой наукой и параучениями. Но лично я стараюсь все же держаться поближе к науке с ее независимо верифицированной статистикой результатов экспериментов. В отношении паранаучных знаний моя позиция простая: если человек верит в то, что не является для него и окружающих чем-то деструктивным, то пусть себе верит. У каждого из нас свои тараканы – и вмешиваться со стороны нужно лишь в случае энтузиазма, несущего деструктивность для самого этого человека или для тех, кто с ним связан. Так что лично я просто экономлю свое время консультанта и не лезу в пересечение зыбкой границы между наукой и параучениями. Зачем бороться с уперто верующими во что-то, если проще подождать, пока они сами в этом разочаруются? Мне недавно пришлось консультировать одну девушку, свято верящую в то, что она должна изнурять себя голодом, чтобы добиться параметров тела моделей на грани анорексии: так что я, можно сказать, проклял свой гонорар, полученный от ее родителей.

— А она наверняка прокляла тебя, вмешивающегося в то, что она считает своим неотъмлемым правом на веру в чудо, - заметила Кэтрин, запивая кусочек запеченной индейки глотком выдержанного шардоне.

— Для консультанта иметь дело с неофитками каких-то модных супер-диэт – это точно удовольствие ниже среднего. Там, где сейчас супер-упование, там недалеком будущем будет супер-разочарование и бегство в обжираловку или забытье беспорядочного секса. Когда человек склонен метаться из огня в полымя и обратно, срочно ему могут помочь только седативные препараты. Но это уже фармацевтика, а не психология. Психологи вовсе не всесильны - нам нужно понимать пределы своих профессиональных возможностей и, соответственно, пределы своей профессиональной ответственности.

— Вылечить можно только того, кто понимает, что болен и хочет выздоровления, - посетовала Кэтрин, - но вокруг нас слишком много энергичных полусумасшедших, кто считает себя нормальными людьми, а более спокойных – возмутительно безэмоциональными существами.

— Уж не Энн ли она имеет сейчас ввиду? - подумал я, а вслух сказал, - да уж, случается иногда конфликт темпераментов, усугубленный конфликтом бюджетов свободного времени у женщин.

Кэтрин усмехнулась:

— Насчет избытка свободного времени это ты точно пометил.

— Ну она точно про Энн. Только этого счастья мне сейчас не хватало, - подумал я и перевел тему:

— Между прочим, среди стратегий сексуального поведения есть аналог отношения к анорексии. Анорексия как проблема питания — это когда человек отказывается от еды, часто запрещая себе даже самое необходимое для поддержания жизнеспособности. Это попытка проконтролировать какую-то сферу своей жизни, над которой на данный момент контроля нет. Заткнуть канал потребления вовсе, - потому что вроде бы как после этого получаешь иллюзию контроля над проблемой. Не пуская еду в свое тело, анорексик испытывает кайф — ведь он победил свое постыдное желание обожраться и ему есть чем гордиться. Кстати, в истории жизни анорексичек часто прослеживается деспотичность матери, вмешивающейся в личное пространство своего ребенка. С точки зрения психологии питания еда – это то, что с первых дней жизни связано именно с матерью. И протест против тирании матери выражается в форме протеста против еды.

— А как с анорексией в сексе? – спросила Сью.

— Примерно та же логика поведения. Отказ от секса для получения подсознательного наслаждения от того, что контролируешь свое желание секса. Когда человек отказывается от секса, психологу нужно поискать, чего именно он не может контролировать в своей жизни, но хотел бы. Часто первопричина анорексичного поведения в сексе – это ориентация на нереалистично завышенные требования к партнеру. И получается скудный итог: если не могу получить в сексе все и сразу, то тогда уж лучше ничего не буду получать всегда: по крайней мере, не буду делать то, что считаю для себя постыдным.

— Изврат бытовой логики какой-то, - буркнула Сью, - а какие еще есть стратегии сексуального поведения, имеющие аналогии в психологии питания?.

— Есть булимия. Это неспособность насытиться, неконтролируемое обжорство. Булимики в еде заглатывают пищу, обычно плохо или вовсе не пережевывая. Булимические периоды, частой сопровождаемые рвотой, сменяются периодами спокойствия, но потом человек срывается — и опять заглатывает все, что плохо пережевано. Булимики в сексе меняют партнеров как перчатки, они «обжираются» как количеством секса и партнеров, так и тратой денег на секс. Такие люди не зациклены на качестве половых контактов. Они просто стремятся любыми средствами удовлетворить голод, который никак не проходит.

— И что им вообще нельзя ничем помочь? – поинтересовался Дэвид.

— Тут проблема обычно тоже восходит к латентному восприятия секс-партнеров как образу матери, недодавшей позитивные эмоции и любовь в детстве. Булимия — это порождение кризиса отчаяния, пережитого ребенком в ранние годы. Время прошло, а зияющая пустота в душе осталась. И количеством секс-партнеров ее не залатать эту дыру невозможно.

— Грустная картина, - согласилась Сью, мельком взглянув на Дэвида.

- Есть еще компульсивная стратегия в еде и сексе, когда сиюминутного отказа от бурного потребления удовольствия нет, но потом человека накрывает чувство вины. Это те же игры «срывающегося с диэты» в имитацию запоздалой попытки контроля: сначала получить дозу эйфории от обжорства, после чего прятаться в пучину стыда за содеянное. При этом когда человек садится на пищевую или сексуальную диэту, он

Порно библиотека 3iks.Me