Странный пикап- Читать онлайн

Всё. Агентство выкупает любые снимки и потом продает газетам, журналам, галереям.

— Так ты универсальный фотограф?

— Наверно... хотя у нас работают такие универсалы, что мне до них далеко. Ладно, а что ты говорил о земляничных полянах?

— О, это следующий пункт нашей программы.

Теперь немного предыстории. Неподалеку от пещеры располагалось хозяйство моего давнего знакомого Бекира. Выращивал он в основном помидоры. Делал это хорошо и даже получил сертификат соответствия требованиям российских ГОСТов, чем гордился, сдавая весь свой урожай экспортерам-перекупщикам. Надо сказать, что помидоры такого качества турки не едят принципиально. Требования российского стандарта выхолащивали из ягоды все самое вкусное и полезное, делая помидор безвкусным, хрустящим на зубах как морковка и превращая его в метательное орудие – не дай бог на ногу упадет!

Но помимо помидоров зимой под пленкой он выращивал клубнику, а позже весной в его саду созревала черная шелковица. В июне мой знакомый переставал заниматься ягодами, поскольку крупные плоды уже не родились, а с мелкими некогда и некому было возиться. И вот эти длинные гряды, красные от свисавших по сторонам плодов, предстали перед глазами неискушенной в агрономии английской девушки.

— Вау! Владимир! Это так растет? А можно собирать? – восторженно как ребенок, даже повизгивая, восклицала Барбара.

Сопровождавший нас Бекир дал ей пластиковый контейнер и улыбался, наблюдая за восторгами девушки. Конечно, она-то наверняка думала, что клубника растет только в теплице, потому что недоуменно посмотрела на меня, когда я просто сорвал ягоду и тут же отправил в рот.

— А так можно?

— А как еще? Можешь съесть сразу несколько.

— Это же надо мыть! – с выражением недоверия выдала девушка.

— Дожди уже все вымыли.

Сказал, а сам все же поинтересовался у Бекира, нет ли на ягодах каких-нибудь пестицидов или что там применяют. Он только цыкнул языком, подняв подбородок, что означало «нет».

С клубники перешли на шелковицу. Восторги Барбара выражала громко и многословно. По ее словам, она попала в отдел фруктов супермаркета. Меня забавляло наблюдать за ней. Ребенок в стадии познания чего-то нового бывает не так восторжен, как эта девушка.

Потом был чай в доме Бекира и короткое интервью. Конечно, всё, до чего дотрагивалась рука Барбары, было запечатлено на фото натюрмортов и макро съемки. А в моей памяти остались позы молодого женского тела во время съемки. Это была какая-то хореографическая композиция с наклонами, приседаниями, поворотами стройного тела. Отворот ее блузки отяжелел от накопившейся влаги и хомутом свисал при наклонах, полностью открывая для нескромного взгляда грудь. Ох, как же я хотел прикоснуться к этим упругим сферам, торопя время в надежде на продолжение вечера. Ее «Do you want to fuck me?» звучало в моей голове призывным колоколом. Но на поведении девушки это никак не отражалось. Неужели, для нее это было рутиной в общении с мужчинами, так часто, по роду ее работы, возникавшими на ее пути?!

Набрав с собой ягод из сада Бекира, мы покинули гостеприимный дом и направились к тому горному озеру, описанному ранее в истории с Ульяной и Мариной.

— У тебя есть купальник? – поинтересовался я.

— Да, где-то в рюкзаке. А там есть где переодеться?

— Можно вообще не переодеваться. Там никого обычно не бывает. Разве только вечером прибегают местные мальчишки.

— Тогда почему спросил?

— А ты хочешь купаться нагишом?

— Why not?

— Хорошо! Тогда и я не буду мочить плавки.

— Интригуешь! – Барбара лукаво посмотрела на меня.

— Не знаю, можно ли тебя чем-то удивить, - продолжал заигрывать, - А ты вполне можешь удивить меня.

— Чем же?

— Например, я никогда не видел обнаженную англичанку.

— А ты думаешь, что они не такие, как славянки?

— Должно же быть какое-то отличие!

— Тебе не повезло. Я не англичанка. Мои родители из Чехии. Так что я чешка.

— О, а как ты попала на остров?

— Я там родилась. Это история моей семьи.

— Расскажи, если тебя это не смущает.

— Может тебе будет неприятно слышать мой рассказ? Ты об этом подумал?

— Тем более хочу. Ты меня заинтриговала.

— Слушай тогда. Они были детьми, когда в Прагу вошли войска советского блока. Я не знаю точно, но говорили, что русские. А кто-то говорил, что еще были из Советской Германии...

— Это была не Советская Германия, а Демократическая Германия - ГэДэЭр, - поправил ее.

— Пусть так... Моего дедушку, отца папы, арестовали и тогда бабушка с папой уехали сначала в Венгрию, а оттуда уже в Англию. И мама уехала со своими родителями, потому что они тоже поддержали восстание и их могли арестовать. В Британии они все получили статус политических беженцев. Мы жили в Бирмингеме. Мама и папа познакомились там в университете, а потом родилась я.

— Это было, если мне не изменяет память, в 1968 году...

— Да, примерно.

— А дедушка долго сидел в тюрьме?

— Нет...несколько месяцев пока шли допросы и суды. А примерно через год он приехал.

— Интересная у тебя история. А что, к русским в твоей семье после этой истории плохо относятся? – с этим вопросом обратился, чувствуя, что флирт постепенно теряет смысл.

— Нет. Даже дедушка, который был в тюрьме, всегда говорил, что "русские хорошие люди, которые вступили в неправильную партию".

— А тебя не смущает, что я русский?

— Нет. Просто интересно - какой ты?

— Еще не узнала?

— Ты мне нравишься, - с удивительной прямотой ответила Барбара, чем вновь зажгла во мне искорку надежды.

— Правда? Я рад. Ты мне тоже

Порно библиотека 3iks.Me