Комплекс неполноценности. Глава 2- Читать онлайн

я благодарен тебе за то, что между нами случилось. Ты даже не представляешь, как тяжело мне приходилось до этого. Я стоял на краю пропасти безумия, находился на грани ментального и физического самоубийства. Если бы не ты... - Тараторит он в порыве благодарности. Уж слишком живы и ярки в памяти события этой ночи...
..За окном начинают мигать молнии. В их неверном, постоянно прерывающемся свете Андрей разглядывает, как его член то исчезает в волосатой вагине, похожей на птичье гнездо, то появляется наполовину, сверкая тянущимися за ним густыми каплями секрета. Это зрелище заводит его. Тем временем, Арина меняет направление движений. Теперь ее нежные подушки ягодиц с мокрыми шлепками прыгают вверх-вниз, вызывая знакомые приятные покалывания в яичках парня. Андрей смелеет и вновь пробует дотянуться руками до раскачивающихся перед ним сисек. Не сбавляя темпа галопа, женщина бьет по рукам. Парень злится. Он снова тянется к тете. Но на сей раз не к ее грудям, а ниже. Большой палец ложится на волосатый холмик между ног Арины и принимается грубо теребить его. К тете словно подносят оголенные электропровода. Ее тело бьется в приторных конвульсиях. Она задыхается. Ей будто не хватает воздуха. Она все силится вздохнуть, но легкие словно атрофировались и не желают раскрываться. Кажется, что тетя сейчас потеряет сознание от асфиксии... Но вместо этого Арина переменяет позу на пареньке: вновь нависает над ним хищной птицей, а таз двигается в прежней возвратно-поступательной манере, тем самым перекрывая доступ Андрею к клитору. Тетя намерена продлить удовольствие и в конце испытать вагинальный оргазм вместо клиторального. Андрей тоже чувствует, что близок к финишу. Кипящая волна страсти медленно растет из глубин паха, раздувает мошонку и перебирается по стволу члена вверх в инстинктивном стремлении выплеснуться из головки наружу...


— Это все красивые слова! – Взрывается тетя и спрыгивает на пол. На фоне окна, из которого в комнату протискивается ночное мокрое питерское небо, Арина, обернутая в простынь, с растрепанными волосами и яростно сверкающими глазами, походит на разгневанную очаровательную вакханку. Вакханка вопит. - А на самом деле, то, что мы сделали, это... это... Мерзость! Низость! Инцест! Ты просто воспользовался мной, чтобы удовлетворить свою похоть! А я?! Старая дура, повернутая на сексе и готовая лезть хоть на дерево в отсутствии мужика! Где были мои мозги?! Почему я не остановила это?! Ты еще ребенок! Со спермотоксикозом! Но я-то!.. Я-то... Я должна была!..

Андрей глубоко затягивается. Разгоревшийся огонек сигареты отражается в его опасно остекленевших глазах.

— «Мерзость»... «Низость»... «Инцест»... - Глухо протягивает он. - Кто дал названия тому, что мы сделали? Кто возомнил о себе настолько, чтобы судить нас, оценивать наши поступки? Иисус Христос? – Он широко разводит руками, и вино тихо плещется в бутылке. - Тот бог, что позволяет на земле случаться войнам, катастрофам, болезням, которые уносят миллионы жизней тех, кто считает себя праведными христианами, и кого он должен больше всего оберегать и любить, исходя из своих же правил? Или государство, этот самый бессовестный паразит на свете, который жиреет, питаясь жизнями нищих законопослушных граждан, и возвеличивает тех, кто помогает ему жиреть еще больше, кто окровавленной лопатой загребает из кучи сваленных, сломленных, жалких жизней и отправляет ему в вечно голодную всепожирающую пасть? Кто наши судьи? Кто? – Постепенно на его лице вырисовывается снисходительная улыбка, которой улыбаются учителя – несмышленым ученикам. - Общество, которое позволяет выскабливать из живота женщин хрупкую, беспомощную, стремящуюся к рождению и свету жизнь? Общество, которое вместе с тем запрещает эвтаназию - взвешенное решение взрослого обреченного, тяжело больного человека, желающего вырваться из пут бесконечной боли? Это общество с псевдо-гуманной моралью, которое заинтересовано лишь в том, чтобы богатые богатели, а бедные – беднели дальше? Мужчины, сеющие насилие и смерть из праздности или ради высоких идеалов? Причем в одинаковом количестве – что по первой, что по второй причине? Или женщины, вечно предающие все и всех из эгоистичных соображений, ради сиюминутного одноминутного собственного комфорта? Ты хочешь сделать все это глухое слепое тупое зло судьями тому, что произошло? Тому тихому и вместе с тем могущественному волшебству, которое вернуло нам покой и подарило щепотку счастья?..

— Андрей!.. Какое волшебство!.. Какое счастье!.. – Истерит тетя. Она сбросила простыни и натягивает на себя свитер так, чтобы он скрывал разбуженную и разомлевшую ижицу. - Мы с тобой – два идиота, которые спятили!..

Арина кричит, пытаясь переубедить скорее себя, нежели племянника. Потому что она так же отлично помнит, как...
..


- Не останавливайся... – Беззвучно шевелятся пересохшие губы Андрея.


Тетя напряженно продолжает скачку. И кажется, что легче сейчас умереть, чем остановиться. На лбу блестят капли пота. В глазах сверкают языки огня безумия.


Экстатический вопль женщины, похожий одновременно и на предсмертный рев смертельно раненного зверя, и на первый крик новорожденного младенца, сливается с очередным раскатом грома. Под аккомпанемент стреляющих в ночном небе молний племянник палит жгучей спермой в недра тети. Спазмы влагалища пребольно стискивают член. На секунду парню мерещится, что Арина норовит оторвать ему детородный орган. Но вот тело женщины дергается в последний раз. Она косо оседает так, будто из нее вынули скелет. Тетя Арина, обессиленная, валится на кровать...


— Тетя Арина, скажи, тебе было сейчас хорошо? Молчишь. Окей. Тогда я скажу первым. – Андрей раздавливает тлеющий окурок в пепельнице. - Мне было чертовски хорошо. И сейчас чертовски хорошо. Я никогда не чувствовал

Порно библиотека 3iks.Me