Судьба распорядилась...- Читать онлайн

Моя мама 37-летняя женщина, с короткими светлыми волосами и яркими голубыми глазами, неподвижно лежала на кровати. Её тело было заметно исхудавшим. Когда-то активные конечности, теперь были прикованы к простыням, что резко контрастировало с ее предыдущей жизнью крановщицы. Крановщик - это опасная профессия. Любая ошибка, плохая погода и техническая неполадка могли обронить кран во время работы. Это и случилось с моей матерью. Результат: был повреждён позвоночник. Мать лишилась способности ходить, так как была парализована ниже пояса.

Моя мать была женщиной, которая воспитывала сына в одиночку. Речь обо мне. Я её 18-летний сын, бросил учёбу, чтобы ухаживать за ней. Я был крепким молодым человеком со спортивным телосложением, зелеными глазами и взъерошенными каштановыми волосами. Я всегда был послушным сыном, но теперь обнаружил, что беру на себя еще большую ответственность — заботиться о своей парализованной матери.

Я тяжело вздохнул, глядя на свою мать, на моём сердце висел груз моей новой обязанности. У меня не было выбора, кроме как бросить учёбу, чтобы заботиться о ней. Я выходил из дома только по делам или для того, чтобы посетить врача. На приём ходил один, чтобы поведать о состоянии своей матери. Операция в Москве могла бы потенциально вернуть ей способность ходить. Но это была дорогостоящая процедура, которая не гарантировала полное выздоровление. Ей определили очередь по квоте. По мобильной связи обещали сделать операцию где-то через пару месяцев.

Однако эта история не об этом. А о повседневных процедурах по уходу за мамой. Дело в том, что когда я нёс её в ванную и обратно, я не мог не почувствовать возбуждения от вида ее открытой промежности. Я пытался подавить эти чувства, но они только усиливались с каждым днем. Да еще гигиена, во время её критических дней. Основные манипуляции она делала сама, я отворачивался. Но все эти прокладки, или тампоны... подать, потом убрать, протереть или подмыть. Мама тоже не могла этого не заметить, но решила молчать.

Ночью я слышал плач матери и не мог не связать её поведение с неловкой ситуацией, с которой мы сталкиваемся постоянно. Я не мог вынести её боли и беспомощности. Но я и не подозревал, что мои собственные желания вскоре создадут для нас обоих, еще больше эмоциональных потрясений.

И вот полтора месяца назад я оказался в необычной ситуации. Я только что закончил мыть маму, (ежедневная обязанность, которая стала частью моей рутины с тех пор, как она, в таком состоянии) и помог ей лечь в постель. Я наблюдал, как она накрылась простыней, а ее беспокойное состояние было очевидно, даже в тусклом свете комнаты.

Я вернулся в ванную, мой разум метался от мыслей и желаний, которые я не мог игнорировать. Моё сердце колотилось, а руки дрожали, когда я расстегивал штаны. Я больше не мог противиться искушению. Закрыв глаза и прерывисто дыша, я начал дрочить, а образ обнаженной киски матери врезался мне в память. Я быстро спустил, мое освобождение принесло чувство облегчения, но это не помогло подавить жгучее желание, которое все еще бушевало во мне.

Я вернулся в комнату матери, полный решимости отбросить свои неуместные мысли и сосредоточиться на заботе о ней. Начал массировать ее ноги, это каждодневные назначения врача. Мои руки двигались вверх и вниз по ее нежной коже. Мои глаза продолжали блуждать по ее киске. Хоть мама и пыталась прикрыться простынёй, но это было чуть ниже лобка. Но перед глазами пушистый холмик и пухлые губки... вид которой снова делал меня внизу, невозможно твердым. Я не мог поверить в то, что со мной происходит... но я не мог отрицать сильное влечение, которое я чувствовал к ней.

Прошло много времени, как я в последний раз общался с подружками. Я был заперт дома, вел себя как сова Сыч, проживая свою жизнь, в тишине ночи и заботах дня. Моя мать, после этого ужасного, несчастного случая, нуждалась в моей постоянной заботе. Я был ее единственным помощником и серьезно относился к своей вынужденной обязанности. Но сейчас я обозлился на свою жизнь.

Ругая себя за свою слабость и похоть, чуть сильнее развёл ее ноги и начал массировать ее киску пальцами. Мама была в шоке, но промолчала... Я не мог поверить в то, что делаю, но и не мог остановиться. Я массировал её киску, пока она не стала чуточку влажной. Взгляд мамы был направлен в сторону. Она не пыталась меня остановить.

— Мама, прости, — сказал я, ложась на нее сверху. На моем члене уже выделялись капли смазки. Я провел по прорези меж губок, вверх вниз и аккуратно вставил в неё, мой набухший писюн. Это было неправильно! Я знал, что это неправильно, но ничего не мог с собой поделать. Я начал двигаться, сначала медленно, но потом все более настойчиво. Я разрывался между своей родственной любовью к матери и своими собственными желаниями.

Мама гладила меня по голове, слезы текли по ее лицу.

— Не кончай в меня, только не кончай в меня, — повторяла она.

Но мне так быстро подошел оргазм, что я от такой сладости нахождения в маме не успел вытащить и слил глубоко в ней. Закончив "позорную" свою работу, слез с нее и она заплакала ещё сильнее. Мама лежала обездвиженная громко плача, а я неудержимо зарыдал вместе с ней. Я не мог поверить в то, что я сделал и знал, что никогда не смогу

Порно библиотека 3iks.Me