ВОСПИТАНИЕ ЛЮБВИ И ПРЕДАННОСТИ У ЖЕНЩИН И СОБАК (Части 1 - 2)- Читать онлайн

том, непонятном и трудном школьном предмете, на экзамене решающем...

— Специально для тебя, его малыш.... М-м-м... - добавила томное дыхание. – Ох, как ты трогаешь меня руками, детка!

Он наконец справился с последним. Припал к долгожданной груди. Резко, голодно.

Катанул прилив.

— Не спеши, хороший мой... Вон, свечи, смотри, там и там. Зажги их.

Сделай всё красиво с женщиной.

— А, а где заж-игалка?

— Там же, дурачок, рядом с канделябрами, слева.

Женька торопился расставить ретро-подсвечники. Зажигалка не послушалась его сразу, а теперь пекла пальцы от постоянного нагрева.

Решила помочь. Радость томления покидала, при виде суровой неопытности подростка. Забрала с вешалки меховую, ушедшую в моду прошлого полушубку. Накинула, плотно застегнула.

— Это зачем? – удивился Женька, подтаскивая чуть ближе распалённые свечи.

— Достаточно вчерашних когтей. Я сегодня сама зверем стану. Обвела вокруг глаз кружевную, из комплекта белья маску. Ну, точно, леди-вамп! Летучая мышь. – И ты, отъебёшь меня так! Как грязного медвежонка, как енота, как песца. Или чья там это шкура...

Обнаженная, в зверином облике, напоминала сама псину, или получеловека-ксеноморфа. Ещё эта маска...

— А как-же сиськи?

— Сиськи на потом, - расслабилась она. Так весело наблюдать за неопытным наивом. – Теперь, возьми из багажника пакет и неси сюда.

Женька обнаружил внутри собачью миску, большую и блестящую. Пакет молока, многое ещё, и непонятый предмет, с ручкой и кожаным, твердоватым язычком на другом конце.

— Похоже на мухобойку.

— Флагилятор. Почти прав. Лей молоко в миску.

— Для Обака?

— Для меня глупыш. Но с псинкой поделюсь. – Кира продела собачий, кожаный ошейник, чтобы не стягивал сильно. Прищёлкнула металлическую цепь.

На четвереньки, и задышала тяжело, на собачий манер, высунув язык.

— Поводи меня хозяин! Твоя сука хочет уже гулять. Протянула Женьке цепь.

Неуклюже отстранил пакет с остатками молока. Тот пошёл на край, перевернулся. «Зелёная даль» разводами хлынула по старой подстилке, ушло внутрь. Мальчишка внимания на такую мелочь уже не обратил. Ухватился за цепь, резко потянул, на манер, как с Обаком.

Ошейник тут-же насел по шее. Ловко перехватила.

— Постой! Не так резво, мой хозяин!

Обак в это время, завёлся до лая.

— Обак, фу, гадина! – Прикрикнул Женька, на минуту успокоив.

Тем моментом, она подползла к его ногам, к давно не унимающемуся стручку.

— Женька, прости меня пожалуйста!

— За что, тётя Кира?

— А за то, что порчу тебя. Развращаю, блядь я похабная. Простишь?

— Прощу. Мне нравиться это, тётя Кира! Ты такая крутая тёлка! – от восторга спазм в горле. У него, у Женьки просит настоящая проблядь!

— Тогда, приму своё наказание. – Она сразу насела ртом на изголодавшийся хуй. Быстро, но недолго погрузила в тепло мягкого, на всё способного рта. Засосала с причмоком.

Мнам-мнам-му-му-му...

— Ай, тётя Кир-ра!...

Тут же, опомнилась.

— Веди! Выгуляй меня.

Он в ответ, требовательно прижал обратно, вернул голову на положенное место. Сам стал резко входить, как в прошлый раз.

Мнам-мнам...

Пустила слюни. Отдалась на полминуты. К нему подкатывал взрыв. Почувствовала и опять резко вышла.

— Веди, я сказала. Иначе всё будет ни правильно, ни так.

Превозмогая, он послушался. Сучка пошла за своим хозяином по краю ковра, вытерпливая томление и обильно текущую из пизды по ногам смазку. Добрались до миски. Тренер принялась неуклюже лакать молоко. Брызги залипали на маску. Человеческим, пусть и сучьим языком, много не нахватаешь.

Он не стоял перед ней чурбаном. Перешёл со спины, и вставил удальца в растёртую гадину.

— Аа-ай, хозяин, прошу... Только не в писю. У вас... можно мне сказать Вам, молодой хозяин?

— Говори! – он не в силах терпеть и слушаться дальше, яростно задолбал её сильнее, как вчера, примерно в этот час, мохнатый друг человека.

— У Вас, мой хороший, такой юный, молодой хуй! Не стоит его мучать в этой широкой, расстраханной пиале. Проткните им, прошу голодную попку. Это не станет так сложно.

— Как, прямо в жопу тебя, тётя Кира?

— Да, пихай его мне в жопу! Только смажь пальцем вытекухой изнутри.

Женька всё-таки понимал теорию. Скользнул по склизкому, эластичному теплу, взял смазку и бесцеремонно вошёл в подмытый пару часов назад проходец.

— Вот так, да... - зашептала Кира, дала время разогнаться, и вновь прервала, - Спускай собак! Собаку, Обаму своего...

Женька с усилием заставил себя оторваться от процесса, подпрыгнул к требующему участия Обаку. Отстегнул. Тот, бросился моментально к текущей бляди. Сунул нос промеж ног.

— А ну, иди нахуй! – Женька с силой и впервые в жизни ударил его. Нога чувствительно пришлась по рёбрам. Плешивый Обак взвизгнул, отскочил, признавая первенство человека и дав вернуться мальчишке к ожидавшей жопе.

О, как это приятно очутится в плотной, стягивающей, норке! И правда, зачем метаться из стороны в край, когда здесь ýже и во много раз приятнее. Попка обогрела его писюн парным теплом, как будто тот очутился в бане.

— Обакушка, иди сюда! Позвала Кира, маня перепуганную собаку похлопала рукой по скуластой щеке.

Тот настороженно посмотрел. Сделал шаг и очутился у миски, что пристроена, между рук. Она чуть отвела корпусом морду, макнулась в холодное молоко прямо через лифчик. Пустила назад. Ловко, не в пример человеку Обак алкал белого. Кира дозволила. Скользнула по шерсти, заиграла давно выпирающий бордовый, жилистый хуй.

Женька, без всяких ласк, как настоящий зверь, остервенело долбил её попец. Кира заходила в такт. Её пробирало то, непонятное многим и трудно передаваемое словами чувство близости сразу с двумя самцами, с двумя глупыми животными на инстинктах.

Обак, словно бы распознал возможности. Робко поддался призыву, и вскочил на голову. Подобравшись мордой ближе

Порно библиотека 3iks.Me