тебя тут размажу, унижу, ты поняла скотина? – заводилась инспектор на коллегу. – Будешь мне пизду вылизывать!
— Я поняла, товарищ капитан. Будет сделано. С удовольствием исполню.
От таких слов, Женькина мать дрогнула, потекла. Заныло внизу живота. Хорошо, вовремя пистолет убрала, и не вдавила случайно курок. Казалось, узкие джинсы сейчас просто намокнут тёмным пятном. Ах, если бы, ни кровавый тампон с месячными...
— Ползи сюда, блядина!
Кира мгновенно подчинилась. Послушалась приказа. Зашагала на четвереньках.
— Нет, не так! Я сказала, ползти!
Остановилась, вытянулась по грязному ковру. Зажмурила кошкой глаза, заурчала. Любознательный Женька придерживал беснующегося на сучку кобеля.
Мелкие камушки, грязь, пролитое молоко, Кира ощущала сейчас на мягком, своём красивом теле. Грудью, руками, животом, пропуская через себя. Её растаскивало это состояние подчинения. Только бы коллега адекватно принимала её. Наказала жёстко, но без увечий. Насладилась и позволила насладиться ей, Кире...
Ползти всего не долго. Дотронулась до бордовых кроссовок. Ах, лучше бы это были длинные кожаные сапоги на высоких шпильках... Прикоснулась блятскими губами в нежнейшем поцелуе. Потянулась по ногам выше.
Александра просто стояла, не смея двинуться или сказать. Парализованная внутренним чувством. Это ведь был уже секс. Выползший змеёй, гадюкой партнёр.
— Товарищ капитан, разрешите Вас... - Тихим, вкрадчивым голосом. Псевдо-дизайнер скользнула пальчиками к единственной пуговице, потянула затем молнию.
— Разрешаю. – Она не могла узнать свой голос. Будто за Александру сказал сейчас глубоко спящий внутри демон. Нежный, только пробудившийся от летаргической спячки. Джинсы поползли вниз вместе с трусиками.
Всё на глазах сына. Но Александра Петровна уже не хотела себя остановить.
В отличии от статной, фигурки тёти Киры, почти ровесница ей, Александра Петровна имела лишние килограммы. Небольшой и приятный животик. Широкий, оставшийся так после Женькиных родов таз. Лёгкий, почти не заметный целлюлит на попе. Груди почти пятого размера, затребовали ласки. Набухли горошинки розовых, почти слитых с цветом остальной кожи сосков, в нечётких, размазанных, будто акварель художником, ореолах.
Кира нежно высвободила коллегу от обуви и ненужных сейчас трусов и джинсов. Зубами потянула и отклеила красный тампон. Ткнулась языком в подмытую ещё утром вагину Женькиной мамы.
Море эмоций, гормоны счастья, феромоны секса. Сердце приятно справлялось с нагрузкой, прокачивая эту нежность пытливого языка тёти Киры. Коллега всасывала коктейль смазки и крови. Испачкала лицо. Александра увидела это, когда дрессировщица на минуту отстранилась и улыбнулась, встретившись с ней преданным взглядом. Саша подалась, раскрывая ноги поудобнее. Пальцы побежали по звеньям Кириной цепи, будто отсчитывая их на манер чёток. Звяк-звяк, отозвалось железо. У-м-м-м-м... - вторила старательная Кира. Саша запустила вторую руку в её пряди красивых, намытых недавно чёрных волос.
В мерцании свечей, и такого фантастического вида, Женька дал слабину, расслабил хват и плешивый Обак, дёрнулся в очередной попытке. Подскочил и сразу, без лишних ухаживаний, взобрался на давно желанную спину. Задёргался пытаясь нащупать своим хуем проход в суку.
Кира лишь плотнее вжала тонкими пальцами ягодицы крашенной блонды. Саша тихонько застонала, не в силах сосредоточится на чём-то одном. Её разбирали тактильные моменты. Глаза ловили поочерёдно корчащуюся в страсти, добросовестно кунилирующую тётю Киру, Обака восседающего на ней сверху, ковёр, миску, мерцание свечей, сына Женьку, бесстыдно дрочившего на всё безобразие...
— Женечка, милый... Ну, что-же ты? – голос откуда-то с седьмого от блаженства неба. – В это мгновения, она потеряла отчёт. Он не просто её любимый сын, он мужик. Продолжение в своём теле, её сладкого и далёкого ныне мужа...
Он столько раз видел маму после душа, и думал про её недоступность с особой нежностью. Она была его мамой, его опорой, любящим сердцем. И женщиной, но лишь в далёких, потаённых мечтах. А вот сейчас... Сейчас он должен сделать всё, чтобы защитить от позора себя и тётю Киру! Путаясь в штанах, неловко подтягивая, он сделал к ним шаг навстречу. Со стороны походило, что ребёнок болен детским церебральным параличом. Несколько неуклюжих скачков до мамы. Он тут.
Что теперь делать? Кира в процессе с двух сторон. Мама присела перед ней, будто собиралась пописать. Руки заняты капитаном полиции. Два капитана. Внеслужебные отношения. Почти роман. Жестокий романс... - Женькины мысли скакали и перескакивали, как затвор на стоячем малыше, в трудолюбивом кулаке.
Осторожно, как бы не заругалась, он опустил вторую руку маме сзади на попу. Повёл осторожно по волосатому, скользкому, тёплому.
— Мм-м-м-м.... – похотливый голос в минуту слабости, тянулся изнутри особой частотой. Она была такая сейчас хорошая и добрая!
Женька скользнул внутрь, казалось, помешал Кириной работе. Сразу вытащил и увёл чуть выше, к анусу. Мама не ругала. Надавил слегка и нежно пальцем. Тот, ускользнул внутрь.
Александра забылась, отпустила сразу голову и цепочный поводок коллеги. Та, звякнула с характерным, приглушённым звуком на ковёр. Раздвинула ягодицы, давая сыну доступ, раздвигая рамки свободы. Всё потом! Совесть, терзания, молитвы... Сейчас только чистый, после долгого перерыва секс! Странный, семейный секс, где их шелудивый Обак, остался совсем ни лишним.
Кира тонула в океане эмоций. Сквозь полушубок, пальтишко это нелепое, что придавало ощущение шкурной суки, она испытывала вес и дыхание жадного, голодного кобеля. Наконец, он раскрыл в ней свой узел, набухал его кровью, дабы сука не сорвалась в ответственный момент. Теперь, гулял по ней внутри ни так далеко, но потягивал по всему объёму. Пёс закусил загривок шубы, задышал мерзким запахом из пасти. Впрочем, Кире он был сейчас милей всяких духов. Вибрации не мешали ей ублажать маму своего малыша. Всосалась пиявкой, пытаясь из не слишком удобной позы выловить клитор
Порно библиотека 3iks.Me
2449
16.09.2024
|
|