На крючке (Полная версия)- Читать онлайн

спалил, прикинь, - довольно ответил Розенбом, - ну, во всяком случае, виду точно не подал. Он не без опыта ведь был, сученыш, - его тренер в секции раньше пользовал, но не то, чтобы тренер этот его, невинного пацанчика, совратил, а как бы и сам он, думаю, был не прочь. Он из тех, кто служить хочет... - Розенбом, не переставая щекотать Стасика изнутри, стал задумчиво подбирать слова. - Для него ебля-то сама по себе не так важна была, как то, что его начальник дерёт. Сослуживцы, ровесники - эти все ему неинтересны были, хотя у нас статные морячки служили, а маслопуп один - так прям аленделон, и, кажется, тоже не против сунуть при случае в попку. Захарка мой всё время угодить норовил, пол в каюте только что языком не вылизывал, корму свою ненаглядную готовил перед случкой так, чтобы вся сияла, кремами её мазал - "Тащ старпом, всё чистенько, проверяйте!". Встанет рачком на койке, - Розенбом глубоко задышал, видимо, это воспоминание до сих пор волновало его, - приспустит штанцы, выпятит розовый задок, и таким голоском, блядь, щебечущим, спрашивает: "Вам ведь нравится? Я попу специально приседами качаю... А когда в прошлый раз вы уже на подходе были, а я стал дырочкой его обжимать - хорошо же было, правда?.." - рука Розенбома заходила активней, отчего Стасик стал еле слышно подвывать.

— Я поначалу-то думал, дурак, что он на меня как на мужика запал, - продолжал Розенбом, - Ты не подумай, что бахвалюсь, но в молодости с бабами проблем не было - штабелями укладывались...

— Вы и сейчас интересный мужчина, - пропищал сквозь вздохи Стасик.

— Спасибо, конечно, - произнес Розенбом с деланным равнодушием, однако Стасик почувствовал, что он, кажется, польщен, - но вообще для мужика красота дело десятое, важней уверенность, или как это сейчас говорят... харизма, во! Так вот, думал я так, пока к нам один большой начальник не прибыл - вице-адмирал, не хрен собачий. Мужик пожилой уже, дед, можно сказать, морда вся, прости Господи, в бородавках, шепелявит - а Захарка на него так смотрел, такими блестящими глазенками, что если б ему разрешили - он бы прямо при всех на палубе ему отсосал и кончил бы тут же в труселя от переизбытка счастья. Его, щенёнка, власть заводила... Причем при товарищах, я заметил, всегда строил из себя такого альфача - всякий разговор к бабам сводил, и так он их, и эдак... Ну, многие верили - смазливый же, оборотистый! А сам, когда все уже лягут, ко мне в каюту тихонько постучится - у нас и стук был придуман специальный, целая система, - так закрыть за ним не успею, а он уже на коленки встал, попку оттопырил, ресничками моргает и просит: "Разрешите соснуть!" И сосал взахлёб, я даже радио включал, чтобы его чваканье заглушить - мало ли... Девки-то часто сосут без большого кайфа, просто чтобы мужику потрафить, а он с душой всё делал - и яйца вылижет, и залупу так завозголит язычком, гландышками своими так заполирует, что и рукой помогать не надо, спускаешь прямо в глотку, а это, по секрету скажу, с возрастом уже не всякий раз выходит...

Стасик неотрывно смотрел, как Милена тает под напором нахального брюнета. Однако слова Розенбома, произносимые хриплым шепотом прямо Стасику на ушко, тут же им визуализировались и эти картинки странно накладывались на видимое: вот удивительно похожий на самого Стасика морячок, стоя на четвереньках и невинно улыбаясь, виляет сверкающим в полумраке каюты задом, получая по нему смачные шлепки; вот новый кадр: морячок дрожащими от вожделения пальчиками расстегивает ширинку, из которой выпрыгивает немаленький хуй, мгновенно исчезая в жадно причмокивающем рту; на третьем морячка, сладко матерясь, пялят на койке раком, оттесняя все ближе и ближе к запотевшему иллюминатору, в конце концов мордашка его плющится и ерзает по толстому закаленному стеклу, и в момент, когда вот-вот уже нахлынет наивысшее наслаждение, морячок вдруг обнаруживает, что вся команда столпилась на палубе, смотрит на него сквозь стекло, тычет туда пальцами и глумливо хохочет...

Зрачки Милены закатились под густо накрашенные ресницы. Похоже, вне пределов видимости парень проделывал с ней нечто, заставлявшее ее замереть вот так и лишь чуть шевелить влажными от слюны губами.

Стасик чувствовал себя пьяным, но опьянение, это, кажется, не было алкогольным - в конце концов, много ли он выпил? И то, что он видел в окне, и действия Розенбома будто бы раскрыли у него глубоко внутри источник пьянящего наслаждения, отключающего мозг и снимающего запреты.

— Вы там так... щекотненько делаете, - прошептал он, позволяя розенбомовой лапе терзать млеющую попку и со сладким стыдом ощущая, как она начинает тихо-тихо подчавкивать, - а что, у меня красивая попа, да? Почти у этого вашего Захарки, да?.. - Он понимал, что нельзя выпрашивать столь откровенные комплименты у мужчины, однако нарушение этого запрета дурманило его еще сильней.

— Охуенная, - прошептал Розенбом, и Стасику ужасно понравилось и слово, и, главное, искренность сказавшего. - Точно не хуже, а может и получше... и уж точно перспективней, - и Стасик снова кожей ощутил его наглую ухмылку.

— Вас заводит, да? - пролепетал Стасик, - ну то есть я хочу сказать... вы возбудились?..

Вместо ответа Розенбом свободной рукой взял стасикову ладошку и приложил ее к низу своего живота. Кожаные штаны оттопыривал

Порно библиотека 3iks.Me