Фото половины лица- Читать онлайн

ко мне по-особенному, не замечая моего уродства. Относилась как к равному. И первые мои фото были, конечно же, ее.
На 12-летие мама подарила мне фотоаппарат. Классный, профессиональный. Я знал, от чего маме приходилось отказываться, чтобы скопить при ее скромных доходах на мою мечту. Я принял подарок как свою новую судьбу, потому что фотоискусство захватило меня полностью.
— У тебя классно получается, — отметила Эля, получив мои первые ее фото. Она позировала мне во дворе и в парке, позволяя объективу втягивать в себя ее взрослеющую красоту. Одно фото ей особенно понравилось, где она стояла, выставив обнаженную, великолепно стройную ножку на фоне цветущей весенней сирени. Тогда же она меня впервые благодарно поцеловала в щеку. В щеку обожженной половины лица. Ощутил, как заливаюсь краской стыда.
— Занимайся фото, это — твое, — сказала она. И я продолжал. Мог бродить целыми днями по городу, отмечая игру света и тени, ловил интересные ракурсы, добиваясь в фотоснимках совершенства. После школы я решил никуда не поступать, да и денег в семье уже не было. Мама зарабатывала копейки, начались 90-ые, когда многим приходилось пересматривать род своих занятий, по-новому находить себя в новом времени. Я же закончил школу и устроился проявщиком пленки в наше местечковое фотоателье. Фотографу студии понравился уровень моих фото, а я теперь мог тянуть наш с мамой семейный бюджет.
Все же хотелось большего. Стать фотографом-профи. Уже появились на прилавках магазинов глянцевые журналы, где таким как я предоставлялось счастье демонстрировать свое искусство. Я по-мальчишески мечтал, что когда-то мои фото окажутся на обложках. На меньшее я был не согласен. Первые толчки тщеславия в душе. Мне ни в чем не доводилось добиваться успеха, только в фото, когда мои работы вывешали в школе на выставке юных талантов. А после окончания школы и появилось это увлечение — ходить по вечерам и делать снимки в темноте. Исподтишка, выискивая и фиксируя занимательные ситуации, случаи, позы людей и выражения их лиц. Меня часто замечали, реагируя на свет вспышки, относились по-разному. Многие позитивно, особенно когда получали от меня потом качественные фото, где люди выглядели по-другому, необычно для себя, в отдельных случаях смешно. Платили, порой даже щедро, ну и забирали пленку. Не хотели, чтобы эти фото еще где-то оказались. Иногда спрашивали, что случилось с моим лицом, выражая сочувствие, я по настроению что-то врал. Однажды меня бы избил какой-то серьезный мужик, новоявленный коммерс, если бы не мой дефект. Тогда я ловко зафиксировал на камеру задравшееся от внезапного ветра платье его прелестной спутницы. Все оголилось до нижнего белья, он подскочил ко мне, уже замахнулся, но заметил мое уродство и остановился. Через два дня коммерс смеялся, рассматривая врученное ему фото, отметил мои способности. Фото действительно получилось, да и фигура девушки была прекрасна. Мужик дал мне двадцать долларов — огромную по тем временам сумму, и потребовал пленку. За все годы надоело сочувствие, надоела жалость. Вот что мне не надоело, так это общение с Элей.
Эля занималась в модельном агентстве, стала настоящей красавицей, и ухажеры типа старшеклассника Стаса сменились парнями на иномарках, подвозившими ее после вечерних занятий и свиданий. Уверенные в себе, они открывали двери салона авто и подавали Эле руку. Я даже боялся им завидовать. Я замирал, когда Эля проходила на тонких шпильках по двору, демонстрируя свою модельную походку изумительными ножками. Она замечала меня, улыбалась, и я с дрожащим сердцем подходил к ней. Мы всегда находили о чем поболтать. Эля делилась со мной своими мечтами. Сделать карьеру профессиональной модели, уехать в Москву, успешно пройти кастинги в ведущие модельные агентства и выступать на элитных показах. Я бы плюнул в глаза любому, кто заметил бы, что она этого не достойна. А пока, чтобы зарабатывать себе на жизнь, она устроилась в ночной клуб, их тогда открывалось немало. Зависеть от мужчин Эля не хотела.
— Ты еще будешь фотографировать меня на подиуме, — обещала она, а я любовался ее лицом. Глаза Эли остались такими же прекрасными и чистыми, но что-то появилось в них новое, присущее возрасту раскрывающейся женщины. Сексуальность, так звучало новомодное слово. Я мысленно вздыхал.
… Это произошло, когда я возвращался домой. Была глубокая ночь. Размышляю, что снимки с поцелуем девчонок — лучшая добыча за истекший вечер. Замечаю, что у подъезда остановился «БМВ». Парень с девушкой общались, выйдя из автомобиля.

Дэн, администратор ночного клуба, что-то жестко, размахивая руками, объяснял растерянной невеселой Эле. Это он устроил ее на работу. Мне с расстояния не было слышно, о чем они говорят, но то, что разговор не совсем приятный мой набитый на события глаз смог определить. Вдруг Дэн резко замахнулся и нанес Эле пощечину. Я даже услышал ее мерзкий звук. Дэн сразу сел в авто и уехал. Я подбежал к девушке.
— Саша, все в порядке, — отрезала Эля мои возмущения и расспросы. Вытерла слезу. Подавленная и даже растоптанная, она в первый раз не вызвала у меня желание ее сфотографировать.
— Могу тебе чем-то помочь? — Я был зол на Дэна, нет ничего хуже, чем ударить девчонку. Хотя что я ему мог сделать? Взрослый мужик, по слухам занимавшийся помимо клуба всякими темными делами, и 18-летний подросток, желавший заступиться за девушку. Расклад сил смешной.
— Нет, Саша, — грустно, но уверенно ответила Эля. — Я разберусь сама. Да и ничего не случилось, просто я

Порно библиотека 3iks.Me