толстый да могучий, ой, порвет он мне дверку то потаенную... Ладно хоть, мокренький он да скользкий, но уж больно велик да толстен... Ой, больненько мне, дядюшка....
Как бы ты этим жезлом да не проткнул меня насквозь... Как стрекозу на булавку натянул ты меня на жезл свой волшебный, того и гляди до горла достанешь....
Ой, а теперь не останавливайся, серый волк, не больно мне уже, а даже приятненько....
А от тела твоего горячего нагрелась я.... А от жезла твоего могучего тепло по всему телу расходиться, да приятность между ножек образуется.
Долго сказка сказывается, да недолго дело делается. Раздавались по лесу мокрые звуки да шлепанье, пока растягивал волк дверцу у девоньки, растянул и разработал так, что весь жезл смог поместиться, да и не только жезл, а и узел зверя лесного, так что стали они в в замок животный, что ни войти ни выйти, да напитал он красавицу эликсиром волшебным.
И обратилась девица, и превратилась в волчицу лесную, и обросла шубкой обещанной, уж не мерзла она боле, да пропахла запахом звериным, так что стала своей в лесу диком.
И стояли она покрытая волком, пока не сдулся жезл волшебный, да не отпустил ее, покрытую.
— Ой ты волк спаситель, сдержал ты слово, и превратил меня в зверя лесного, только не торопись бежать к гномам, уж сильно болит у меня дверца задняя, дверца потаенная....
Но не слушал волк девицу, и побежали они по лесу, через чащу дремучую.
И не раз, не два пришлось прикладываться Белоснежки к жезлу волшебному, пока они не добежали до домика желанного.
А королева-мачеха после того, как она отправила Белоснежку в лес, снова начала разговор с зеркальцем:
Зеркальце, зеркальце, молви скорей,
Кто здесь всех краше, кто всех милей?
И отвечало ей зеркальце, не разобрав в волчице девушку:
Ты, королева, всех здесь милей.
И та отошла от зеркальца довольная-предовольная, ведь знала, что зеркальце ей неправды не скажет.
А белоснежка тем временем, добежала со зверем лесным до домика, распрощалась со своим спасителем, обернулась снова девицей и вошла в дом. В этой хижинке все было маленькое, но такое чистенькое и красивенькое, что и сказать нельзя. Посреди хижины стоял столик с семью маленькими тарелочками, и на каждой тарелочке по ложечке, а затем семь ножичков и вилочек, и при каждом приборе по чарочке. Около стола стояли рядком семь кроваток, прикрытых белоснежным постельным бельем.
Белоснежка, которой очень и есть, и пить хотелось, отведала с каждой тарелочки овощей и хлеба и из каждой чарочки выпила по стопочке вина двадцать первого. Поискала душевую да ванну, но не нашла, только и смогла тряпочкой утереться от зелья волшебного, что с избытком накачал в дырочку добрый волк - дядюшка. Д смахнула она грязь лесную, что набилась в косы девичьи, да в прическу кучерявую, что между ног кудрявиться. Затем, утомленная ходьбой, она подошла к кроваткам, да стала выбирать в которую прилечь, да выспаться можно.....
На первой написано: Лизун. Подумала - грязная я больно, не буду сюда ложиться. Пошла к другим кроваткам.... На второй - Сосун, на третий - Пердун, на четвертой - Затейник, на пятой - Миссионер, на шестой - Болтун..... Но не одна не пришлась ей ко вкусу, и только седьмая пришлась ей как раз впору, да и надпись безобидная, Дрочун..... В ней она и улеглась, перекрестилась и заснула крепким беспробудным сном, после семи чарочек то.
Когда совсем стемнело, пришли в хижину ее хозяева – семеро гномов, которые в горах рылись, добывая руду.
Первый сказал: «Кто сидел на моем стульце?» Второй: «Кто поел да моей тарелочки?» Третий: «Кто от моего хлебца отломил кусочек?» Четвертый: «Кто моего кушанья отведал?» Пятый: «Кто моей вилочкой поел?» Шестой: «Кто моим ножичком порезал?» Седьмой: «Кто из моей чарочки отпил?»
А седьмой, заглянув в свою постель, увидел лежавшую в ней спящую Белоснежку. Позвал он и остальных, и те сбежались и стали восклицать от изумления, и принесли к кроватке свои семь свечей, чтобы осветить нарушительницу их покоя. «Ах, Боже мой! – воскликнули они. – Так эта человеческая самка!» – и так все были озадачены ее приходом, что долго не решились и разбудить ее, но когда попробовали, только храп был ответом на их старания, измученная дорогой Белоснежка никак не реагировала на их попытки.
И стали они рядить - гадать, что с Белоснежкой делать.
— А точно это самка человеческая?
И они пристально начали вглядываться в обнаженную девушку.....
— Да точно, вон грудь у нее, да соски....
— А вдруг это только кажется? Может, злодей какой нам глаза затуманил?
Лизун, что был посмелее, ухватил спящую Белоснежку за грудь...
— Да самка, точно вон... Грудь мягкая, теплая.... Смотри, если за сосок ущипнуть, он вон как торчком становиться... Хорошая самка, много молока даст, хорошо ее щенкам будет, сытно, даже вон двумя руками вымя ей ухватить не могу....
И он продолжил мять ей груди.
— Ну ладно, с сиськами разобрались... А ниже что там? Как там у самок?
Затейник пошире развел ножки у спящей красавицы, выставляя на общее обозрение промежность девушки. Кудрявые. темные волосики, курчавясь, густо покрывали ее лобок, спускаясь к промежности, на большие половые губки. Так как ножки были раскинуты, то они тоже немного приоткрылись, давая взгляду доступ на также приоткрытые малые половые губы и красную дырочку вагины. Кожа на внутренней стороне бедра и в промежности была немного темнее, чем остальное тело девушки.
— Ну ладно, вроде девичья писька, но в
Порно библиотека 3iks.Me
 2045
 29.12.2024
|
|
Русалка
Мне нравится