Интрига трёх тел- Читать онлайн

К этому всё шло. В последнее время удовольствие от подобного «общения» доставляло ей всё меньше, а огорчений — всё больше. Если бы это было просто плохое настроение! Но это была настоящая боль. Надежда стойко терпела, но он-то всё видел! После оргазма, если он случался (а обычно так и бывало), у неё возникали сильные боли в левом боку. Боль была настолько сильной, что её буквально сгибало пополам. Она корчилась на кровати, и ему приходилось ставить уколы спазмолитиков и анальгетиков. Диагноз был известен им обоим: не смертельный, но и неизлечимый. Из-за этого недуга с возрастом проблемы в «этой» сфере посещали жену всё чаще. «Сломалась машинка для удовольствия», — горько подшучивала Надежда. А Василий чувствовал себя неловко, принуждая супругу, которая так сильно страдала от его приставаний, к этому всё ещё важному для него занятию. Сам он тоже старел, видел и чувствовал это, но всё ещё засматривался на женщин и желал их.

Хотел многих, но сейчас имел лишь одну жену. В молодости и зрелые годы у него были интрижки на стороне. Супруга никогда не отличалась любвеобильностью, и он находил недостающее общение в объятиях любовницы. Но с появлением седины интерес к похождениям на стороне у него резко спал. Теперь ему хватало пары раз в неделю дома, в комфортной обстановке, в любимой постели и в привычных позах, которые устраивали обоих супругов.

Надежда при этом всегда заканчивала сверху, энергично двигаясь на его коленях, а он придерживал её за бёдра, подкидывая и ласково касаясь своего любимого места на теле супруги. Иногда, под настроение, он обращал внимание и на другие части её тела, но чаще всего ограничивался пальцами, вспоминая былые разгульные времена, когда между ними не было слова «нет».

Вроде бы всё происходило так же, как и двадцать лет назад: те же позы, те же лица. Но теперь для хорошего скольжения нужна была смазка, а некогда напористая «наездница» теперь могла продержаться на нём всего несколько минут. Потом у неё либо сбивалось дыхание, либо сводило ногу. Ягодицы, всё ещё сохранявшие замечательную форму, но уже не такие плотные и упругие, как раньше, теперь мягко продавливались под пальцами и не пружинили, как в былые времена. Даже дорогая кровать с высоким мощным матрасом, под стать им, старым клячам, стала поскрипывать, как несмазанная телега под их ритмичными движениями. Всё вокруг них, включая их самих, постепенно приходило в негодность.

Надежда видела и чувствовала происходящие изменения не хуже его, но расстраивалась из-за этого намного сильнее. Нарушалась её главная обязанность как жены, и она остро переживала эти явные признаки приближающейся старости. Молча. Таков был их давний уговор — не обсуждать проблемы между собой напрямую. Они выясняли и решали проблемы косвенно, вскользь, намёками. Ведь открытые разговоры ещё в молодости всегда приводили к громким ссорам и взаимным обидам. Методом проб и ошибок они пришли к текущему формату общения.

Поэтому он знал, что жена переживает из-за секса, а главное — оргазмы приносили ей больше боли, чем радости, так как сам разводил и ставил ей уколы после. А она видела, что уже «не та», и физически боялась близости или, скорее, её последствий для своего самочувствия.

И вот настал тот день, когда Надежда после традиционного утреннего секса, заворачиваясь в слезах от боли в животе, получила от него обезболивающий укол, подняла глаза и с горечью произнесла:

— Вася, ну всё, я больше не могу!

Он сразу понял, о чём она, и ничего не сказал и не переспросил. Что тут скажешь? «Будешь, и потом продолжишь вот так корчиться!»?

— Я понимаю, — ответил он.

— Найди себе молодую! — предложила она.

— Ладно, я тогда пойду! — не двигаясь с постели, откликнулся Василий. Он расслабленно отдыхал рядом, потягивая традиционный после секса кофе.

— Куда? — Надя снова подняла голову, недоуменно нахмурившись.

— Ну куда, за молодой! Где они нынче водятся? — с деловитым тоном продолжил муж.

— Тьфу! Я серьёзно! Я — всё! — Жена рухнула головой на подушку, подбивая под живот скомканное одеяло. Её обнажённые бёдра так заманчиво выгнулись при этом, что Вася не смог отвести взгляд.

— Можно же не до конца, — задумчиво предположил он.

— Вот спасибо! Тогда у меня тоже целый день живот болит! Не так сильно, но всё равно неприятно.

«Можно ротиком», — подумал он про себя. Но сам ответил себе за неё: минеты она не любила. И добавил уже вслух.

— Нет, так нет, я же вижу, что тебе от этого одни мучения. Тогда на этом закончим! Сколько можно, в конце концов! — Он посмотрел на число в календаре телефона: — Та-а-а-ак! Тридцать три года и… почти восемь месяцев. Не такой уж плохой стаж нашей сексуальной жизни! Теперь будем отмечать две даты: начала и конца!

— Умершему день рождения не отмечают.

— Ленину, Владимиру Ильичу, — отмечают.

— Наша половая жизнь не относится к государственным событиям.

— Для меня она важнее Дня Конституции!

— Ну прости, я просто не могу! Ты же видишь!

— Вижу! — Кофе кончился, и он, чтобы не продолжать разговор, встал и отправился на кухню. Обо всём этом нужно было глубоко подумать.

Василию не хотелось стареть. Его, конечно, никто не спрашивал. Держаться за ритуалы, делать то, что всегда придавало ему уверенности и спокойствия. Может, и прожил он с Надеждой так долго только из любви к предсказуемой и непоколебимой реальности. Она не давала ему

Порно библиотека 3iks.Me