Гиста. Часть 3- Читать онлайн

равно он был несколько шокирован: на него хотели надеть ошейник. Как на собаку. Или как на раба — неизвестно еще, что хуже. С другой стороны... Он ведь УЖЕ стоит перед ней на коленях, не первый раз при том. И почему-то это ни дискомфорта, ни отторжения не вызывает, только какое-то парадоксальное чувство щемящей нежности в груди. Он склонил голову.

Тихо лязгнула металлическая застежка на затылке. Парень поднял взгляд на преподавательницу: ее глаза светились даже не счастьем, а каким-то невероятным детским восторгом.

— Встань, малыш, — попросила армянская красавица.

Когда русский юноша снова вытянулся перед ней во весь рост, она нежно обвила руками его крепкую белую задницу и аккуратно всосала в рот еще не просохший член. После душа он еще не встал и легко поместился там целиком. Тамара старалась быть как можно нежнее и предупредительнее. Ставя своему студенту ультиматум, она внутренне вся дрожала: боялась, что если вдруг он откажется и уйдет, то не сможет сдержать порыва внутренней влюбленной дурочки и бросится вслед, чтобы на коленях умолять остаться. На любых условиях, вплоть до разрешения встреч с Мадиной. И дело тут даже не в принципах и не в том, что это не соответствует статусу зрелой женщины. Просто такой поступок сразу и навсегда убьет в Максиме уважение к ней. Даже если он сам этого не поймет и останется, счастливый от возможности трахать одновременно и преподавательницу, и сокурсницу. Тамаре же, вслед за Мадиной, придется смириться потом с Алиной, Оксаной, Мариной, Наташей... шаг за шагом превращаясь из женщины в бесполезную и никому не нужную подстилку. К тому же стареющую. Да, она еще выглядела офигенно, но отлично понимала скоротечность последнего женского расцвета. Еще два-три года и все: начнется стремительное падение, которое к сорока превратит её в старуху. Стареют кавказские женщины тоже почти мгновенно.

Оцепенение, напавшее на студента, рассеивалось, а в вместе с ним и хуй во рту доцента креп. Сильные руки сначала убрали ее кудряшки (вынув на секунду член изо рта, женщина тряхнула головой, отбрасывая их в сторону, чтобы Максиму было лучше видно) а потом взяли на себя руководство процессом, размеренными движениями заталкивая мужской жезл и прямо в пищевод. Тамаре Суреновне даже пришлось подвысунуть язык и полностью прекратить самостоятельные действия, сосредоточившись на контроле за собственным горлом: русский хер был чуть длиннее и тверже, чем армянский, зато не такой толстый. Ее глотка справлялась «на ура», кайфуя от каждого соприкосновения губ с лобком юноши. Доцент чувствовала, как ее пизда толчками исторгает из желез смазку, и как та жирным пятном растекается по кожаному сиденью. Ей конечно очень хотелось распять паршивца на кровати Андреевским крестом и вдоволь насосаться его хуя, может быть, даже заставив кончить в потолок, хаотично забрызгивая себя, ее и все вокруг, но молодому волку от нее и так сегодня здорово досталось, не говоря уже о том смирении, с каким он принял ошейник. Женщина твердо решила вознаградить своего студента всем, на что способна.

Наигравшись с ее горлом, парень вновь опустился на колени. Утерев залившую грудь и подбородок слюну, женщина откинулась в кресле, решив, что её маленький волчонок решил испить соков, натёкших из распаленной дырки, но Максим согнулся ниже, припадая к ступням. Это было немного неожиданно, но очень приятно: свои ножки Тамара любила не меньше, чем киску. Высокие каблуки она носила редко, даже в юности, и ее ухоженные ступни 36-го размера так и остались аккуратными, девичьими, не превратившись в копыта.

Студент поцеловал ее пальцы, потерся лицом о капрон чулок на лодыжках, облизнул вверх ступни. Преподавательница даже заурчала от удовольствия. Парень после утра явно счел ее футфетишисткой, (что, впрочем, было не слишком далеко от истины) и очень старался угодить. Разув изводящуюся от возбуждения женщину, он стянул один за другим чулки, поцеловал подошвы, а потом сжал между них свой член. Горячая твердая плоть была как будто наэлектризована, крошечными молниями воздействуя на пяточки Тамары и прогоняя сквозь них волны удовольствия.

Надрачивая парню ступнями, доцент притянула Максима за ошейник к себе и жадно поцеловала губы. Она мечтала об этом весь вечер, с того момента, как вновь увидела его после пар. Сердце колотилось, как сумасшедшее, но она все же смогла заставить себя обдать изменщика холодным презрением. Хотя примени он в тот момент силу — кандидат наук отдалась бы ему прямо на лестнице, невзирая на последствия и забыв обо всех узбекских хуесосках.

Студенческий язык вовсю хозяйничал у неё во рту, щекоча небо, стараясь пересчитать зубы и залезть поглубже в глотку. Его подельники свирепо прикусывали губы, словно стейка им не хватило.

— Любимая... — это слово Максим выдохнул ей в рот, на долю мгновения прервав поцелуй.

Тамара закрыла глаза. Во тьме зимнего вечера, при одной свече, ей стало светло, как днем. Тело вздрогнуло, как земля, сотрясаемая ядерным взрывом, и сжалось, словно пытаясь стать сингулярностью, бесконечно малой точкой, из которой родилась Вселенная.

Схлынувшая волна оставила после себя восторженное непонимание. Она кончила — но как?! Парень не касался ее киски и даже грудь не тронул. Не от члена же зажатого подошвами! Одно слово... Боже мой!...

Доцента подняли в воздух и бережно опустили на ковер. Какой вульгарный мальчишка! Пусть делает, что хочет, Тамара уже согласна на все...

Хуй в нее не вошел, не вонзился, не влетел, он в нее нырнул. Преподавательнице даже показалась, будто сквозь тяжелое дыхание, свое и

Порно библиотека 3iks.Me