многие годы существования полигона бытовых отходов. Сюда не просто свозили мусор с Москвы, но и так же засыпали его землёй и глиной, чтобы он не источал запах и быстрее разлагался, а строек, где копали котлованы и вывозили грунт на свалки в столице хватало. И за десятилетия свалка поднялась над землёй порядка в сто метров высотой и продолжала расти, ведь отходы и землю на нее везли день и ночь из огромного столичного мегаполиса.
— Смотри, какое оно огромное. Конца и края не видно. - сказала мать, увидев с бугра место погребения, усыпанное крестами.
С высоты полигона бытовых отходов открывался вид на огромное Хованское кладбище, где хоронили, наверное, с пол Москвы и ставшей местом последнего приюта для десятков тысяч москвичей. Кладбище было огромным, в два раза больше по размерам, чем наш город, в котором мы с мамой жили.
— Да уж, соседство не очень приятное. Но выбирать не приходится. Да и потом, они там, внизу, а мы с тобой наверху. - успокоил я мать, смотря на нее в ожидании, когда она поднимет юбку и спустит трико, чтобы присесть на корточки и ссать.
— Отвернуться не хочешь, Костя? - спросила мать, стоя возле меня и не делая попыток присесть на корточки, она явно стеснялась мочиться при мне, что было необычно раньше, во время нашей жизни вблизи Ярославского вокзала, она ходила в туалет при мне без всякого стеснения.
Вероятно, мама была в то время в стрессовом состоянии, и ей было безразлично, что взрослый сын смотрит на то, как она сидит на корточках и ссыт. Но вот, проведя ночь в более менее человеческих условиях и обретя крышу над головой в виде самодельной хижины, мама успокоилась, стресс у нее прошел, и она стала стесняться ходить в туалет при мне.
— Хорошо, мам, писай. Я тоже схожу, а то возле домика как-то неудобно все обоссывать. - ответил я матери, становясь к ней спиной и доставая из ширинки член, который моментально налился кровью и задубел от сильной эрекции по причине того, что за моей спиной сидела на корточках и ссала родная мать, женщина, на которую я дрочил в школьные годы.
Ещё во время нашей жизни на улице в Москве, когда мать ходила в туалет при мне, я несколько раз видел мельком её черный лобок и сейчас, стоя к ней спиной, мысленно представил черную, заросшую волосянками пизду у матери, и от этого хуй у меня встал колом, что мешало нормальному мочеиспусканию.
Кое-как поссав, насколько это было возможно при стоящем колом члене, я повернулся к матери и, увидев, что она уже стоит и поправляет юбку. На матери была надета серая юбка, под ней черное трико, кофта и куртка сверху, а на ногах солдатские берцы, их я нашел в Москве на помойке взамен порванных туфель, которые изначально надела мать, когда мы с ней выехали из своего города в Москву. Берцы были новые, их не стали выкидывать в мусорный бак, а поставили рядом на асфальт в надежде, что кто-то из малоимущих их возьмёт. Точно на такой же мусорке возле многоэтажных домов приоделся и я, найдя висящий рядом на дереве чистый джинсовый костюм, штаны, рубашку и куртку, и, как оказалось, моего размера. Некоторые сердобольные москвичи не выбрасывали хорошие вещи, обувь и одежду в мусорные баки, а клали и вешали рядом.
— Дай мне руку, Костя. Ты же знаешь, у меня ноги болят. А тут того и гляди, вниз кубарем полетишь. - попросила меня мать, протягивая руку, и когда я ее ей подал и притянул к себе, мать глянула на мой стояк в штатах, а там на ширинке выпирал приличный бугор от вставшего колом члена, и в карих глазах моей мамы промелькнула озорная любопытная искорка.
Утром она сполна почувствовала мой стояк упирающейся ей в жопу, а давил я его с силой минуты две, и она не делала попыток от меня отодвинуться, а безвольно подставила свой зад под член взрослого сына.
— Зря вы туда в туалет ходили. Там склон крутой и можно запросто вниз улететь. Вот чуть подальше есть спуск и склон пологий, туда в следующий раз идите. - сказал нам Миша, увидев нас, идущих с края свалки.
Пока мы ушли с матерью ссать, оба брата проснулись и сидели возле своей хижины. Олег развел небольшой костер и грел закопченный чайник на огне, поставив его на два кирпича. А его рыжий брат с опухшим от возлияний лицом сидел рядом на стуле и пил глотками воду из пластиковой бутылки, утоляя жажду с перепоя.
— Вчера вечером вы уже спали, а я в гости к другу ходил на другой конец свалки и у него ещё водкой догнался. Не помню, как домой пришел. Теперь башка болит и сушняк жуткий. Тут вся водка на свалке "паленая". Ее если норму выпьешь, то ничего, а когда перепьешь, хреново становится. - посетовал рыжий Миша, смотря на нас с мамой потухшими глазами алкаша.
— Не трави желудок водой, Михаил. У нас с Костей есть чем тебе помочь. Правда, водку не заменит. Но голову слегка поправить можно. Мы вчера на свалку ходили и кое чем разжились. - сказала моя мать, и когда я открыл дверь нашей с ней хижины, она залезла внутрь и вытащила наружу хозяйственную сумку без ручек, набитую доверху шоколадными
Порно библиотека 3iks.Me
9555
01.02.2025
|
|