Декаданс, часть 3- Читать онлайн

какие-то греховные фантазии, усиленные действием чудодейственного "Спермина доктора Пеля".

Спит ли моя Дульсинея этой ночью, полной запахами крокусов и трелями неумолчных соловьёв? В обтягивающих гусарских лосинах и свободной белой сорочкой с оборками, я осторожно приставил лестницу садовника к окну своей нынешней матушки. Окно открылось свободно, легко, приглашающе. Пылкие садовники никогда не нарушали ночной покой Натальи Павловны. Как сладко замирает сердце мужниной жены, как колотится сердце преступницы! Распахнуты широко её глаза, и замирает протестующий шепот спазмом в горле, но уже прижаты к губам её босые ножки, торчащие из-под ночной сорочки, и к немалому смущению хозяйки, не намерены останавливаться на пальчиках и лодыжках, пробираясь всё выше и выше! И электрические искры от трения с шёлком исподницы в шевелюре ночного гостя, меж тем как забравшийся в покои барыни садовник занят поисками таинств её дикой розы... Как хорошо, что ночная темень скрывает обличье её пасынка, обещавшего посвятить её в тайные искусы столичных любовных вольностей! С удивлением, страхом, ожиданием неизведанного, полна смятением провинциальная помещица, чувствуя горячее дыхание мужчины на своих, уже самым бесстыдным образом обнажённых бёдрах! И наконец, спохватившись, в великом смущении накрывает она голову Андрюши своею тонкою периной. А там, под одеялом, в жаркой духоте, полной запахом кожи и фимиамом женского естества, ночной садовник тщится развести в стороны бёдра своей названной матушки.

"Мама, я люблю вас!".

О, как неожиданно эти слова полоснули по сердцу Натальи Павловны! Она словно вдруг обрела настоящего сына, достойного материнской ласки, правда, не настоящего сына, ибо их любовные отношения в противном случае были бы совершенно противоестественны, но фиктивного, называть которого сыном было бы так возбуждающе греховно! Осторожные поползновения Андрея под одеялом, стремящиеся к тайне своего рождения, вынудили Наталью Павловну приподнять и раздвинуть ноги в позе роженицы, отдаваясь опыту своего названного сына, готового преподнести урок "лобзания услады" своей матушке. И вот жар дыхания коснулся непроизносимых частей юной помещицы, а вслед оного и жар рта, ищущего, горячего, жадного. И ахнула потрясённо Наталья Павловна, впервые ощутив такой градус интимности французских любовных ласк!

— Андрюшааа, ааа, сынооо... - ахнула счастливая помещица, не веря в реальность происходящего.

Ммм!.. Ооо!.. Как можно перенести этот сладкий срам, когда чувствуешь язык молодого человека, проникающий в запретные пределы?! И разве можно назвать это лобзаниями, ведь это уже лизания, когда кончик языка поддевает разбухший, стонущий от ожидания запретных ласк похотничек! Ооо, и бёдра сами поднимаются навстречу сопящему, задыхающемуся под одеялом лицу пасынка, руки которого бесстыдно подныривают под упругую плоть разгорячённых ягодиц... Ныряют под одеяло её руки, чтобы убедиться, что это совсем не сон, и между ног голова Андрея, и пальцы в золоте колец ныряют в густые заросли его волос.

— Андрюш... Ааа...

— Мльммм... Ммыххх... Мхльммм....

И разве можно вынести, когда, не прекращая скабрезного лизания, он... его пальцы... проникают внутрь... От этого сокращается в судорогах, доходит до бешенства матка. Вцепившись в волосы пасынка, тянет Наталья Павловна пасынка на себя. Она хочет его прямо сейчас, и что угодно, но почувствовать его у себя внутри... Всхлипывает Андрей, глотнув полной грудью свежего воздуха, и задрана до подмышек тонкая ночная рубашка, в то время как руки его новой мамы стаскивают с него узкие лосины до колен, а скомканная батистовая рубашка летит прочь. И ничто в мире уже не может предотвратить измены, когда тайная уда Андрея раздвигает влажную липкость створок, вдвигаясь медленно в теснину жены отца...

Мой собеседник закрыл глаза ладонью.

А дальше, как можете представить - частые, иссушающие рот, вдохи и выдохи, мерное поскрипывание старой кровати, жаркое, потное, жадное соитие под одеялом, напряжённое стремление навстречу друг другу горячих тел, прилипшее к заду одеяло, мотающаяся по подушке голова мачехи, от моих ударов скомканная и забившаяся под ягодицы Натальи Павловны простыня.

— Я хочу братика, - в изнеможении сладострастия шепчу я - Мама, я хочу братика!..

Наталья Павловна дико смотрит на меня, а потом её глаза закатываются, и я чувствую, как в жаркой глубине в тесных спазмах непереносимо перевозбуждается мой половой пенис, а затем вспышка непоправимого выплеска страсти, почти болезненного опустошения в пульсирующих неконтролируемых излияниях семени... Когда я покидал спальню мачехи, она лежала без сил в выглядящей целомудренно рубашке, наслаждаясь посвежевшим ночным воздухом из открытого окна со слабым запахом цветов.


Моя прекрасная чувственная маменька всецело отдалась обучению столичных любовных нравов. Помню, мы с ней поднялись на мансарду дома, где на штативе была укреплена подзорная труба, через которую ночью можно было наблюдать звёзды. Даже днём здесь было полутемно от зарослей хмеля, однако же душновато от нагретой солнцем крыши. Поднимаясь вслед за Натальей Павловной на мансарду, я ловил вязким взглядом под колышущимся подолом платья её белые туфельки и стройные лодыжки под шёлком тонких чулок. Здесь я учил свою новую матушку наводить трубу на фокус, и, согнувшись перед прибором, она с увлечением прижала глаз к окуляру.

— О, Иван Матвеевич играют в крокет во дворе! - воскликнула Наталья Павловна, опустив трубу пониже - С Ирэн.

Придвинувшись поближе ко своей ученице, я взглянул через плечо, куда была направлена труба.

— Вы можете наблюдать за ними безо всякой опаски, - произнёс я вполголоса - Во дворе солнце, а здесь полутьма. Они нас не видят.

Мои руки легли на талию своей прекрасной мачехи.

— Андрей Иванович!! - воскликнула она возмущённо, но конечно же, тихо, чтобы никто не услышал.

— Продолжайте наблюдение, - произнёс я твёрдо ей

Порно библиотека 3iks.Me