Тайна скита староверов-отшельников- Читать онлайн

с ним. Желание противостоять ей, требовать ответов, войны с той его частью, которая отчаянно хочет стать частью скрытого мира, который он только что увидел. Тушеное мясо зайца остывает на его тарелке по мере того, как ужин затягивается.

Анна деликатно напоминает: «Сыночек, тебе действительно нужно поесть», — говорит она, и в ее голосе звучит смесь беспокойства и раздражения. «Ты едва прикоснулся к своей еде». Материнский приказ в ее тоне безошибочен. Он бросает взгляд на свою тарелку, с тяжелым вздохом берет ложку и заставляет себя откусить кусочек хлеба. Когда он жует, он чувствует тяжесть их объединенных взглядов, обе женщины выжидающе смотрят на него.

Дрожащими руками Виктор кладет ложку на тарелку: «Я больше не могу есть», — хрипит он, его голос едва слышен сквозь грохот сердца. Глаза его матери слегка сужаются, а глаза бабушки Марии Филипповны смягчаются от беспокойства, когда она наклоняется. «У тебя все в порядке, дорогой?» — спрашивает она, и ее голос нежно ласкает, от чего у Виктора по спине пробегает дрожь.

Затем он выплеснул свои слова наружу: «В какой грех вы двое ввязались?» Взгляд Марии Филипповны стал жестче, но она молчала, крепче сжимая ложку, как оружие. Анна отодвинула стул, его ножки со скрипом стучали по твердой древесине, когда она встала, ее юбка развевалась вокруг лодыжек. Она перегнулась через стол, ее лицо было в нескольких сантиметрах от лица Виктора, ее дыхание горячо касалось его кожи. "Что?" - прошипела она низким и опасным голосом. Рука Анны вырвалась, схватив его за запястье, ее хватка была удивительно сильной.

— Ты больше не будешь так говорить, — предупредила она, вглядываясь в его глаза.

Анна крепче сжала запястье Виктора, ее глаза искали в нем хоть какой-то намек на правду.

— О чем ты говоришь, Виктор? — спросила она, и в ее голосе звучала старательная смесь заботы и властности. Виктор тяжело сглотнул, его взгляд опустился в пол, прежде чем он смог найти в себе смелость снова встретиться с ней. «Я... Я видел тебя мама, — пробормотал он, и его щеки покраснели от смущения. «В комнате... с бабушкой утром!». Глаза Анны сузились, краска залило ее лицо. «Что ты видел сынок?» — спросила она устрашающе спокойным тоном. Виктор глубоко и дрожащим дыханием вздохнул. «Я видел тебя... лижущею бабушкин задний проход», — наконец ему удалось, слова вырвались из него, как признание. Комната кухни, казалось, затаила дыхание, на мгновение ни одна из женщин не произнесла ни слова.

Затем Анна медленно отпустила запястье Виктора, ее рука упала на бок, когда она сделала шаг назад.

— Ты наблюдал за нами, — прошептала она, больше про себя, чем про него. Обвинение в ее голосе задело за живое.

— Это не то, на что это было похоже, — сказала Мария Филипповна, ее голос слегка дрожал. Но Виктор знал лучше. Он видел необузданную страсть в их глазах, безошибочный сексуальный голод, который мог родиться только из глубокой, интимной связи.

— Что же тогда? Виктор ответил ей голосом уже сильнее, подпитываемый гневом и замешательством, которые бурлили в нем.

Взгляд Анны был холодным, тепло, которое обычно наполняло ее глаза, сменилось стальной решимостью.

— Это не твое дело, — просто сказала она, отворачиваясь от него, чтобы поправить свою и без того аккуратно сидящую юбку.

Но Виктор знал, что этого недостаточно, больше нет.

— Это мое дело, когда это происходит под нашей крышей, — возразил он, и его голос дрожал, от волнения. Когда вес его слов осел на них, они втроем остались в напряженном противостоянии, единственным звуком которого было беспорядочное биение их сердец.

Мария Филипповна, почувствовав напряжение в комнате, с нарочитым звоном поставила тарелку и положила руки на стол, нежно улыбаясь в уголках ее рта.

— Виктор, дорогой, — начала она, и ее голос был успокаивающим бальзамом для суровой тишины, то, что ты видел ранее, было личным моментом между твоей матерью и мной, который является особой частью наших отношений. В этом нет ничего стыдного или пугающегося. Любовь проявляется во многих формах, и наша лишь немного... в другой форме!». Она протянула ему руку, и ее глаза наполнились теплом, которое, казалось, обволакивало его, несмотря на резкость ее слов.

— Ты всегда был любопытным мальчиком, — сказала она, понимающе кивнув.

Рука Анны хлопнула по столу, и этот звук эхом разнесся по кухне, прервав нежные слова Марии Филипповны. Ее глаза вспыхнули с такой силой, какой Виктор никогда раньше не видел, а голос был низким и угрожающим, когда она повернулась к сыну.

— Виктор, ты никогда и никому не будешь говорить об этом, — прорычала она, стиснув зубы. «То, что вы увидел, было личным моментом, священной частью наших отношений, которую ты не имеешь права подвергать сомнению или судить». Она сделала шаг к нему: «Если ты хоть слово скажешь об этом кому-нибудь, — продолжила она шипением, от которого у Виктора, по спине пробежала холодная дрожь, я позабочусь о том, чтобы ты сожалел об этом всю оставшуюся жизнь!». Ее рука вырвалась, схватив его за воротник рубашки и притянув к себе ближе, пока их носы почти не соприкоснулись. «Ты меня понимаешь сынок?» — спросила она, впиваясь глазами в его глаза. Сердце Виктора колотилось в груди, все, что он мог делать, это лихорадочно кивать, его голос терялся от страха, который теперь душил его.

Выражение лица Марии Филипповны стало жестче, она крепче сжала руку Анны, когда

Порно библиотека 3iks.Me