невинное тело для медицинской процедуры и невольных взглядов посторонних. И нет нужды лишний раз говорить, что ее неожиданно обнаженное тело невольно вызывало во мне гораздо большее возбуждение и любопытство, чем привычный вид жены даже в самом откровенном нижнем белье.
(……Надо постараться не глазеть……) - мысленно приказал я себе, пытаясь сохранить остатки профессионализма и приличия.
Я с усилием взял себя в руки и сосредоточил все свое внимание исключительно на жене, пытаясь игнорировать присутствие юной школьницы рядом. Я все же оставался всего лишь врачом-стажером в этой странной клинике, и совершенно не хотел, чтобы обо мне сложилось плохое мнение как о непрофессиональном и непристойном наблюдателе, поэтому изо всех сил старался вести себя как можно более естественно и сдержанно.
Медсестра тем временем уже активно начала фиксировать дрожащие ноги и руки жены жесткими ремнями гинекологической кушетки, превращая ее в беспомощную и полностью обездвиженную жертву медицинской процедуры. Мне было по-настоящему жаль смотреть на жену, которая с каждой секундой становилась все более и более обездвиженной и беспомощной в лапах медицинского персонала.
«Ну вот, сейчас подвинем кушетку». Медсестра закончила фиксацию подчеркнуто деловито и напоследок нажала на кнопку на кушетке.
Кушетка автоматически начала медленно двигаться. Вращаясь, она принудительно раздвигала ноги жены все шире, а опора, поддерживавшая ее попу, втянулась внутрь.
«Ах!» Жена, которая сначала села, сжав ноги, невольно вскрикнула, когда ее ноги раздвинули, а опора ушла из-под попы. Еще бы, ведь ее попа повисла в воздухе, не имея никакой опоры. Затем кушетка, до этого стоявшая боком, повернулась передом ко мне, и вагина и попа жены постепенно переместились на уровень моих глаз, когда я сидел.
На кушетке, в отличие от гинекологического кресла, похоже, не было никаких разделительных шторок. Спинка кушетки была намеренно поднята, а голова жены зафиксирована прямо, так что моему взгляду полностью открылось выражение ее лица. Обнаженная и беспомощная, она стыдливо прятала глаза, стараясь не встречаться взглядом ни со мной, ни с медсестрой.
«Ну что ж, для начала снимем пояс верности с дилдо», - деловито произнесла медсестра, закончив манипуляции с кушеткой. Наконец-то она сняла пояс верности с дилдо, который жена вынуждена была носить все это время.
Жена, почувствовав себя свободной от инструмента, который так долго ее унижал, невольно вздохнула с облегчением. Но это облегчение оказалось лишь мимолетным. Тут же в клизменной ярко включился свет, чтобы все внимание было приковано к отверстию от пробки, зияющему в ее анусе.
Одновременно с этим в клизменной включились два больших монитора, свисающих с потолка. На каждом из них тут же появилось изображение обнаженной жены, широко раздвинувшей ноги. Крупный план ее промежности транслировался на экранах для всеобщего обозрения. Один из мониторов был расположен так, чтобы жена могла его хорошо видеть, и ей, волей-неволей, пришлось смотреть на это унизительное зрелище.
«Нет!» - невольно вырвалось у жены, когда перед ее глазами возник крупный план ее собственных интимных мест, выставленных на всеобщее обозрение.
Сначала жена, конечно, смутилась и попыталась отвести взгляд от монитора, но постепенно, видимо, непобедимое женское любопытство взяло верх, и она начала украдкой, словно загипнотизированная, наблюдать за происходящим на экране.
Теперь и я заметил, что на мониторе видеонаблюдения, стоявшем на столе доктора в процедурном кабинете, отображается точно такое же изображение промежности жены, снятое под тем же самым унизительным углом. Это означало, что весь процесс клизмы в клизменной будет полностью записан на видеорегистратор и, вероятно, сохранен в архиве клиники.
«Ну что ж, подготовка к клизме завершена! Раз уж с вами муж-стажер, вы сможете постараться больше, чем обычно!» - цинично заявила медсестра, намекая на то, что мое присутствие должно стимулировать жену к большему унижению.
«Х-хорошо», — смущенно и тихо ответила жена, не поднимая глаз.
«Ой, а что же нужно говорить, когда все готово? Если не попросите как следует, так и будете лежать в такой позе вечно!» - насмешливо протянула медсестра, издеваясь над беспомощностью жены.
«……» Жена молчала, опустив голову, не в силах произнести ни слова.
Как только жену окончательно зафиксировали на кушетке и вся унизительная подготовка к клизме была завершена, отношение медсестры резко и заметно изменилось. Теперь, когда пациентка была надежно обездвижена и полностью беспомощна, любое сопротивление стало абсолютно бессмысленным. Медсестра, прекрасно понимая это, продолжила издевательским тоном:
«Раз уж вас так надежно зафиксировали на кушетке, сопротивляться бесполезно, так что просто сдавайтесь. Все ваши непристойности теперь у всех на виду, и все записывается! Если хотите поскорее закончить со всем этим, говорите все, что нужно, четко и вслух, даже если вам до ужаса стыдно!»
«Х-хорошо! П-простите меня!» - почти шепотом произнесла жена, готовая выполнить любое требование, лишь бы поскорее закончить этот кошмар.
«Пожалуйста, сделайте мне клизму в попу!» - робко попросила жена, повторяя заученные фразы.
«Да, и еще что?» - насмешливо уточнила медсестра, добиваясь полного унижения.
«Я выпущу много кала, так что, пожалуйста, доведите дело до конца!» - произнесла жена уже заметно более громким и четким голосом, повторяя унизительные слова, которые от нее требовали.
В этот момент Аи, проходившая мимо, собираясь выйти из клизменной, удивленно обернулась на голос жены. То ли ей стало искренне жаль жену, которой предстояло пройти через то же унижение, что и ей самой, то ли из какого-то непонятного женского сочувствия, но она неожиданно подошла к кушетке жены и тихо прошептала ей на ухо, словно желая поддержать:
«Клизма — это, конечно, очень стыдно, но вот когда выпустишь из себя все здесь, сразу станет намного легче. Неприятно, конечно,
Порно библиотека 3iks.Me
 3177
 21.02.2025
|
|
Восточная сказка
Мне нравится