Дворник Толик- Читать онлайн

шлюха на вертеле будет! — Он поднял Анюту на руки, ее тело безвольно повисло, и начал насаживать ее анус на дилдо, медленно, наслаждаясь каждым ее стоном.

Анюта закричала, ее голос был слабым, надтреснутым, как у человека на грани потери сознания, и она чувствовала, как толстый ствол раздвигает ее плоть, как он врывается в ее кишки, расширяя их еще больше, чем раньше, его толщина разрывала багровые края, и боль была острой, как раскаленный меч. Толик насадил ее до половины, остановился, отпустил, и она осталась насаженной на дилдо, ее ноги задрались вверх, дрожащие, как у куклы, что сломали, а тело сотрясалось от боли и жара, что поднимались из глубин. — Ха, шлюха, сидишь, как на троне! Лох, держи ей ноги, задирай выше, ща я ее до конца насажу! — Толик хохотнул, его голос был пропитанным злобным триумфом, и Игорь, как под гипнозом, бросил камеру на пол, схватил ее ноги, раздвигая их в разные стороны и задирая вверх, выше плеч.

Анюта стонала, ее голос был слабым, прерывистым, боль разрывала ее изнутри, дилдо давило в кишках, расширяя их до предела, и она чувствовала себя насаженной, как мясо на вертеле, беспомощной, униженной, но оргазм накатил снова, мощный, оглушительный, как раскат грома, и она ненавидела себя за это, за то, что ее тело отвечало ему, как зверь хозяину. Игорь держал ее ноги, задранные за плечи, его руки дрожали, как у человека, что боится отпустить, и он смотрел на ее анус, растянутый до предела, на дилдо, что исчезал внутри, и чувствовал, как страх и жар смешиваются в нем, как яд и вино, что пьянит и убивает. Толик хохотал, его глаза сверкали садистским восторгом: — Ха, лох, держи крепче! Ща я ее до конца насажу!

Толик начал давить ей на плечи вниз, его ладони сжали ее с силой, как тиски, и дилдо проскользнуло еще глубже, его толщина разрывала анус, багровые края дрожали, растянутые до невозможного, и Анюта закричала, ее голос сорвался в хрип, боль была острой, как раскаленный нож, но за ней следовало наслаждение, темное и властное, что поднималось из глубин, как лава. Она чувствовала, как дилдо заполняет ее кишки, как оно давит на внутренности, как ее живот вздувается, бугры проступают под кожей, и это было слишком — слишком глубоко, слишком унизительно, слишком возбуждающе, как будто она стала жертвой, что принимает свой конец. Игорь держал ее ноги, его взгляд был полон ужаса и жара, и он ненавидел себя за то, что его руки дрожали не только от страха, но и от желания.

Толик хохотал, его голос был громким, раскатистым, как гром, и он давил сильнее, дилдо уходило все глубже, пока не исчезло почти полностью, оставив лишь кончик снаружи, анус Анюты был растянут до предела, как черная бездна, что поглощает все. — Ха, лох, глянь, как я твою шлюху на хуй насадил! Бывало, я таких баб на такие вертели сажал, что они потом неделю срать не могли! А твоя — прям чемпион! — Он хохотал, его руки сжимали ее плечи, и Анюта стонала, ее тело сотрясалось, как тряпичная кукла, оргазмы накатывали один за другим, слабые, но мучительные, как отголоски бури, что не утихает.

Игорь снимал, его камера лежала на полу, но он снова поднял ее, его руки дрожали, как у человека в лихорадке, и он фиксировал каждый кадр — ее растянутый анус, дилдо, что исчезал внутри, ее ноги, задранные за плечи, и ненавидел себя за этот жар, что пульсировал в его паху, за то, что его разум кричал отпустить, а тело хотело держать. Анюта чувствовала себя насаженной, беспомощной, униженной, дилдо давило внутри нее, как зловещий гость, что не уходит, его толщина разрывала ее кишки, его длина извивалась в глубинах, и каждый толчок был как удар, что пробивал ее насквозь, смешивая боль с наслаждением в мучительную бурю.

Толик хохотал, его голос был пропитанным садистским триумфом, и он смотрел на Анюту, насаженную на дилдо, как на свой шедевр: — Ха, шлюха, теперь ты моя на всю жизнь! Ща я отдохну, а потом еще повеселюсь! — Он отпустил ее плечи, но она осталась насаженной, ее ноги дрожали в руках Игоря, анус зиял, растянутый до предела, и она чувствовала, как дилдо заполняет ее полностью, как ее внутренности сжимаются вокруг него, как боль и жар смешиваются в ней, как яд и вино, что пьянит и убивает. Игорь держал ее, его взгляд был полон ужаса и желания, и он боялся отпустить, боялся, что этот кошмар станет их вечностью.

Анюта стонала, ее голос был слабым, прерывистым, как у человека на грани потери сознания, дилдо давило внутри нее, расширяя ее анус до предела, и она чувствовала себя разорванной, заполненной, как сосуд, что не может вместить больше, но продолжает принимать. Толик хохотал, его голос эхом отражался от стен, и он смотрел на нее, как на жертву, что принял свой конец: — Ха, лох, снимай, как твоя шлюха на моем хую сидит! Завтра продолжу, до конца ее разъебу! — Он рухнул на стул, тяжело дыша, его грудь вздымалась, как после боя, но его глаза сверкали злобным весельем, обещая новый круг ада.

Толик, тяжело дыша, снова схватил Анюту за плечи, его грубые ладони сжали ее с такой силой, что она ахнула, ее слабый

Порно библиотека 3iks.Me