останется в памяти — и на десятках телефонов.
Третий в этом безумном параде оказался лысый мужик с короткой, густой бородой, чёрной, как уголь, с редкими седыми нитями, что торчали, словно проволока. Его череп блестел в тусклом свете лампы, отражая блики, а кожа на голове была покрыта мелкими каплями пота, стекавшими по вискам и исчезавшими в бороде, оставляя влажные дорожки. Он был невысоким, но коренастым, с широкими плечами и руками, покрытыми узлами мышц, что напрягались под кожей, как канаты. В правой руке он держал телефон — новый, с большим экраном, на котором уже мигала красная точка записи, а левой он расстёгивал штаны, вытаскивая свой член: сантиметров 20, толстый, как бутылочное горлышко, с багровой головкой, влажной от пота, и венами, что проступали под кожей, как реки на карте. Он ухмыльнулся, обнажая кривые зубы, и плюнул на ладонь, размазывая слюну по стволу с ленивой уверенностью, будто готовился к привычному делу.
Он подошёл к Наташе, лежащей на животе, её тело всё ещё дрожало от предыдущих толчков, а ягодицы блестели от пота и спермы, что стекала по внутренней стороне бёдер, оставляя липкие следы на порванных чулках. Лысый схватил её за бёдра, сжимая их так, что кожа побелела под его пальцами, и раздвинул ягодицы, обнажая её анус — красный, растянутый, как кратер, диаметром сантиметров шесть, с вытекающей спермой, что капала на простыни, образуя вязкую лужу. Он направил телефон вниз, снимая крупным планом, приближая камеру так близко, что экран, должно быть, показывал каждую складку её кожи, каждый пульсирующий край её дырочки, полную густой, белёсой жижи. «Щас я её до кишок проебу, смотрите, пацаны!» — рявкнул он, его голос был хриплым, пропитанным виски и табаком, пока он упирал головку в её анус. Одним движением он вошёл — медленно, с наслаждением, растягивая её ещё шире, до семи сантиметров, пока её попка не раскрылась, как цветок под дождём, обхватывая его ствол.
Он начал долбить её с ритмичной яростью, каждый толчок сопровождался влажным чавканьем, будто кто-то месил грязь, а её тело дёргалось вперёд, как марионетка на нитях. Её ягодицы дрожали, кожа натягивалась, багровела, а сперма внутри выдавливалась наружу, стекая по его члену и бёдрам, капая на ковёр с тихим шлепком. Телефон в его руке дрожал, но он держал кадр, снимая, как его ствол входит и выходит, оставляя за собой блестящий след. «Гляньте, как хлюпает, это жопа года!» — орал он, ухмыляясь, пока пот стекал по его лбу, падая на её спину, где уже лежали слипшиеся от спермы волосы, тяжёлые, как мокрая тряпка. Я стоял в углу, чувствуя, как сердце колотится в груди, как адреналин смешивается с возбуждением и отвращением, а запах секса — тяжёлый, животный, с нотами пота и алкоголя — душил меня, как дым. Он ускорил темп, вгоняя член глубже, так что её попка дрожала, а звук стал громче, глубже, как барабаны войны. Толпа вокруг снимала на свои телефоны, вспышки сверкали, кто-то кричал: «Давай, Лысый, порви её, снимай крупняк!» Он кончил минут через семь, с хриплым стоном, заливая её анус своей спермой — горячей, густой, что вытекала наружу, смешиваясь с уже имеющейся. Вытащил член с громким хлопком, снимая, как её дырочка остаётся открытой, красной, блестящей, с вытекающей жижей, что стекала, как река после дождя. «Вот это я её отымел, пацаны, кино готово!» — бросил он, вытирая пот с лица рукавом.
Четвёртый был парнем с татуировкой орла на груди — худощавым, но жилистым, с длинными руками и пальцами, покрытыми мозолями, что выдавали годы тяжёлой работы. Его грудь, открытая под расстёгнутой рубашкой, блестела от пота, а татуировка — чёрный орёл с распростёртыми крыльями — казалась живой, когда он двигался. Лицо — острое, с впалыми щеками и глазами, горящими лихорадочным азартом, — было напряжено, а губы растянуты в кривой ухмылке. В руках он держал телефон — старый, с потёртым корпусом, но камера сверкала, готовая к записи. Его член, сантиметров 19, был изогнут вверх, с каплями на кончике, тонким, но твёрдым, как стальной клинок, с кожей, натянутой до блеска. Он подошёл к Наташе, всё ещё лежащей на животе, её голова свисала с края кровати, волосы свисали, как мокрая занавеска, пропитанные спермой и потом.
Он схватил её за волосы, запрокинул голову назад, сжимая слипшиеся пряди так, что она невольно открыла рот, и сунул свой член ей в горло. Телефон в его руке зафиксировал всё крупным планом: её губы, растянутые вокруг его ствола, красные, блестящие от слюны и спермы, что уже стекала по подбородку. «Глотай, сука, это кино для потомков!» — рявкнул он, его голос дрожал от возбуждения, пока он начал долбить её рот, вгоняя член до упора, так что она давилась, из глаз текли слёзы, смешиваясь с белёсыми каплями на её лице. Её горло сжималось, издавая хриплые звуки, а слюна текла по его стволу, падая на простыни с тихим шлепком. Я смотрел, чувствуя, как внутри меня всё сжимается, как возбуждение борется с тошнотой, а он снимал, приближая камеру к её лицу, чтобы поймать каждую деталь: её заплывшие глаза, слипшиеся ресницы, рот, полный его члена. «Соси глубже, шлюха, щас в глотку налью!» — орал он, пока толпа гудела, снимая фото, вспышки слепили, кто-то кричал: «Давай, Орёл, засади ей до желудка!» Он двигался быстро, с жёстким ритмом,
Порно библиотека 3iks.Me
2287
27.02.2025
|
|