— Че, давай за нашим – вашим?! – поднял рюмку поддатый боксер, мутно глядя на собутыльников.
Почти все пьянствующие уже не соображали, еле сидели покачиваясь на еле живых стульях перевязанных проволокой. Вслед за ним подняли и выпили остальные четверо. Крякнув и закусив, плосконосый боксер сплюнул в сторону, но неудачно. Харчок повис на его подбородке, потянулся вниз и наконец упал на голую дойку валявшейся под ногами Светки.
Густой пенистый плевок облил её скрученный сосок и потек ниже, пересек выемку между грудей и добрался до второго соска сваленной набок дойки. На втором коричневом кожаном штырьке он повис тягучей харкотиной, щекоча нутро изъебанной немытыми хуями Светы.
Будущая жена Митяя горячо и тяжело дышала, свисавший с торчащего соска плевок покачивался ещё некоторое время, а затем упал на синтепоновую подшивку модной женской кожанки.
— Нихуя себе! – обалдело прошептал Антоха за спиной Митьки. – Бля... - Может они уснут? – робко понадеялся ещё кто-то из толпы несчастных. – Залезем, потрогаем за пизду хотя бы и за дойки!
— Да ты че, ебнулся? – шикнул на них Митька и ударил локтем Антоху. – А если дядь Володя вернется?! Нам тогда как раз ПИЗДА и будет всем! Никому нельзя в стекляшку входить, кроме Котовских!
— Бля... - возбужденно и тоскливо проныл ещё кто-то.
В этот самый момент, перепивший боксер попытался встать и бухнулся обратно на стул в конкретном перепое. Из магнитофона уже играл «Сектор газа», пьянка подходила к концу. Обертки, объедки, шлюхи в сперме, мусор на полу и свежая багровая блевотина на стене образовывали чудесный натюрморт.
— Ссать хочу, бля, встать не могу... - промычал боксер.
— Такая же хуйня, - вяло и уныло покивал сидящий напротив него подкачанный отморозок.
Абсолютно хуево соображая от выпитого, боксер все-таки достал член и попытался встать снова, у него опять не вышло. На этот раз стул еле выдержал движения его массивного тела.
— Тут то не ссы, нахуй так делать? - ещё что-то понимая, пробубнил третий. – Отойди в угол хотя бы, Лысый...
— Не могу, - опять промычал боксер, мотая пьяной головой как китайский болванчик. Он с трудом повернулся на стуле вбок, покачивая хуем, который уже побывал во всех трех юных шалавах. Залупа торчала наружу, поблескивая влагой в тусклом свете электрической лампочки.
Тупо поглядев на лежащую у ног затраханную Светку, боксер наклонился вперёд и облокотившись на колени, навис над ней всей своей мускулистой массой. Он пускал слюни, они падали на щеку девчонки покрытую румянами, стекали по ней и исчезали во рту Светки, мешаясь уже с её слюной и спермой на языке.
— Слышь? – боксер пнул Светку по голой тяжелой дойке, облитой его же харчками. – Слышь?! – повторил он и пнул ещё раз.
Света с трудом открыла пьяные глаза и попыталась сфокусировать взгляд. У неё явно не получилось, огромные накладные ресницы махали вяло и сонно. Посмотрев на неё ещё несколько секунд, боксер протянул руку и взялся за её длинные белокурые волосы завитые на мелкие бигуди. Модная по тем временам прическа поднялась вверх в пальцах отморозка, а вслед за волосами поднялась и голова Светки.
Вцепившись в её кудри и второй рукой, боксер подтащил слюнявые губы молодой шлюхи к своему члену и попытался вставить в них вялого. Вялый мялся, гнулся, но наконец-то проскользнул в теплую влагу девичьего рта, утопая в слюнях и чужой сперме. Послышалось сочное чавканье и хлюпанье губ юной шлюхи.
Мыча и еле держась на стуле, боксер расслабился и начал ссать.
После пива напор был мощным и журчащая соленая ссанина забурлила в красивом ротике ПТУшницы, вынуждая её делать глотательные движения.
С губ шлюхи лилось на полные груди, смывая с них харчки и засохшую сперму. Так продолжалось до тех пор, пока Светка вдоволь не наглоталась вонючей ссанины, и до тех пор, пока сильная пьяная рука не выпустила её пьяную башку. Молодая шалава снова упала на матрас, грохнувшись щекой прямо в пятно от пролившейся мочи.
Если смотреть сейчас, с высоты лет, то Митяй был уверен, что именно в этот момент он и влюбился в Светку. Да, за его спиной раздавались возгласы пацанов в духе «фу, блядь, опущенная!», «ебать, надо всем сказать за Светку, что она мразь мочу пьет! Фу нахуй!». Но Митяй был совсем другого мнения.
Уже на следующий день, он начал подкатывать яйца к этой «богине», с которой позволено делать всё, что душе угодно...
Сперма.
Целый ручей мутной, белесой и пахучей кончины, который стабильно вытекал из расхлябанной и разъебанной пизды Светки.
Облитые желтоватой струхниной половые губы девчонки были вывернутыми и очень чувствительными. Кончина смешанная с её соками возбуждения стекала по раздолбанному аналу дворовой шлюхи, обретая вкрапления коричневого дерьма. Это было сочно и крайне грязно.
Вся эта прелесть собиралась в лужу на обосанном матрасе, покрытом пятнами мочи и окончаний прошлых шлюх, которых тут многократно драли.
Лужа расплывалась под тяжелыми, красивыми ягодицами Светы, которые лежали обнаженными на этих самых пятнах, тонули в луже налившейся из вагины самой девчонки и её подружек.
Именно такую картину видел перед собой Митька, сидя на краю дивана в своей комнате. Он не мог прогнать из головы прекрасный образ, который будто каленым железом отпечатался в юном мозгу озабоченного парня. Митя сидел в полумраке весенней ночи, бесконечно глядя в одну точку. В ответ, со стены, с плакатов, на него пялился Ван Дамм, выебываясь своей бицухой и Шварценеггер, поблескивая красным глазом терминатора.
Вспоминая
Порно библиотека 3iks.Me
1422
28.02.2025
|
|