хорошо, подумал Славик. Как бы она ни подпитывалась моей болью и отчаянием, а всё равно силы махать плеткой у неё не бесконечны. Если правильно себя вести – вовремя выть от боли, плакать, молить о пощаде, срываться на трагический хрип и стон – она очень быстро насыщается, напитывается отчаянием и страхом и тут проявляется черный, инфернальный эротизм всего действа. Святоша элементарно возбуждается от пыток! Для неё это становится просто извращенным сексом. И тут уже дело техники – как быстро удастся её удовлетворить и привести к умиротворению.
Обычно Славику удавалось это часа за два-три, и то с перерывами. Но сегодня они одни, никто мешать не будет...
Пока он таким образом подбадривал себя благочестивыми рассуждениями, Святоша зажгла свечи, огромное количество свечей, от пламени которых быстро стало жарко и душно, и разделась практически догола. Фигура у неё была так себе. На взгляд Славика немного худосочная. Но сама Святоша, безусловно, считала себя непревзойдённой красавицей. Потому и пытала людей исключительно в голом виде. А жар свечей это так, для того, чтобы оправдать вынужденный стриптиз.
Сегодня она вздернула Славика на неполную дыбу. Это когда руки за спиной подтянуты к потолку так, чтобы человек мог стоять лишь на кончиках пальцев. Само по себе это было весьма мучительной пыткой. Грудь сдавливало, дышать почти было невозможно, ноги через полчала сводило судорогой, но редко когда подвешивание на полу-дыбе применялось просто само по себе. Святоша обожала пороть в таком положении.
Она вывалила перед Славиком целый ворох самых разномастных розог и предложила ему самому выбрать наиболее приглянувшиеся. Он кивал на любой предложенный прут, отлично понимая, что от его «выбора» тут вообще ничего не зависит. Но Святоше хотелось поиграть с ним в утонченные психологические игры, к тому же она планировала не просто порку, а допрос с пристрастием. И тема этого допроса была весьма пикантной – онанизм.
Поэтому Илона начала с «горячего». Чтобы сразу обозначить пределы совершенства – так она высокопарно именовала результаты своих экзекуций, она отсчитала двадцать пять ударов розгой в полную силу, безо всякого «разогрева» и с оттяжкой. Славик мгновенно взвыл – настолько резкой и жгучей показалась ему сегодня в общем-то уже привычная боль от розог. Святоша внимательно осмотрела его задницу на предмет захлёстов и рваный ран – она не терпела крови. Придерживалась древнего правила, что настоящая Инквизиция должна обходиться без крови, как в пытках, так и в наказаниях грешников. Видимо в этот раз её всё удовлетворило, поэтому она с очаровательной улыбочкой начала допрос.
— А правда что вы, мальчики, часто устраиваете групповые дрочки?
Несмотря на медленно затухающую первую боль, Славику стало смешно. Он представил себе это мероприятие – пацаны сидят кружком и самозабвенно гоняют лысого, время от времени сверяясь с общим темпом. Ну бред же! Бред! Такого просто не может быть!
Его короткий смешок кровно обидел Святошу.
— Я что, сказала что-то весёлое? – спросила она презрительно, и поджав губы выбрала самую толстую розгу из всего вороха.
Ну всё, пиздец, успел подумать Славик и приготовился орать. Но полноценно орать на дыбе, хотя бы и в полуподвешенном состоянии не очень-то получалось. Поэтому он запищал и тут же закашлялся – это проклятый ошейник добавил ему мучений, сдавив горло и едва не сломав кадык. Славик захрипел и тут же увидел перед глазами пылающее самым чистым и неподдельным блаженством лицо Илоны. Она с восторгом глядела ему в глаза, словно завороженная, и парню впервые за сегодняшний вечер стало по-настоящему страшно. Её глаза были стеклянными! Она уносилась в такие моменты куда-то в свой мир пылающих костров средневековья и закопченных каменных подвалов, увешанных тяжкими цепями и ржавыми крючьями.
Он инстинктивно зажмурился, стараясь разорвать эту проклятую эмоционально-эротическую связь палачихи и жертвы. Иначе она меня замучает сегодня – понял он. Наедине с ней лучше не оставаться!
Илона тут же обиделась. Вполне искренне. Только-только она наконец-то смогла проникнуть во внутренний мир своей жертвы, ощутить его боль, поймать эту тончайшую вибрацию ничем не замутнённого страдания и на тебе! Этот козёл опять закрылся от неё! Опять ушёл в себя, снова пытается спрятаться как улитка в самом себе, в этой чертовой черепной коробке. Пытается скрыть свои муки и свой ужас.
Ну разве такое допустимо?
Илона с досады влепила ему парочку оплеух, и сразу же вспомнила о новом чудодейственном способе "воспитания" своего невольника. У неё же теперь есть ошейник! Ну-ка, мальчик, посмотрим, как ты теперь запоёшь?!!
Она пододвинула своё инквизиторское кресло так, чтобы сидеть прямо напротив висящего на дыбе Славика. Чтобы его лицо было ей хорошо видно во всех ракурсах и романтично освещалось огнём свечей. Сама уселась поудобнее, закинув ноги на широкие подлокотники, чтобы слегка касаться носком ночной туфельки лица жертвы, и подняла правую руку. Она сделала неуловимое движение пальцами, словно затягивала невидимую петлю. И через секунду парень уже хрипел и бился в судорогах, словно висел в петле на настоящей виселице!
Подождав с полминуты и дав ему вполне ощутить всю безысходность своего положения, Святоша «отпустила» удавку. Славик, выпучив глаза, жадно хватал ртом воздух, словно огромная рыба, выброшенная штормом на берег. Илона повторила упражнение. Парень опять стал задыхаться, и в последний момент она подарила ему глоточек воздуха.
Так она сделала раз десять подряд!
На глазах Славика выступили слёзы.
— Вот так-то лучше! – удовлетворённо сказала Святоша. – Я обожаю честные и искренние слёзы. Когда мальчики плачут, они становятся такими милыми и
Порно библиотека 3iks.Me
2117
11.03.2025
|
|