всплеск, его тепло на моём запястье, его стыдливый бег в комнату. И я сидела там, на краю ванны, глядя на капли на платье, и не могла понять — хорошо ли я поступила?
Он — копия моего Алексея, моего мужа. Те же глаза, тёмные, глубокие, тот же изгиб губ, та же сила в руках, только молодая, свежая, не тронутая временем. Когда я взяла его в руку, я будто вернулась на сорок лет назад — к тем ночам, когда мы с мужем лежали в нашей скрипучей кровати, и он шептал мне, что я его жизнь. Лёша — он как он, но живой, здесь, рядом. И я хотела его — да, хотела, хоть и гнала эти мысли прочь. Не как бабушка, а как женщина, которой давно не хватало тепла, рук, дыхания. Но я не должна. Он мой внук, мой мальчик, которого я купала в этой же ванне, кормила булочками, учила жить. Что я за старуха такая, если позволяю себе это? Я закрыла глаза, сжала одеяло в кулаках и решила — больше никогда. Это было раз, ошибка, слабость. Я не дам этому повториться.
Утро пришло серое, с запахом дождя за окном. Я встала раньше его, поставила чайник, испекла пару булочек — руки привычно месили тесто, а голова крутила вчерашний вечер. Когда он вышел из своей комнаты, я напряглась — он был тихий, волосы растрёпаны, щёки ещё розовые от сна. "Доброе утро, Лёша, " — сказала я, стараясь звучать как обычно, но голос дрогнул. Он кивнул, сел за стол, взял булочку, но не ел — крутил её в руках. Я не выдержала, поставила чашку перед ним и сказала: "Лёша, послушай меня. То, что вчера было... как я тебе помогла... никому не говори, ладно? Это наша тайна. И такое больше не должно случаться. Понял?"
Он поднял глаза — тёмные, как у мужа, и посмотрел на меня так, что я чуть не отвернулась. "Бабуль, " — начал он, голос низкий, чуть хриплый, — "мне... мне было очень хорошо. Правда. И мне всё понравилось." Он замялся, щёки вспыхнули, но продолжил: "Я никому не скажу, обещаю. Это только наше." Его слова ударили меня — в них было столько честности, столько тепла, что я почувствовала, как горло сжимается. Он не винил меня, не стыдился, а я... я хотела обнять его, прижать к себе, но вместо этого только кивнула. "Хорошо, мой мальчик, " — сказала я тихо, отвернулась к плите и сжала руки, чтобы он не видел, как они дрожат. Он молчал, жуя булочку, а я знала — что-то в нас изменилось навсегда, и сдерживать это будет труднее, чем я думала.
Утро после того разговора прошло тихо. Алексей жевал булочку, я возилась у плиты, стараясь не смотреть ему в глаза слишком долго. Мы оба знали, что вчерашнее не исчезнет просто так, но молчали — будто молчание могло замазать трещину, которая появилась между нами. Я пыталась думать о тесте, о работе в цеху, о чём угодно, лишь бы не о его стонах, не о том, как он смотрел на меня. Но тут зазвонил телефон — резкий, старый звук, от которого я вздрогнула.
Это была Светлана, моя дочь, его мать. Её голос в трубке был звонким, почти счастливым, как всегда, когда она находила очередного "того самого". "Мам, привет! Слушай, я тут в Таиланде, познакомилась с одним... ну, ты понимаешь. Его зовут Чай, он такой милый, мам, ты бы видела!" Я закатила глаза, но промолчала — её романы были как времена года, сменялись быстро и шумно. "В общем, " — продолжала она, — "я тут останусь на какое-то время, может, на год, а то и больше. Лёшка ведь уже большой, но одной его в квартире оставлять не хочу. Может, поживёт у тебя? Вы же с ним ладите, а квартиру я сдам — деньги лишними не будут."
Я замерла, держа трубку. Алексей поднял голову от булочки, вопросительно глядя на меня. "Света, ты серьёзна?" — спросила я, стараясь не выдать, как у меня внутри всё сжалось. "Ну а что? Ты же его любишь, он тебя слушается, и тебе одной не так скучно будет, " — прощебетала она, будто речь шла о собаке, а не о её сыне. Я посмотрела на Лёшу — его тёмные глаза, такие же, как у моего Алексея, ждали ответа. "Ладно, " — выдохнула я наконец, — "пусть живёт у меня. Но ты хоть иногда звони ему, Света, он же твой сын." Она засмеялась: "Ой, мам, конечно, всё будет хорошо!" — и повесила трубку, оставив меня с гудками и смутным чувством, что я только что согласилась на что-то большее, чем просто приютить внука.
Я повернулась к Лёше, положила телефон на стол. "Мать твоя в Таиланде, " — сказала я, стараясь звучать буднично. — "Нашла какого-то Чая, говорит, надолго там. Просит, чтобы ты у меня жил. Квартиру вашу сдавать будет." Он кивнул, будто не удивился — Светлана давно была для него больше идеей, чем матерью. "И как тебе это?" — спросила я, не зная, чего жду. Он пожал плечами, но потом сказал тихо: "Мне нормально. Я с тобой лучше, чем один." Его голос был спокойным, но в нём мелькнуло что-то тёплое, и я почувствовала, как горло
Порно библиотека 3iks.Me
1214
18.03.2025
|
|