Клэй: Дневник гаремного пленника- Читать онлайн

— раздевайся", — ее голос звучит в мое голове, и я шепчу повторяя, горло саднит от шипящих звуков. "Рукка‘а — на колени", — продолжает она, и я повторяю за ней, чувствуя, как слово впивается в меня. "Хуз фи фуммак — бери в рот", — снова говорит она, а я повторяю. "Истали — ложись", — добавляет она, и я шепчу про себя, впитывая приказ. "Бисра‘а — быстрее. Иркасс — танцуй", — заканчивает она, и я повторяю, пока она не кивает. "Их слова — их воля", — шипит она, "Ты трофей. Учи язык, или сгниешь", — говорит она, сворачивая кнут, и уходит, оставив угрозы.

Днем жара усиливается, солнце висит над городом, как раскаленный диск, и я прячусь в тени гарема, где воздух чуть прохладнее, но все равно тяжелый. Я сижу у стены, поджав ноги, когда приходит приказ. Один из стражников, низкий, с кривыми зубами и запахом чеснока, хватает меня за плечо. "Тебя зовут", — говорит он, и я встаю, поправляя на себе шелка. Он ведет меня через город, мимо базара, где торговцы кричат, размахивая тканями — алыми, синими, с золотыми узорами, — женщины торгуются за специи, их голоса звенят, дети бегают, поднимая облака пыли. Мы останавливаемся у дома на окраине — невысокого, с плоской крышей и стенами из глины, потрескавшимися от солнца. Дверь деревянная, скрипит, когда стражник толкает меня внутрь.

Внутри пахнет маслом, кожей и чем-то кислым, как перебродившее вино. Пол усыпан циновками, стены голые, только в углу стоит сундук, покрытый пылью, и маленький стол с глиняной чашей. Этот мужчина, Рашид, ждет меня — высокий, с длинной бородой, черной, как смола, и руками, покрытыми шрамами от боевых старых ран. Его одежда простая, но кинжал на поясе блестит, как новый. Он смотрит на меня, глаза темные и делаем жест подойти поближе. Я подхожу, цепочки на мне звенят, как музыка, шелк шуршит.

"Чужак" — говорит он, голос низкий, хриплы. И я киваю, медленно, опуская взгляд, слыша хорошо знакомое слово. "Кожа как у призрака, глаза, как у неба", — говорит он, подходя ближе, его шаги тяжелые, пол скрипит под его весом. "Да, господин", — отвечаю я тихо, мой акцент режет их язык, слова выходят медленно, и он ухмыляется, показывая зубы. "Как тебя зовут?" — спрашивает он, и я не медля, отвечаю: "Клэй". Он хмыкает, кивает, повторяет: "Клэй. Северный. Подходит тебе", — и обходит меня, его взгляд ощупывает, как молот металл перед ударом.

"Знаешь, что о тебе говорят?" — спрашивает он, наклоняясь ближе, его глаза блестят. "Что?" — отвечаю я, и он ухмыляется шире. "Что ты шлюха. У нас такое — худшее, что может быть. Когда тебя берут, как женщину, это хуже смерти. Позор для любого мужчины. А тебе будто все равно", — говорит он, и я киваю, медленно, без тени стыда. "Я привык с детства. Это вся моя жизнь", — отвечаю на ломанном языке я, и он смотрит на меня, прищурившись, будто видит впервые. "Тебя никогда не учили гордости, да? На севере, мужчины дерутся до смерти, лишь бы не опозорится ни в чьих глазах", — говорит он, и я пожимаю плечами снова. "Не помню севера. Только это место", — отвечаю я, и он хмыкает, откидываясь назад. "Странный ты. Но красивый", — говорит он, и я молчу, чувствуя, как его взгляд ползает по мне, по моей белой коже, по светлым волосам, по цепочкам, что блестят на шее.

"Раздевайся", — говорит он вдруг, тон твердеет, глаза темнеют, и я сбрасывая топ, юбку, остаюсь голым, цепочки звенят, золотые, тонкие, блестят в свете углей, тело мое очень худое, длинное, практически женственное, кожа мягкая, блестит от масла. Он смотрит, не шевелясь, глаза блестят, как раскаленное железо, потом подходит ближе, его тень падает на меня. "На колени", — говорит он, голос хриплый, и я опускаюсь, циновка царапает кожу. Он расстегивает пояс, вытаскивает свой член — толстый, жилистый, с багровой головкой, покрытый венами, пахнущий потом, уже твердый, горячий. "Бери", — рычит он, и я взял его в рот. Его член был горячим, соленым, с резким запахом, и я работал над ним, как учили: губами, языком, пока он не сжал мои волосы, толкаясь мне в горло.

"Смотри", — говорит он, его голос дрожит в полуярости, он кладет руку мне на затылок, сжимает сильнее, я поднимаю глаза и смотрю ему в лицо пока его яйца — тяжелые, волосатые, горячие — шлепают мне по подбородку с каждым движением.

"Глубже", — рычит Рашид, дергая меня за волосы, светлые пряди стекают между его пальцев, и я подчиняюсь, расслабляю горло, принимаю его целиком, чувствуя, как он заталкивает его весь, как член пульсирует у меня во рту, глаза слезятся. Я давился, слюна текла по подбородку, цепочки громко зазвенели на мне.

Он стонет, грубо, хрипло, его бедра дергаются, он кончает — огненная струя бьет в горло, густая, горькая, я глотаю его сперму, давясь, но он выдергивает из меня, хватает член рукой, дрочит над моим лицом, и еще одна струя — липкая, горячая — падает мне на губы, щеки, стекает по шее, пропитывает кожу.

"Позор тебе, северная шлюха", — говорит он, довольно ухмыляясь, и я протираю лицо тыльной стороной ладони, не споря с ним, лишь тяну руку к протянутой им монете.

***

Жара в Эль-Харазе сгущается, солнце

Порно библиотека 3iks.Me