спала, и я порадовал ее этой новостью тоже. Ирину она знала и мое решение одобрила, заметив правда, что торопливость хороша только при ловле блох.
А быстро и не получилось. Со свадьбой была только одна сложность – для того, чтобы я попал на работу в Пароходство и именно на океанский сервис, моим родителям и их знакомым пришлось приложить не мало усилий, и отказаться от этого просто так было нельзя. В конце июля я обязательно должен был быть на судне. На оформление на работу, прохождение медкомиссии и получение требующихся моряку сертификатов оставалось совсем мало времени. Для свадьбы времени не оставалось совсем. Тем более наши отцы были в море. Если Ирина с ее мамой к возможному отсутствию отца на свадьбе отнеслись достаточно спокойно, мы с мамой такой вариант даже не рассматривали.
Собравшись вместе с нашими мамами, решили, что мы с Ириной подаем заявление в ЗАГС, а перед назначенной датой регистрации она предоставляет справку из отдела кадров, о том, что я в рейсе и регистрацию назначают на новый срок.
Все свободное время от защиты до отъезда мы провели вдвоем, дома у меня или у нее. Целовались, обнимались, зажимались. Я изучил, погладил и поцеловал неоднократно, каждый кусочек ее тела. Вот только трусы с нее снять Иринка не позволила и руку в них не пускала. Пришлось ласкать и целовать ее «девочку» сквозь трусики. Благо были они всегда шелковые и очень тоненькие.
Скромность невесты меня в целом порадовала. Это была время триумфа в стране сексуальной революции, большинство девушек лишались невинности еще в школе, и восемнадцатилетняя девственница была настоящей диковинкой. Хотя в моем организме бурлили гормоны и зашкаливал уровень тестостерона этот факт грел мое самолюбие.
Месяц в ласках пролетел как мгновение. Расцеловав плачущую невесту, я ушел в свой первый рейс. К сожалению, обстоятельства сложились так, что в родной порт удалось попасть, как я уже говорил, только через шесть месяцев, вместо четырех - планируемых. Зато вернулся я третьим механиком, правда это утешение было так себе.
Рейс для меня проходил тяжело. Я уже уходил в море на длительный срок. На плавательской практике я был в Арктике, на северном завозе, тоже полгода. Было интересно, хотя и несколько однообразно. Мне понравилось. Здесь я впервые столкнулся с тоской. Это было мучительно – хотеть быть с любимым человеком, опекать, защищать его, и знать, что он фактически за океаном и увидишь ты его очень нескоро. В первый раз я задал себе вопрос – а ту ли специальность я себе выбрал?
Я писал милой письма, практически ежедневно. Отправлял их из каждого порта захода. Вот только ответить она мне не могла. Два раза в месяц удавалось позвонить, но пять минут разговора в присутствии посторонних мало что давали в плане общения. Слышал родной голос и получал информацию – жива, здорова, ждет.
Спасением была работа. Четвертый механик стоит «пионерку», с 8 до 12 и с 20 до 24. Это значит - кино он практически не смотрит, зато спит нормально, целую ночь. В заведывании у него вспомогательные механизмы: компрессоры, насосы, котел, опреснитель и т.д. Все регламентные работы и плановые ремонты по ним вполне можно было выполнить во время вахты. День с 12 до 20 был у меня практически свободен. Я занимал его изучением нашего парохода. Мне нравилось разбираться в конструкции и работе механизмов, узнавать для чего нужны бесчисленные трубы, вентиля, задвижки и краны. Весь этот шумный космос машинного отделения. Как губка я впитывал в себя навыки необходимые механику. Научился профессионально мерить штангенциркулем и микрометром, шабрить, делать свинцовые выжимки, центровать механизмы, проверять и настраивать приборы автоматики. Научился откручивать самые заржавевшие и прикипевшие гайки, и еще делать массу вещей, о некоторых из которых я раньше даже не слышал.
А еще пришлось изучить огромное количество инструкций, правил и наставлений. Начиная с Правил технической эксплуатации судовых силовых установок и заканчивая Санитарными нормами и правилами на судах Минморфлота.
«Дальние страны» тоже были интересны. За полгода я успел побывать в нескольких портах тихоокеанского побережья Японии и многих портах Западного побережья США. Чужая жизнь, люди, нравы. Все вызывало любопытство и интерес, но в конце концов я все равно оказывался в своей каюте один на один со своей тоской. Казалось, что рейс никогда не кончится, а Ирка и наша свадьба находятся, где-то очень далеко. Практически за границами реальности.
Конечно, постепенно я втянулся в монотонную рутину рейса. Сложился распорядок дня и появились бытовые привычки. Притупилась тоска. Ее не стало меньше. Она не стала слабее. Я просто к ней привык.
Появилась компания. Я подружился с третьим помощником, который тоже стоял «пионерку», и наше свободное время совпадало. Вместе с ним и доктором мы ежедневно после час расписывали «пулю». Жизнь в общем то устаканилась, но вопрос – хочу ли я прожить так всю оставшуюся жизнь, из моей головы никуда не уходил.
Через четыре месяца, возвращаясь в Японию я готовился к замене и возвращению во Владивосток. Мечтал обнять и поцеловать Иринку. Вот только судьба распорядилась иначе. Во время стоянки в Осаке третий механик слег с приступом аппендицита. Продолжать рейс он не мог. Времени дождаться замены не было. Пароход работал на регулярной линии по расписанию, нарушение которого влекло за собой огромные штрафы. Мудрое руководство приняло соломоново решение – третьего списывают. Я, как хорошо знающий судно и имеющий необходимый опыт, занимаю его место.
Порно библиотека 3iks.Me
2130
10.04.2025
|
|