Однокомнатная жизнь (Полная версия)- Читать онлайн

краснея. — Учёба важнее.

Разговоры становились привычкой. За ужином или чаем она рассказывала про свою жизнь — про мужа, который любил рыбачить, про сына, который теперь в Ленинграде, про соседей, что вечно скандалят. Женя слушал, иногда вставлял пару слов, и понемногу неловкость уходила. Ей нравилось, что он не создаёт проблем, что аккуратно складывает вещи и моет за собой тарелку. А ему было приятно, что она не ворчит, как могли бы другие хозяйки, и даже хвалит его за пятёрки, которые он приносил с занятий.

Однажды вечером, когда они пили чай с вареньем, Галина Ивановна вдруг спросила:

— А девушки у тебя нет, Женя? Молодой ведь, симпатичный.

Он поперхнулся, закашлялся, пролив немного чая на клеёнку, и поспешно вытер рукавом.

— Н-нет, — выдавил он, глядя в кружку. — Пока учёба на первом месте. Да и… не умею я с ними.

— Это правильно, — кивнула она, довольная. — Учёба — дело серьёзное. Девки потом будут, никуда не денутся. Главное, чтоб голова на месте была.

Её слова грели его, хоть он и смущался. Их отношения становились дружескими — не как у матери с сыном, но как у людей, которые уважают друг друга в этой тесной квартире.

Прошла неделя. Женя привык к храпу Галины Ивановны, к скрипу раскладушки, к её огромным трусам на верёвке. Но привыкнуть к себе он не мог. Ночью, когда она засыпала и начинала громко храпеть, его тело снова давало о себе знать. Он ждал, пока её дыхание станет ровным, и, убедившись, что она спит, запускал руку под одеяло. Это стало почти ритуалом — тихим, стыдным, но неизбежным. Он закрывал глаза, и перед ним снова возникало её тело — то, что он видел в ночнушке, то, что мелькало в его мыслях против воли.

В ту ночь он, как обычно, начал медленно, стараясь не скрипеть раскладушкой. Храп заглушал звуки, и он, сжав зубы, ускорился, представляя её тяжёлые формы. Но вдруг храп прервался. Галина Ивановна заворочалась, кашлянула, и Женя замер, сердце заколотилось так, что, казалось, она услышит. В темноте он видел, как она приподнялась на локте, повернув голову в его сторону.

— Женя? — пробормотала она сонно. — Ты чего там?

— Н-ничего, — выдавил он, голос дрожал. — Сплю просто.

Она помолчала, и он услышал, как она тихо хмыкнула. Храп не возобновился — вместо этого послышалось её дыхание, спокойное, но внимательное. Она поняла. Скрип раскладушки, его сбившееся дыхание — всё сложилось. Галина Ивановна лежала, глядя в потолок, и вдруг почувствовала странное тепло внизу живота. Её не возмутило, что он делал — наоборот, мысль, что молодой парень, меньше чем в метре от неё, занимается таким, слегка взволновала её. Она вспомнила молодость, мужа, их ночи, и это чувство, давно забытое, кольнуло её. Но она промолчала, отвернулась к стене и вскоре снова захрапела — громче, чем обычно.

Женя, убедившись, что она "уснула", быстро закончил, выдохнул и уткнулся в подушку. Утром она вела себя как ни в чём не бывало — подала ему чай и кашу, спросила про учёбу, и он решил, что ему показалось. Но что-то в её взгляде, тёплом и чуть насмешливом, намекало, что она знает больше, чем говорит.


*****


Прошло несколько недель. Женя привык к квартире, к храпу Галины Ивановны, к её огромным трусам на верёвке и борщу по вечерам. Их отношения стали тёплыми, почти семейными, но с лёгким напряжением: он всё чаще ловит себя на том, что её тело в тонкой ночнушке занимает его мысли, а она, замечая его ночные "ритуалы", начинает подыгрывать — то случайно заденет его плечом, то оставит дверь в ванную чуть приоткрытой. Она не осуждает его, а наоборот, чувствует странное оживление от того, что молодой парень рядом с ней так реагирует. Это будит в ней давно забытую женственность, хоть она и скрывает это за привычной ролью хозяйки.

Однажды ночью она просыпается от его скрипа, говорит: "Тише, Женя, стены тонкие, " и добавляет с улыбкой: "Дело молодое, понимаю." После этого между ними появляется молчаливое соглашение — он знает, что она знает, а она не против этого. Напряжение растёт, пока не доходит до точки, где что-то должно случиться.

Ночь была холодной — октябрь 1987-го, за окном шёл мелкий дождь, стуча по подоконнику. Радио давно выключили, и в комнате стояла тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Женя лежал на раскладушке, одеяло сползло до пояса, и он, как обычно, ждал, пока Галина Ивановна уснёт. Её храп стал сигналом — громкий, ритмичный, как паровоз. Он закрыл глаза, представил её силуэт в ночнушке, её тяжёлые формы, и рука привычно скользнула под трусы. Раскладушка скрипнула, но он уже не боялся — знал, что она спит.

Но в этот раз храп прервался раньше. Галина Ивановна заворочалась, села на диване, и в темноте он услышал её голос — тихий, чуть хриплый:

— Женя, ты опять?

Он замер, рука застыла, сердце заколотилось. Лицо горело от стыда, но он не успел ничего сказать — она кашлянула и добавила:

— Да не прячься ты, вижу же. Чего стесняешься?

Женя сглотнул, не зная, куда деться. Он натянул одеяло, но она вдруг встала, скрипнув диваном, и подошла к его раскладушке. Ночнушка колыхалась на ней, и в слабом свете фонаря, пробивавшемся через шторы, он видел её массивную фигуру — огромную грудь, широкие бёдра, дряблую кожу. Она остановилась в метре от него,

Порно библиотека 3iks.Me