Пленник вдов (Главы 13 - 14)- Читать онлайн

службы – двумя группами людей, которые не против время от времени подкручивать хвост системе. Она сняла трубку и вызвала своего штатного психиатра. Я ждал в приемной, пока полковник Симон и ее психиатр с гарвардским образованием обсуждали то, что полковник считала умеренным случаем ПТСР (посттравматического стрессового расстройства). Вскоре мой физический профиль был P-3 (постоянная сильно ограниченная дееспособность) в нижних конечностях, слухе, глазах и T-3 (временно сильно ограниченная дееспособность) по психиатрии. С посттравматическим стрессовым расстройством сотрудники отдела по связям с общественностью сочли меня несерьезным человеком, поэтому они бросили меня, как дурную привычку.

В тот вечер я разыскал некоторых своих друзей и коллег в офицерском клубе. Довольно много ребят из моего старого подразделения все еще были здесь. Это было не очень приятное воссоединение, потому что все уже слышали, что меня комиссовали. Среди летчиков быть снятым с должности – все равно что заболеть раком: никто не знает, как к тебе относиться, и все тебя жалеют. Джерико Хименес был исключением из правил, но Паппи был исключением из большинства правил. Мы сели за столик и подняли тост за Пита Костаса безалкогольным пивом. Я спросил Паппи о Вики. Она была моим личным делом, которое, как мне казалось, требовало завершения.

— Поначалу она восприняла это очень тяжело, партнер. Через две недели мы все уже считали вас мертвым. Она оплакивала тебя и Пита около месяца. Но когда в прошлом месяце ее подразделение вернулось в Тинкер (база ВВС Тинкер, штат Оклахома), она снова начала встречаться. Я знаю, что ты ей небезразличен, Ник, но она молода и амбициозна, ее карьера сейчас на первом месте.

Я улыбнулся Пэппи. Он пытался мягко подвести меня и предостеречь от погони за ней, чего делать не стоило.

— Я позвоню ей, когда вернусь в Штаты, но я не собираюсь пытаться возродить то, что у нас было. Я не думаю, что мы подходим друг другу в долгосрочной перспективе.

По возвращении я все-таки позвонил Вики Сальваторе. У меня не было никаких сомнений или опасений по этому поводу. Она была искренне рада меня слышать, особенно когда я дал понять, что звоню как друг. Мы поставили точку в наших отношениях, поговорив по телефону. Я услышал облегчение в ее голосе, когда искренне пожелал ей всего хорошего с ее новой любовью.

На следующий день я уже летел в Германию. Через два дня я был пациентом медицинского центра Уолтера Рида в Вашингтоне. Покинуть Кувейт было несложно. Черт, мне даже не пришлось собирать вещи, потому что все, что мне принадлежало, было упаковано в коробки, как только меня объявили погибшим (MIA). Уолтер Рид был клиникой Майо среди военных госпиталей. Только лучшие врачи были достаточно хороши, чтобы лечить военное начальство и политиков. Последние три недели службы в ВВС я провел в Уолтер-Рид. На первой неделе мне сделали артроскопическую операцию на левом колене, а на второй – медицинскую комиссию. Я ежедневно проходил курс физиотерапии, ожидая решения медицинской комиссии.

Через двадцать шесть дней после выписки из больницы меня отправили в отставку по медицинским показаниям, я получал шестьдесят процентов пенсии по инвалидности и около 1500 долларов в месяц, не облагаемых налогом. Я также ушел с чеком на сумму чуть более тридцати тысяч долларов: пять месяцев зарплаты и пособия. Деньги не облагались налогом, поскольку были заработаны в зоне боевых действий.

Я провел в Вашингтоне еще два дня. Я переделал свой официальный паспорт в обычный гражданский, обошел посольства, чтобы получить иорданскую, иракскую и кувейтскую визы, и открыл банковский счет в Иордано-Кувейтском банке. Я перевел свой пенсионный чек на счет в Иордано-Кувейтском банке.

Я отправился из Вашингтона домой, в Палмдейл, чтобы уладить свои финансовые дела. В аэропорту я взял напрокат машину и поехал на встречу с Гэри Райтом, моим адвокатом. Гэри тоже был моим другом и был очень рад, что я благополучно вернулся. Гэри обручился как раз перед тем, как я отправился в Персидский залив. Он сошелся с девушкой по имени Кайла Торп, которая работала в «Крылатой штучке», баре-ресторане типа «Хутерс». Это удивило меня, потому что Гэри был мормоном и даже более строгим, чем я. Гари потребовалось десять минут, чтобы перестать говорить о своей новой жене и дочери. Он показал мне семейную фотографию на своем столе: Кайла, его приемная дочь Эмма, он сам и эта бестолковая гончая собака. Когда мы наконец перешли к делу, он тщательно все записывал.

Я поручил Гэри действовать от моего имени, продавая мой таунхаус в Палмдейле и инвестиционный дом в Дейтоне. Благодаря тому, что Гэри действовал по моей доверенности, мне не нужно было присутствовать на закрытии сделок. Гэри сказал, что рынок недвижимости в то время просто сходил с ума: за последние полгода недвижимость подорожала на тридцать процентов. Он считал, что жилье быстро уйдет. Я доверил ему найти для них такую стоимость, которая принесет мне хороший доход и при этом позволит быстро продать их. Мой таунхаус находился в элитном районе с множеством удобств. Это была довольно шикарная холостяцкая квартира с двумя спальнями и двумя с половиной ванными. Я сказал Гэри, что цена должна включать дом и его содержимое. Он с сомнением отнесся к моему переезду из страны, но я знал, что он сделает все именно так, как я хочу.

Следующей моей остановкой был магазин, где хранился мой Lexus. Владелец магазина, Пол Пуласки, обслуживал мои машины

Порно библиотека 3iks.Me