привет... — отозвалась она, стараясь сделать голос бодрым.
Он хотел обсудить отпуск. Планы на май. Совместный выезд, бронирование отеля. Она слушала, поддакивала, механически что-то отвечала. Но всё внимание было приковано к Коле.
Он подошёл к ней сбоку, расстегнул ширинку и вытащил член — не говоря ни слова. Она округлила глаза, сделала жест, мол, я на звонке, попыталась показать, что не может сейчас. Но он не стал ничего отвечать — просто ушёл обратно к плите, продолжая заниматься готовкой, словно и не пытался навязать ей ничего.
Она смотрела ему вслед. Что-то в груди оборвалось. Его равнодушие было сильнее любой агрессии.
Через минуту она встала. Подошла к нему. Встала на колени. Достала его член и сразу взяла в рот — с усердием, с жадностью, будто ища прощения. Она тянула, сосала, водила языком, втягивала, глотала. Телефон всё ещё был у уха — Егор что-то спрашивал, она вытаскивала член на долю секунды, отвечала, и снова брала его в рот. Пыталась не задохнуться, пыталась угодить.
Он держал руку на её голове, не помогая, но и не мешая. Его дыхание участилось. Она слышала, как меняется ритм его тела. Почувствовала пульсацию — он был на грани.
Но именно в этот момент разговор по телефону вошёл в активную фазу. Егор задавал уточняющие вопросы. Она не могла отключиться.
Он не стал ждать. Не стал предупреждать. Просто вытащил член и, сдерживая стон, кончил ей на лицо — густо, размашисто, метя в щёку, нос, волосы. Она лишь зажмурилась, не переставая слушать в трубке.
Когда она открыла глаза, он уже снова нарезал мясо. Как ни в чём не бывало. Не сказал ни слова.
Он не говорил больше лишнего. Не объяснял. Не уговаривал. Просто делал, что хотел, и она — принимала. Как должное. Без обиды, без протеста. Лишь с лёгкой покорной растерянностью, которая всё больше превращалась в привычку.
Сначала это случалось раз в день. Он мог просто подойти к ней, расстегнуть штаны, вынуть член и ткнуть в губы. Она смотрела вверх, делала глубокий вдох — и открывала рот. Без слов. Без просьб. Сосала старательно, как будто проверяли её домашнюю работу. Иногда он даже не доводил до конца. Просто вставлял, делал пару движений, вставлял поглубже, проверял её горло, задерживался на секунду — и вынимал. Уходил по делам, не говоря ни слова. А она вытирала губы, и возвращалась к уборке, готовке или телефонному разговору с Егором.
Потом это стало чаще. Утром — перед завтраком. В обед — между делами. Иногда ночью, когда не было Егора — просто будил её, молча, и совал в рот. Она принимала это как часть рутины. Это уже не возбуждало так, как вначале — но и не вызывало смущения. Это стало их нормой.
Она перестала носить одежду. Он сказал: «Ходи по дому голой» — и она подчинилась. Сначала было стыдно. Но очень быстро в этом появилось что-то освобождающее. Она перестала думать о теле как о чём-то сокровенном. Его взгляд стал для неё зеркалом. Если он смотрел — значит, она выглядела хорошо. Если не смотрел — значит, нужно стараться больше.
Однажды она мылась в душе. Горячая вода, мыльная пена, закрытые глаза. И вдруг — открывается дверь. Он заходит, не говоря ни слова. Подходит к раковине. Моет руки. Шум воды перекрывает её дыхание. Она оборачивается, смотрит на него. Он о чём то задумался, спустил штаны, вытащил член. Взял её за плечо, мягко, но настойчиво отрывает от струи. Сгибает. Его член — влажный, тёплый — оказывается у её губ. Она без единого звука берёт его в рот.
Несколько минут — ритмичные толчки. Он не кончает. Просто проверяет, насколько он ею владеет. Когда решает, что да — вынимает, поправляет шорты и выходит из ванной. Она возвращается к душу — продолжая мыть своё тело. И с внутренним ощущением: так и должно быть.
Секс был редким. Раз в два-три дня — и это ощущалось как награда. Её тело уже привыкло к его размеру. Больше не болело, не тянуло. Влагалище подстроилось. Под него. Только под него. Иногда, в моменты отстранённости, она вдруг осознавала, что и не представляет, как это — заниматься сексом с Егором. Она даже сомневалась, войдёт ли он теперь в неё. Коля растянул её — физически, психологически. Занял всё пространство в её теле, в голове, в быту.
Когда она говорила по телефону с Егором. Про отдых, про планы, про какие-то бытовые вещи. И в эти моменты Коля мог спокойно войти в комнату, опереться о стену, вытащить член и жестом подозвать её. Она подходила, вставала на колени, открывала рот. Он мог даже не смотреть — просто трахать её рот, а потом уйти. И она возвращалась к разговору, вытирая подбородок.
Иногда он специально делал это в неудобное время — как будто проверяя её на подчинение. В процессе уборки. Во время готовки. Перед самым выходом из дома. Она не отказывала. Ни разу. Ей это казалось честным: он — хозяин. Она — его вещь. Не любовница. Не жена. Просто вещь, которая сосёт, когда приказывают.
Внутри неё что-то изменилось. Притупилось постоянное возбуждение, которое жгло вначале. Вместо этого пришло глубокое, тихое удовлетворение. Ей больше не нужно было заслуживать его внимание. Она просто делала, что должна. А когда он брал её, всё её тело отзывалось, как будто слышало команду.
Однажды она осознала: за последние дни она ни разу
Порно библиотека 3iks.Me
1184
26.04.2025
|
|