Порадуйся на благодать Божью, ниспославшего нам грешницам.
Степанида в полном смятении приблизилась к Стыковскому, опустившись на колени у его ног.
– Не робей, Стешенька, – успокоил он девчонку, нежно погладив её по плечику. – Это поначалу только робость охватывает, потом и сравнивать ни с одним не захочешь. Идёмте на пастель, девоньки, я вас потешу, как успею, милые. Мне на службу следует вернуться ко времени.
– Я, пожалуй, воздержусь вас отвлекать, – заявила Калерия, поднимаясь с диванчика. Пойду от гостей непрошенных вас постерегу. Успеем ещё посумерничать. Не попорть мне девчонку, Митенька. Стешк, не пугайся, глупая, не ты для него первая, не ты и последняя. Не сильно шумите без меня. Степанида, закрой за мной, не забудь на радости, – хозяйка открыла замок и вышла за дверь.
Стеша поднялась на ноги и закрыла за хозяйкой дверь на бронзовую щеколду. Обошла деревянную кровать и присела на её край, с трепетом глядя на любовника.
– Не обмирай малышка, где у вас смягчающий крем?
– Дмитрий Николаевич, миленький, только не в попу! – вспыхнула Стешка, удерживая за руку Стыковского.
– Чудачка, да разве я позволю это без твоего согласия, – улыбнулся любовник.
– Теперь Вы мне хозяин, какое уж согласие у меня нужно спрашивать?
– Полно тебе, Стешенька, выдумывать. Крем для тебя нужен и не для попы вовсе.
– Поняла, Дмитрий Николаевич, – метнулась к прикроватной тумбе девчонка, выдвигая верхний ящик с баночками мазей и кремо́в. Отыскав необходимое, она передала в руки Стыковского тюбик и задвинула ящик на место.
– Позвольте, барин, мне самой подготовить вас, чтобы весь уместился во мне без остатка.
– Ты, Стеш, ещё рот открой для верности, коли весь не уместится, – добродушно рассмеялся Дмитрий Николаевич. – Вполне заурядный размер, чуть больше обычного, но и удовольствия получишь несравненно больше от него.
Пока Степанида старательно и обильно смазывала громоздкий член Дмитрия, он нежно катал в пальцах горошины сосков на кончиках грудей своей любовницы.
– Ой, а как же мне его в рот теперь брать, – растерянно спохватилась она, глядя на густо вымазанный кремом член.
– В другой раз возьмёшь, мне всё равно уходить пора. – махнул рукой Стыковский, – лезь на кровать и лежи молча, а то вся дворня сбежится.
– Мне, Дмитрий Николаевич, не впервой молчать под мужчиной, – заверила девушка.
– А что, Стешенька, Пётр Селивёрстович, ещё шалит с тобой?
– До меня ли ему. Хозяину другое занятие слаще баб – мадеру свою страсть как обожает.
– Ну, это всем известно, – охотно подтвердил Стыковский. – Тогда под кем же тебе приходится молчать?
– Так Женька наш, хозяйский племянник. Бедовый шалопай, страсть какой прилипчивый, неслух. Он и к хозяйке моей дорожку натоптал, блудодей.
– Глупая ты, Стеша, не вздумай сказать такое кому о своей барыне, – предостерёг Дмитрий Николаевич девчонку.
– А что тут говорить, когда я сама его к ней вожу, как сама прикажет.
– О том и мне знать не положено, поняла? Знаете втроём и хватит этого. Узнает Калерия Евлампиевна, выгонит тебя в шею из дому.
– Ой! И правда, чего это я дура болтливая наговорила. Вы уж не выдавайте меня, Дмитрий Николаевич, – зачастила в испуге Стешка, целуя руку Стыковскому. Христом-богом молю! Отработаю вам за доброту вашу.
– Если кому сочтёт сама сказать – её дело, а ты молчи, беду накличешь на себя, а то и барыню свою подведёшь. Калерии ничего не скажу, а тебя предупреждаю. Всё поняла?
– Конечно, конечно. Я всё сделаю, мой золо́тенький.
– Ничего больше не делай, целее будешь. А для язычка своего, у тебя барыня под рукой и Женька ваш для разнообразия. Иди ко мне, глупая говорунья.
* * *
– Надя, ты куда собралась? – поинтересовалась Агния Львовна, заглянув в комнату дочери. – К завтраку разве не спустишься в столовую? Отец будет крайне недоволен твоим отсутствием. А если Дмитрий Николаевич будет звонить тебе. Что мне ему говорить?
– Скажи, что встречаю свою подругу по университету из Питера. Она с мужем к его родителям приезжает.
– Не забывай, что мы с Дмитрием Николаевичем через пару дней, сами едем в Петербург. Постарайся, дорогая, не успеть поссориться со своим женихом. Сама понимаешь необходимость нашей поездки для себя.
– Разумеется, maman, понимаю. Не беспокойся, родная, завтракайте с папой и приятного вам аппетита.
Агния Львовна недовольно пожав плечами, вернулась в столовую, приказав подавать на стол. При этом, рассуждая про себя о том, что необходимо попросить Калерию Евлампиевну отпустить к ней Степаниду перед отъездом в Питер. Надеюсь, Стеша не откажется привести в порядок моё интимное убранство на всякий непредвиденный случай. Не Надю же просить мне об этом...
* * *
За завтраком супруги Толмачёвы оживлёно беседовали о своих текущих делах.
– Отправил нашего Петра Селивёрстовича в Москву с депешей на тройку дней, – усмехнулся Кирилл Игнатьевич, – взглядывая поверх очков на жену. – Уж как не хотел наш диванный генерал ехать... Но он и там не заскучает, – усмехаясь предположил губернатор. Позволь, Агния, почему Надя не вышла к завтраку?
– Ушла твоя Надя, сказала, что дело у неё какое-то.
– Что ж, Агнюша, даже к лучшему, что она отсутствует. Прости за моё любопытство, Агния Львовна, как наш петербургский знакомый, не заскучал без тебя? Не пора ли его побеспокоить.
– На себя уже не рассчитываешь, Кирилл Игнатьевич? – едко укорила Агния супруга, – письмом тут дела не решишь, необходимо самой ехать в Питер.
Порно библиотека 3iks.Me
4316
30.04.2025
|
|